Александр Щелоков – Уничтожить Израиль (страница 47)

Подчинившись приказу начальства, Филиндаш все же не рискнул оставить Андрея одного наедине с документами. Пока тот вникал в чертежи и схемы, изучал геологический состав пород, в которых заложена испытательная камера портативного ядерного заряда, секретчик сидел за столом рядом и с деланным интересом читал какие-то документы, подшитые в толстую папку. Изредка он поднимал голову и внимательно смотрел на Андрея. Ему покоя не давал человек со стороны, никому не известный в кругах профессиональных атомщиков, не располагавший допусками, которые бы позволяли прикоснуться к тайнам, и вдруг получивший «добро» высших государственных сфер на ознакомление с тем, с чем Филиндаш не мог позволить познакомиться даже некоторым начальникам управлений своего ведомства. Этот человек казался загадкой, которую разгадать нельзя.

После двух часов работы Андрей вернул документы секретчику, который забрал их с видимым облегчением.

От Филиндаша Андрей прошел к Владлену Игнатьевичу Федотову – специалисту, который ведал подземными испытаниями ядерного оружия, чтобы в беседе с ним уточнить сведения, вычитанные в бумагах.

Федотов быстро понял, что Назаров свободно ориентируется в вопросах геологии, и отвечал не его вопросы с профессиональной четкостью.

– Толщина кровли над каверной?

– Триста два метра.

– Координаты устройства определялись?

– Да, конечно. С точностью до секунды. Кстати, на поверхности центр подземного заряда помечен маркой.

Андрей с трудом сдержался, чтобы не выдать радость. Только спросил:

– Как выглядит марка?

– В грунт вбит стальной стержень. На головке в пять сантиметров диаметром обозначен треугольник и выбита дата.

– Что произойдет, если через скважину, пробуренную точно над заложенным в камере изделием, прямо в центр устройства всадить мину?

– Мощность вашей мины?

– Допустим, пять килограммов тринитротолуола.

– В камере произойдет взрыв мощностью в пять килограммов тротилового эквивалента.

– Последствия?

– Ядерный заряд будет разрушен. Сдетонирует часть обычной взрывчатки устройства. Произойдет перегрев и частичная возгонка ядерного материала.

– Возможен ли ядерный взрыв?

– Нет, не возможен.

– Объясните, почему.

– Цепная реакция, а за ней взрыв ядерного вещества происходит только в случаях, когда заряд достигает критической массы. В устройстве, если его представить схематично, ядерный материал разделен на дольки, как мандарин. Все дольки изолированы одна от другой такими же дольками свинца. Для того чтобы создать критическую массу и запустить цепную реакцию, изолирующие сегменты выводятся, а небольшой взрыв специального устройства спрессовывает дольки в шар. Происходит ядерный взрыв. Во всех других случаях, в частности при подрыве устройства миной, ядерные сегменты будут разбросаны в стороны, что не позволит создать устройству критическую массу.

– Значит, тем, кто будет находиться над каверной, взрыв в ней ничем не грозит?

– Не совсем так, Андрей Иванович. Уж коли в камере произойдет взрыв, то температура вспышки будет крайне высокой. Часть ядерного заряда неизбежно превратится в аэрозоль. Газы высокого давления рванутся в скважину. Выброс газовой струи создаст радиоактивное облако. Куда оно двинется и насколько сильным окажется заражение, предсказать трудно.

– Что же делать?

– Надо забить в скважину тампон и заделать наглухо горловину.

– Конечно, до взрыва?

– Безусловно.

– Да, можно сказать, нажил грыжу. Сперва сказали: взорви. Теперь объясняют: заткни скважину. Может, вы согласитесь со мной туда поехать? Помогли бы?

– Нет, не соглашусь. Я, знаете ли, Андрей Иванович, по натуре не авантюрист.

– Значит, я?

– Не имел в виду.

– Конечно, вы же не азиат. А у нас там подобные обороты понимаются прямо. Значит, меня вы в виду не имели. Спасибо, хотя были бы правы: я не только авантюрист, но и дурак.

– Не знаю, не знаю. Но скважину нужно тампонировать. Иначе…

– Я уже знаю, что будет иначе.

– Скажите, Владлен Игнатьевич, что если кто-то попытается вывезти изделие из Казахстана в какую-либо из арабских стран? В какой мере с таким багажом можно обойти пограничный и таможенный контроль?

– Через границы европейских стран и США вряд ли это провезешь. Насчет стран Азии и Африки не ручаюсь. Впрочем, скорее всего это возможно.

– Допустим, надо будет вывези в Европу. Есть способы это сделать?

– Вполне вероятно, что попробуют провезти по частям.

– Вы говорили о радиационном контроле.

– Сегменты ядерного заряда можно заделать в чушки товарного свинца и вывезти под видом поставок этого металла какой-либо подставной фирме. С деталями устройства проще. Их провезут россыпью. Упаковку…

– Чемоданчик?

– Да, именно. Так вот, его можно найти в любой стране.

Они расстались довольные друг другом.

Из приемной министра по телефону спецсвязи Андрей позвонил Травину.

– Приезжайте, – сказал тот. – Вас уже ждет взрывотехник.

По распоряжению Катенина на Лубянку Андрея довезла дежурная машина Минатома.

Взрывотехником оказался румяный, крепко сбитый майор с общевойсковыми эмблемами на погонах. Он весело блеснул глазами, протянул Андрею руку и представился:

– Щурков. И давай сразу на ты. Зови меня Олег.

– Давай, – согласился Назаров и ответил на пожатие. – Андрей.

– Садись, – Щурков сдвинул со стола чертежи, освободил место, выдвинул стул. – Мне сказано, время не терпит. Так? Ты готов?

– Всегда готов.

– Значит, поехали. Насколько мне сообщили, тебе потребуется взрывное устройство. Так? Тогда называй параметры.

Андрей усмехнулся:

– Собираюсь взорвать нечто, но не совсем представляю, что именно. Мне сказали, что специалист расскажет о том, что закопано в горе.

– Понял. Докладываю. Изделие в габаритах пятьдесят на тридцать семь и двадцать пять. С виду обычный чемоданчик. Оболочка из спецсплава, обтянута кожей. Устройство размещено в каверне в массиве горы. Если на то пошло, то его проще демонтировать, чем подрывать.

– Вопрос о подрыве решен и обсуждать его не будем.

– Где и как предполагается разместить взрывчатку?

– Олег, это будет скрытная операция – без прямого доступа к изделию. Через массив сверху к каверне пробурим скважину. Если она окажется над изделием – одно. Если промахнемся и войдем внутрь в стороне – другое. Однако во всех случаях взрыв должен уничтожить изделие.

– Каков диаметр скважины?

– В пределах ста миллиметров.

– Глубина?

– Метров триста как минимум. Верхний свод каверны от поверхности изделия примерно на высоте трех метров.

– Значит, человека внутрь спустить нельзя.

– А что, если внутрь запустить две-три гранаты?

– Не, – сказал Щурков и для убедительности мотнул головой. – Давай разделим функции. Ты специалист по созиданию, я по разрушению. Если надо что-то взорвать, решаю я…