Александр Санфиров – Эрлих (страница 29)
Я снисходительно улыбнулся. Хоть меня и работорговцы выкрали с Земли в семнадцать лет, в школе я учился неплохо и даже новости читал. И прекрасно помнил, как некие олигархи в моей стране когда-то решили посадить нужного им человека на должность президента. Такого незаметного, незаметного. Наивные ребята рассчитывали, что смогут им долго управлять. Однако вскоре один за другим они почему-то начали перебираться в другие страны. Кто-то там умирал своей смертью, а кто-то даже повесился на своем любимом шарфике. И уже никто из них не давал советы президенту. Вредно для здоровья.
— Клаус, мне даже неловко тебе объяснять прописные истины. Никто тебе не мешает сделать вид, что ты послушно выполняешь требования совета магов. Но, со временем, поставив своих людей на основные посты, можно будет внести раздор среди членов Совета. Привлечь нужных людей на свою сторону. И убрав с их помощью не нужных, избавиться от излишней опеки.
Гвирон, слушая меня, понимающе кивал головой.
— Эх, Эрлих, жаль, что ты не остался у меня советником, голова у тебя работает в правильном направлении. Сам видишь, мне ужасно не хватает людей. Вернее, людей у меня избыток, но мизер тех, кому можно доверять и кому можно что-то поручить, зная, что поручение будет выполнено.
В принципе, я согласен с предложением Совета магов Гронара. Но нужно обдумать свои дальнейшие шаги. На сегодняшний день между герцогством и моими землями нет общей границы. Два баронства Роха и Кума это почти шестьсот километров дороги вниз по течению Энры.
Я планировал разобраться с баронством Роха весной. Тем более, что барон Эстергази очень недоволен тем, что титул графа достался какому-то мальчишке а не ему. Он рассказывает всем подряд, что я действовал во время летней кампании не так, как должен воевать истинный аристократ.
Но раз поступило такое предложение, то придется разбираться с ним в ближайшее время, несмотря на зимние дожди. Нельзя оставлять эту работу на потом.
Кстати, Эрлих, тебе придется мне помочь. Пленные кочевники под пытками рассказывают, что у них появился какой-то хан, он собирает большие силы, чтобы, переправившись через Энру, взять приступом Брон и избавиться от постоянной угрозы с моей стороны.
Я рассчитывал разобраться с ним самостоятельно, но, похоже, времени на это у меня не будет.
Поэтому прошу тебя, если хочешь помочь, займись этим ханом. А потом можешь возвращаться в академию к своим бумагам и чернильницам.
После этого монолога, Гвирон выжидательно уставился на меня. Видимо, ждал возмущенных возгласов протеста.
Я же лишь спросил:
— И как долго я буду искать в прериях этого объединителя кочевий? Или ты думаешь, я могу птицей носиться над степями?
— Послушай, Эрлих, — с понимающим видом обратился ко мне Клаус. — Я точно знаю, что когда тебе нужно, ты передвигаешься очень быстро.
Вот смотри, на письме Совета магов стоит дата, с того момента прошло всего шестнадцать дней. Допустим, ты на перекладных лошадях добрался до баронства Кума за три дня. А потом за тринадцать дней проехал два баронства и пятьсот километров только в моем графстве, почти тысячу триста километров в общей сложности, то есть одолевал по сто километров в день. Притом с твоих же слов у меня в графстве ты вообще, потеряв коня, шел пешком.
Гвирон между тем продолжил говорить.
— Мы тут пообщались по этому поводу с Хенриком, тот, как и я, в недоумении. Портала ты однозначно не открывал, значит, у тебя есть другой способ быстрого передвижения.
— Допустим, — сдался я. — У меня есть способ быстрого передвижения, Но прерии за Энрой раскинулись до Великого океана и занимают площадь в три раза больше, чем земли Дронара и Гронара вместе взятые. Миллионы квадратных километров, если ты, конечно, знаешь такие цифры. В общем, мне нужно знать хотя бы приблизительно, где сейчас располагается ставка хана.
Клаус смущенно почесал затылок.
— Действительно, о миллионах я услышал в первый раз. Поясни это сколько примерно?
— Чтобы было понятней, это тысяча тысяч. До тысячи ты, наверно считать умеешь? — я уже начинал злиться.
— Сними полог тишины, — попросил собеседник и после паузы позвонил в колокольчик.
Практически сразу в комнату зашел Хенрик маг второго ранга и мой коллега по летней войне.
— Проведи нас в совещательный зал, — приказал граф. Дружеский тон, которым он разговаривал со мной, у него куда-то испарился.
И снова я летел в ночь по примерным координатам, собранным после пыток не одного десятка кочевников.
Да, Гвирон реально напугал этих скотоводов. На другом берегу Энры, когда я перелетел туда, до горизонта не было видно ни одного огонька. Летел я не торопясь, боясь что пропущу нужную стоянку…
Просьба, или точнее поручение Клауса меня не пугало, больше раздражала потеря времени. Шестнадцать лет в абордажниках Аратана быстро избавили от иллюзий, человеческие останки и растекшиеся полусгоревшие мозги на переборках после луча бластера не вызывали тошноты. Имплант услужливо гасил эмоции при виде корчащихся в огне людей. Короче, убить человека для меня сложности не представляло.
Но все же лишней жестокостью я не страдал и старался быстрее убить своего противника. Поэтому в войске Гвирона меня хоть и боялись, но считали излишне мягкотелым.
Первые костры кочевий появились, когда я отлетел от Брона почти на триста километров вглубь прерий.
Но до нужного места оставалось почти столько же. Понемногу огней стойбищ в ночи становилось все больше. В основном они находились вдоль мелких притоков Энры, собирающих воду с половины Великих равнин.
Добравшись до примерного места нахождения ставки хана, я начал облетать его концентрическими кругами. Почти светало, когда я, наконец, обнаружил
искомое.
Огромная белая юрта стояла на возвышенности в окружении множества более мелких юрт, но тоже немаленьких по размеру.
Ближе к мелкой речушке теснились заплатанные юрты простых кочевников. В отдалении виднелись табуны лошадей, а еще дальше отары овец.
У костров уже суетились женщины, готовя еду.
Приземлившись неподалеку, я вздохнул и направился к становищу, можно было конечно, сжечь весь лагерь издалека, но надо было убедиться, что сжигаю того, кого нужно.
Первыми меня заметили вездесущие мальчишки, таскающие воду из ручья. Под их пронзительные вопли я продолжил свой путь. Из юрт начали выскакивать полуголые мужчины с оружием в руках. Увидев, что я не останавливаюсь, они начали стрелять. Но все стрелы сгорали в моей защите.
Я поднял руку и огромный файербол, сорвавшийся с нее, с гулом разметал, собравшуюся передо мной толпу.
Женщины, наблюдавшие всю эту картину, с криками начали разбегаться по сторонам.
Я же продолжал идти, кости сгоревших до углей кочевников хрустели под моими ногами.
Из юрт, окружавших стоянку хана, начали выбегать экипированные воины в доспехах, выстроившись в боевой порядок, они двинулись ко мне. Следом за ними шел шаман. Мне хорошо были видны его попытки накрыть воинов защитным плетением. Но его плетения были гораздо слабей моих.
В этот момент, откинув полог, из белой юрты вышел высокий крепкий мужчина в парчовом халате.
— Вот тот, кто мне нужен! — мелькнула мысль, и юрта вместе с ее владельцем исчезла в ревущем пламени.
Перепуганные воины упали на колени, бросив оружие. Гореть больше никто не захотел.
Подойдя к старому шаману единственному, оставшемуся на ногах, я сказал:
— Вы должны откочевать на северо-восток к предгорьям Атласа и никогда сюда не возвращаться, иначе вас всех ждет смерть.
— Мы выполним твой приказ Повелитель огня, — хрипло ответил шаман, склонив голову. — Завтра нас здесь уже не будет.
—.-
— Ваше магичество! — голос, глухо доносящийся из-за двери каюты выдернул меня из давних воспоминаний.
Открыв дверь,увидел взъерошенного матроса, боязливо глядящего на меня.
— Ваше магичество, капитан приглашает вас на вечерний чай, — выпалил он и поспешно скрылся.
Когда я зашел в каюту, там уже расположилась та же компания, что и в обед.
Лавиния Эмери уже в другом платье сидела рядом с капитаном и была улыбчива и свежа, как розовый бутон. Зато капитан выглядел немного уставшим. Понятное дело.
Хотя матрос сообщил, что приглашает на вечерний чай, стол был обильно заставлен блюдами с мясом, фруктами зеленью и выпечкой.
Аппетита особо не было, но запахи от еды шли такие, что тот вдруг проснулся.
Поэтому я уселся рядом с подвинувшимся купцом из Гронара и приступил к трапезе, как и все остальные присутствующие.
По мере того, как убывало вино в бутылках, разговоры за столом становились оживленней.
Гронарский купец, представившийся Эразмусом, после третьего кубка набрался смелости, чтобы заговорить со мной.
— Лэр Эрлих, насколько я понял, вы возвращаетесь в Гронар после окончания контракта. Могу ли я узнать, чем вы планируете заниматься дальше?
— Можете, отчего же нет — ответил я. — По приезду в город планирую отдохнуть несколько дней, а затем отправлюсь в верховья Энры, давно хотел заняться поисками руд в предгорьях Атласа.