Александр Санфиров – Немезида (страница 7)
-Понятно, - глубокомысленно заявил я и погрузился в воспоминания. В прошлой жизни я изрядно тупил, поэтому провел в Москве почти две недели и приехал только к Новому году. Сейчас, пожалуй, снова соглашусь на эту авантюру, только на других условиях.
- Ладно, скатаюсь, - небрежно заявил я, - Мои условия с каждой проданной книги мне пятьдесят копеек. Ну, естественно командировочные, все, как полагается.
- А кое-что у тебя не слипнется? - спросил Кадырханов. - Давай обсудим это по итогам поездки. Может вообще ничего не выгорит, есть ли смысл вообще обсуждать доходы?
Милорадов засмеялся.
- Правильно, Шурик, дожимай его, будет знать, как книгами торговать, ничего не соображая в этом деле.
Я тоже улыбнулся.
- Поздно Толя пить нарзан, когда почки отвалились. Тебе надо сейчас думать, как отдать кредит банку, чтобы ваша контора по миру не пошла. То есть сто двадцать тысяч с процентами. Все что сверху придется отдавать тем, кто купит у тебя эти книги, вернее, возьмет на реализацию. Мы, конечно, не расскажем им, что купили книги по рублю штука, думаю, поставим цены рублей десять. За реализацию они возьмут не меньше пятидесяти процентов, так что от миллиона останется половина. Из нее мне заплатите все пятьдесят тысяч, это по-божески, и вполне вероятно, что еще окажетесь в плюсе тысяч на триста. Конечно, все это вилами на воде писано, скорее всего, будет меньше, но надеюсь, что не намного.
В общем, после праздников мой кооператив, наконец, зарегистрируют, и как только печать будет готова, мы составим договор с ассоциацией о посреднических услугах, как раз на пятьдесят тысяч рублей.
Кадырханову мои слова не особо понравились, но, похоже, идеи он генерировать не мог, Это у Милорадова они рождались сотнями сами собой. Так, что пришлось ему соглашаться с моим предложением.
Хотя он оставил последнее слово за собой, если за ближайшие дней десять найдется более подходящий вариант, то наши устные договоренности силы не имеют. На что я с готовностью согласился.
Увы, найти вариант дешевле Толе Кадырханову не удалось, поэтому он вспомнил обо мне.
И вновь я сижу в кабине маза и травлю анекдоты с Вовой Цымбалом. Второй водитель Валера Арефьев читает книжку, расположившись на спальном месте. Заснеженная трасса пустынна, попутных машин почти нет, лишь навстречу изредка проскакивают грузовые фуры, да легковые машины.
- Надо бы заправиться, - говорит Цымбал, увидев впереди заправку.
В отличие от шоссе на ней машин сейчас намного больше. Около стационарного поста ГАИ собралась стихийная стоянка фур. Побаиваются дальнобои ехать в ночь. Лучше перекантоваться около полиции, все шансов меньше, что ограбят.
Пока мы заправляемся, Валера Арефьев выбирается с лежака и с возгласом
- Я поссать!- несется к деревянному туалету за заправкой.
Заправлялись мы минут пятнадцать, однако Валера все не появлялся.
Витька уже нетерпеливо поглядывал по сторонам, когда откуда-то вынырнул наш второй водитель в сопровождении дамы неопределенных лет.
- Ты что совсем охренел! - воскликнул Витька, - зачем плечевую притащил? Гони ее на хрен!
-Ой, мальчики, - улыбнулась беззубым ртом растрепанная шалава. - Не ссорьтесь, я вас всех обслужу по высшему разряду.
Мы с Витькой переглянулись, он покрутил пальцем у виска и еще раз посоветовал даме валить туда, откуда пришла.
Огорченный Валера забрался в кабину и снова улегся на спальное место. Только теперь начал доставать нас упреками, что мы дураки, раз отказались от услуг Зинки плечевой известной на всем протяжении трассы Москва- Ленинград. И что такого минета, как от нее он не пробовал нигде на всем пространстве Советского Союза.
- Наверно, потому, что у нее зубов нет, - задумчиво сообщил Цымбал, после слов Арефьева он, похоже, уже жалел, что отказался от новой спутницы.
Столица встретила нас неприветливо. Шел мокрый снег с дождем, Свинцовые тучи, занявшие все небо, говорили, что это надолго.
Радовала лишь белозубая улыбка гаишника в толстом тулупе. Тот остановил нас сразу, как мы съехали с МКАДа.
- Так, что везем, товарищи? - осведомился он, когда Цымбал открыл дверь.
Вместо ответа Цымбал подал ему товарно-транспортную накладную.
Радостная улыбка у гаишника испарилась.
-Книги? - протянул он озадаченно. - Так, давайте посмотрим, какие такие книги вы везете.
Витька с ехидной улыбкой открыл заднюю дверь. Мы в это время с Валеркой переглянулись и весело заржали.
- Действительно, книги, - разочарованно сказал милиционер. - Ладно, езжайте, толку с вас, как от козла молока.
Что мы и сделали.
Мои водители за годы работы выучили закоулки Москвы гораздо лучше меня, поэтому довольно быстро нашли место для стоянки.
После чего я, оставил их разбираться, кто останется сторожем, прихватив дипломат и сумку с подарками, отправился к своей бывшей однокурснице. Лизавета Семенова, работала рядовым хирургом в больнице, по этой причине давно развелась с мужем и одна воспитывала дочку десяти лет.
Договорился с ней о ночлеге без труда. Правда, пришлось звонить в Москву неоднократно. Домашнего телефона у нее не имелось. А в больнице ее тоже надо было еще поймать.
Жила Лиза в обычной панельной пятиэтажке, которую через тридцать лет некий оленевод подвергнет реновации, но пока об этом никто не подозревает, а я, тем более, рассказывать не собираюсь.
Когда нажал на звонок у двери, обитой дешевым дерматином, та практически сразу отворилась и оттуда донеслись соблазнительные мясные ароматы.
-
Лиза явно меня ждала, вечернее платье, и макияж явно об этом говорили.
Рядом с ней стояла темноволосая девочка и исподлобья смотрела на меня.
Я даже внутренне поежился от этого взгляда.
- Ну, здравствуй, пропажа! - приветствовала меня Лиза, слегка приобняв и поцеловав в щеку.
- Почему пропажа? - недоуменно спросил я, тоже чмокнув Лизину щеку.
- Ну, как же, одиннадцать лет не виделись, у меня тут за эти годы, кто только из наших не побывал, а ты пропал с концами, ни слуху, ни духу, - ответила Семенова.
-Ну, вот, наконец, пропавший появился и очень рад тебя видеть, - ответил я.
- Привет малышня, давай знакомиться, - обратился я к девочке. - Меня зовут дядя Саша, а тебя?
- Я не малышня, - буркнула девочка. - Мне уже десять лет.
-Ну, прости, прости, - извинился я. - Я сразу не понял, что ты такая взрослая. Надеюсь, все же в куклы еще играешь? А то я тебе привез набор кукол Барби с гардеробом.
- Меня Есения зовут, - сообщила девочка сразу ставшая дружелюбней. - А где куклы?
После того, как куклы ей были вручены, Есения коротко поблагодарив, хотела убежать с ними к себе. Но мать ее остановила.
- Еська! Разве так благодарят? Как тебе не стыдно? Скажи спасибо дяде Саше, - воскликнула она.
- Оставь дочь в покое, разве не понимаешь? Она просто стесняется, - шепнул я Лизе.
- Ладно, иди к себе, - сказала она дочери, и та с облегченным вздохом ушла в свою комнату.
Повесив пуховик на вешалку, я прошел в большую комнату.
Да уж, то, что здесь проживает женщина-хирург, было заметно с первого взгляда. Все вокруг пропахло куревом. В бедно обставленной комнате царил идеальный порядок, собственно мебели, как таковой имелся минимум. Фанерный шифоньер в углу, рядом с ним железная пружинная кровать, посредине комнаты раздвижной круглый стол, несколько стульев и в дальнем углу у окна на тумбочке стоял небольшой японский телевизор Тошиба.
Лиза смотрела на меня с вызовом, как бы ожидая, от меня вопросов по поводу обстановки, но я благоразумно молчал, понимая, что лучше не говорить по этому поводу ничего.
Вместо этого оживленно потер руки и спросил:
-Ну, что в этом доме гостя будут кормить, или нет?
Семенова пришла к жизни и виновато заговорила:
- Саша проходи в ванную комнату, сполоснешь руки с дороги. Может, ты сразу ванну примешь? Или после ужина?
-Давай после ужина, - не думая ответил я и направился к ванной комнате.
За столом мы сидели втроем. Есению еле удалось оторвать от кукол. За столом она не задержалась, как только допила чай, сразу ускакала к себе.
- Саша, не надо было так тратиться, - укоризненно сказала Лиза. - Эти куклы такие дорогущие, и вообще не надо было столько продуктов привозить. Я неплохо зарабатываю, нам хватает.
- А с кем ты Есению оставляешь, когда на дежурство уходишь? - не подумав, спросил я.