Александр Санфиров – Дважды в одну и ту же реку не войти (страница 49)

К нашему диалогу начали прислушиваться девицы, стоявшие рядом. Женя в ответ еще сильней прижалась ко мне и взяла под руку.

— Мы с тобой покатаемся после занятий, — спросила она чуть громче, чем нужно.

— Ну, конечно, прокатимся,я тебе город покажу по настоящему, — ответил я и предложил:

— Пойдем внутрь, чего мерзнуть зря.

Мы прошли в вестибюль и как раз в это время кто-то из преподавателей предложил первокурсникам пройти в главную аудиторию.

Женя так и не отлипала от меня. В принципе, ее можно было понять, не зная здесь никого, кроме меня, она инстинктивно старалась держаться рядом. Пройдет пара дней, найдутся подруги, и мне уже не будет уделено столько времени.

В аудитории, мы уселись рядом, снова притягивая к себе внимание однокурсниц.

— Ну, вот, весь курс уже знает, что у тебя есть автомобиль, — подумал я. — К вечеру об этом будут знать и все преподаватели. Неплохо начинаем учебу.

На трибуну, тем временем, вышел декан факультета и начал поздравлять присутствующих студентов с началом учебы. Говорил он не очень долго, но монотонно, поэтому Женька скоро засопела мне в плечо.

— Хм, действительно, не сочиняла, — констатировал я правдивость ее слов о ночном поезде.

Пока моя соседка спала, речь декана закончилась и на его месте появилась секретарь. Она выложила списки и приступила к перечислению кто, в какой группе будет учиться.

Не менее монотонно, чем декан она назвала номера групп фамилии, я попал в сто четвертую группу, а Женя в сто шестую, чем я остался доволен. Однако, не успел обрадоваться, что не назначен старостой группы, как секретарь произнесла:

Товарищи студенты, старостой вашего курса назначается Сапаров Александр Юрьевич. Александр Юрьевич, поступил в наше учебное заведение после службы в армии, где за боевые заслуги был награжден орденом Красной Звезды. Александр Юрьевич в этом году вступил в ряды Коммунистической Партии Советского Союза. Руководство ВУЗа и наш деканат очень рады, что такой человек учится на нашем факультете. Мы надеемся, что наше сотрудничество будет успешным и полезным для вашего курса все пять лет учебы.

Александр Юрьевич! — обратилась она ко мне. — Представьтесь, пожалуйста, однокурсникам.

Я встал и неловко поклонился.

Проснувшаяся Женька, восторженно смотревшая на меня, захлопала в ладоши. А через пару секунд к ней присоединилась вся аудитория.

— Как ни странно, я покраснел от смущения, даже не ожидал от себя такого.

— Ну, и чего ты страдаешь, говорил я сам себе. — Ты же этого хотел, и знал, что так примерно все и будет. Так, что перестань краснеть и принимай, как должное все, что сегодня было сказано.

Когда все успокоились, секретарь сообщила, что группы могут разойтись по кабинетам, согласно расписанию, а старосту курса приглашают пройти в деканат.

Девушки начали расходиться, поглядывая в мою сторону, Сообщив проснувшейся Жене, куда ей надо идти, я отправился в деканат. Гордина, протирая глаза, шла рядом.

— Саш, может, попросишь, чтобы меня перевели в твою группу, а? — неожиданно заныла она.

— Хорошо, попробую, — ответил я, зная точно, что не буду этого делать.

Когда зашел в деканат, секретарь уже восседала в приемной за столом.

Увидев меня, она сделала радостное лицо и сообщила:

— Добрый день, молодой человек, декан вас уже ждет.

— Хм, когда и успел, ждать? — подумал я. — Мы вроде сразу за ним вышли.

Тем временем, секретарша нажала кнопку селектора и сообщила в него;

— Георгий Павлович, к вам подошел Сапаров.

— Голос из селектора что-то буркнул, и секретарь кивнула мне на массивную дверь.

Когда я зашел, декан встал из-за стола и, подойдя, крепко пожал руку.

— Ну, что же, будем знакомы, Александр Юрьевич, давно хотел вас увидеть, еще с момента сдачи документов. Не так много ребят хотят у нас учиться, а уж такого, как вы, признаться, вижу в первый раз. Надеюсь, вы не в обиде, что я взял на себя смелость рекомендовать вас на должность старосты.

Я улыбнулся.

— Признаться честно, думал, что старостой группы стану точно, но на курс не рассчитывал.

— Ну, вы, Александр, как коммунист должны меня понять. Кому, как не вам с вашим авторитетом, командовать студентами.

— Это понятно, Георгий Павлович, но есть одна деталь, все же большинство на курсе студентки, студентов и десятка не наберется, С женщинами работать сложно.

Декан ехидно улыбнулся.

— Вы кому это говорите?Декану и заведующему кафедрой, где нет вообще ни одного мужчины. Не переживайте, деканат всегда вам поможет и поддержит. На следующей неделе вам необходимо провести собрание, выбрать комсорга курса и профорга. Мы вам дадим список кандидатов, Вы на старостате их обсудите, а затем выберете на собрании, тех, кого захотите.

Сейчас к нам подойдет Наталья Владимировна Покровская, она, будет куратором вашего курса, возможно, вы не нуждаетесь в такой опеке, но таковы правила, не мы их устанавливаем. С ней будете решать рядовые вопросы, не требующие моего вмешательства.

— Никаких проблем, — сообщил я в ответ. — Наталью Владимировну я уже знаю, думаю, у нас ней будет полное взаимопонимание.

— И последний вопрос, — поморщился декан. Вами интересовался наш парторг. Сегодня он отсутствует, но завтра, будьте добры, зайдите к нему часиков в двенадцать. Как раз перерыв между лекциями будет.

Дверь открылась и в кабинет декана ворвалась Наталья Владимировна, поздоровалась с нами и обратилась ко мне на английском языке.

— Саша, поздравляю с должностью, надеюсь, мы с тобой сработаемся.

— Спасибо Наталья Владимировна, кстати, вы сегодня отлично выглядите. –ответил я языком Шекспира и Байрона. Мы перекинулись еще несколькими фразами. Все это время Георгий Николаевич ошеломленно смотрел на нас.

— Наталья Владимировна, — обратился он преподавателю,- так Сапаров на самом деле сдал язык на пятерку?

Сказав это, он осекся, кинул смущенный взгляд на меня и замолк.

Преподавательница в ответ хмыкнула и ничего не ответила. Зато мне все стало ясно. На сдаче экзаменов мне был выделен путь на зеленый сигнал светофора. А декан нисколько не сомневался, что я дуб дубом, а если не дуб, то все равно уже ничего не помню из школьной программы.

Для первого учебного дня занятия закончились довольно быстро. На последней паре по фонетике преподаватель осталась недовольна моим произношением, и сообщила, что работать над ним придется долго и упорно. Хотя к девчонкам она отнеслась гораздо строже. И поиздевалась над ними всласть. Зато два моих одногруппника Миша Резников и Саша Глухов удостоились похвалы. Еще бы, оба выпускники спецшколы, один сын декана филологического факультета, второй сын председателя мурманского горисполкома. О происхождении девушек я еще подробно не узнавал, но чуял, что единственным плебеем в этой группе предстоит быть мне. Выбросив проблемы из головы, я быстро оделся и вышел на улицу, где обнаружил, что у машины меня поджидает Женька.

— Придется выполнять обещание, — подумал я, уселся на водительское сиденье и, открыв пассажирскую дверь изнутри, предложил спутнице забраться внутрь.

Долго ждать этого не пришлось. Женя вмиг села рядом, закинула портфель на заднее сиденье и поправила высоко задравшуюся юбку, чтобы не было видно застежки резинок на чулках, при этом кинув якобы смущенный взгляд на меня.

Снисходительно улыбнувшись, я тронулся с места. На машине город оказался совсем не большим, хотя вдоль берега озера он протянулся на шестнадцать километров. Мы катались около часа, затем я отговорился тем, что мне надо на работу и отвез девушку домой.

В нашем баре после того, как мы стали работать за рубли, посетителей резко прибавилось, поэтому приходилось вкалывать, ну по, крайней мере, Эльштейну в шахматы после четырех часов играть было некогда.

Когда я появился его сменить, он явно обрадовался.

— Слушай, не знаю, что сегодня за день сумасшедший, за последние два часа ни разу не присел. Один за другим посетители идут, — сообщил он мне.

Но я и так все видел. Очередь на улице перед дверями, говорила сама за себя.

Иосиф вернулся из Питера два дня назад, и при встрече сразу передал мне приказ о моем зачислении на заочное отделение института и целый пакет бумаг.

— Не знаю, что с Кларой случилось, — признался он мне немногим позже. — твои документы взяла без звука, и на следующий день уже приказ о зачислении принесла, список литературы, и методички.

— А Клара, это кто, — поинтересовался я, мысленно улыбаясь.

— Да сестрица моя двоюродная, старше меня на пять лет, поэтому учит жизни всю дорогу, — улыбнулся Иосиф. — Ты бы слышал, как она вопила, когда я после института в бар устроился на работу, твоя мама по сравнению с ней, ангел.

— Могу представить, — сочувственно отозвался я. Меня это проблема сейчас не волновала. Как только маман узнала, что я студент иняза, ее отношение ко мне изменилось вмиг. Более доброй и ласковой мамочки у меня никогда не было.

— Интересно, что она еще скажет, когда узнает, что я заочно учусь на экономиста, — думал я, в то время, как Эльштейн рассказывал о своей поездке. Вообще, у меня создалось впечатление, что Иосиф катался в Питер не просто так.

— Наверняка, собирается в следующем году уехать в Израиль, — подумал я.

Мой напарник со мной о таком никогда не говорил, понимая, что это чревато, но по вырывающимся иногда словам, можно было понять, что ему хочется уехать из Советского Союза.