Александр Сапрунов – Легионер (страница 2)

Снег помятый и грязный,

Ни волка ни волчат.

След уходил к лесу,

Пёс не рвался бежать.

В волчьем капкане железном,

Лапа осталась лежать.

***

Я не заметил, как случилась осень,

Холодный дождь пронизывал насквозь.

И было одиноко очень,

И я вошёл, повесил плащ на гвоздь.

На проволоке лампа задрожала,

Свет прерывался и моргал, и гас.

Темно, и я накинул покрывало,

Лежал так, не смыкая глаз.

Согрелся, память прояснилась,

Мяукал у двери мой кот.

Дверь для него сама открылась,

Я не вставал, но он вошёл и вот:

Заговорил, по человечьи прямо,

О том, как трудно быть ему котом.

Я интересовался вяло,

Но не запомнил ничего, потом,

Дождь в тишине хлестал по окнам,

Раскачивался уличный фонарь.

Смотрел я в темноту сквозь стёкла,

И новый изучал букварь.

Звериные слова давались трудно,

Я долго их произносить не мог.

Мне принесли в палату судно.

Но слава небу! Медсестра не бог.

***

Деньги делают чудеса

Потому я и не сплю в полнолуние,

Смотрю на бег колеса,

И говорю слова умные.

В поздней ночи я вижу смысл,

Падаю вместе со звёздами,

Ветер несёт мою мысль

Половчанку с глазами раскосыми.

Напечатаю воздушную банкноту,

Без достоинства, в сущности ноль.

Подобен ослепительному банкроту,

Очищаюсь, для тебя Оль!

А ты ходишь вокруг кровати,

Плавно, как чаинка в стакане.

Как думаешь? Нам хватит?

Находок на наш век и исканий?

ВЕТЕР И ТОПОР

Загоралась вода, растекались горы,

На гребне у девицы, примостилась вошь.

Любовь и крысы, спрятались в норы,

Потому что, звери взялись за нож.

Крушили топором добродетель скоты,

И гады были не в лучшем свете.

Летели головы, трещали хребты,

За всё все, и никто в ответе.

Солнце и тогда не отказалось взойти,

Разломленный мир ещё колыхался.

Человек сказал: «Ветер свистит!»

А он не свистел, он чертыхался.

Пришлось любовь извлекать из нор,

Она извлеклась, играя на флейте.

И крысы гуськом шли и топор

Зарыли, и тут засвистел ветер.