Александр Санфиров – Дважды в одну и ту же реку не войти (страница 27)

Подполковник провел платком по головке блока цилиндров. После чего удивленно начал разглядывать, оставшуюся белой, материю.

Ткнув еще в паре мест, он приказал закрыть капот, и опустить задний борт. После того, как с надеждой заглянув туда, не нашел к чему придраться, он скомандовал мне.

— Садись в машину, едем в комендатуру, надеюсь,адрес знаешь?

— Так точно, товарищ подполковник, знаю, — браво доложил я и, усевшись за руль, завел двигатель. В голове царило полное уныние.

— Это что, он так каждый день меня проверять будет! — билась в мозгах единственная мысль. — Я же чокнусь от такого контроля.

Утешало одно, мой предшественник Вася Грищенко ведь как-то дослужил до дембеля.

Я уже хотел нажать на газ, когда Климов сообщил:

— Еще минуту погоди.

Через эту минуту дверь подъезда распахнулась и оттуда выбежала симпатичная, немного полная, девушка. В руках у нее был портфель.

Она открыла заднюю дверь и, усевшись на сиденье, поздоровалась со мной.

В животе ощутимо похолодело. Эту девицу я знал. Последние полгода она частенько заходила в бар в компании подружек и беззастенчиво клеила меня.

Она ничего больше не сказала, но пока мы ехали до университета, куда ее приказал отвезти отец, в зеркале я видел ее довольное лицо.

Пока мы ехали до комендатуры, я успел придти в себя и размышлял, чем для меня может грозить такое знакомство. И пришел к выводу, что пока особо ничем.

Высокие металлические ворота распахнулись сразу, как только я просигналил.

Стоило подполковнику опустить ногу на землю, как к нам уже бежал старлей с повязкой «дежурный по комендатуре» и орал: — Смирна.

Пришлось и мне срочно выскакивать и стоя дожидаться окончания доклада.

Закончив доклад, старший лейтенант продолжал глазами «есть» начальство.

— Вольно, — лениво произнес Климов. — Ну, пойдем, поглядим, какой у нас нынче улов.

Он повернулся ко мне и коротко приказал:

— Следуй за мной.

Мы зашли в одноэтажное кирпичное здание.

В пустом холодном коридоре,выкрашенном в темно-синий цвет, тускло горела одна лампочка. В коридор выходили несколько дверей, на дальней, металлической, крупными буквами было написано «гарнизонная гауптвахта».

Климов повернулся к нам и прошипел.

— Тише, не топайте сапожищами.

Сам он осторожно прошел к двери и прислушался. Когда мы с старлеем подошли и встали рядом, он рывком распахнул дверь.

Часовой, разговаривающий рядом с сидящим за решеткой, солдатом дернулся, из его рук выпала пачка сигарет и те рассыпались по полу.

— Так, так — ехидно произнес подполковник, глядя на лейтенанта, — это мы значит, так караульную службу несем, мать, перемать,

Лейтенант побледнел, а часовой вообще застыл мумией. Лишь арестованный самоходчик лыбился из-за решетки.

— Товарищ лейтенант, немедленно вызвать сюда начальника караула, — приказал полковник.

Через минуту на гаупвахту влетел запыхавшийся сержант.

— Начальник караула старший сержант Яхонтов, товарищ подполковник, — представился он.

— Товарищ сержант, приказываю вам произвести замену часового. А ты голубок, — повернулся он к часовому,- после снятия с поста сдашь оружие начальнику караула и поясной ременьтоже. Отдохнешь на губе пару суток.

Тут он повернулся к улыбающемуся солдату за решеткой и тихо произнес:

— Ты чего лыбишься, сынок, мать твою, чему так рад? Что своего товарища под монастырь подвел? Ты этому радуешься бл…?

Он снова повернулся к лейтенанту.

— Товарищ дежурный, откройте камеру.

Лейтенант с обреченным видом открыл замок.

Климов схватил караульного, уже снятого с поста и без оружия, и втолкнул в камеру.

— Ну ка, сынок, дай этому нарушителю в морду, я приказываю!

Караульный не веряще смотрел на офицера.

— Бей, я что тебе сказал! –заорал тот еще сильней.

Растерянный солдат легонько шлепнул товарища по щеке.

— Кто же так бьет, разве это удар, мать твою, бей сильнее.

Караульный размахнулся и уже чувствительно заехал противнику по морде.

Климов расслабился.

— Ну, вот это уже кое-что.

Затем он уставился на арестованного.

— А теперь, ты, дай этому говнюку в морду!

Через несколько секунд в камере ожесточенно били морды друг другу оба рядовых.

— Все, закончили, — приказал подполковник спустя минуту. — Развести их по камерам. Пусть посидят, подумают, как дальше службу нести. А мы пройдем, посмотрим, кто тут еще отдыхает.

Из следующей камеры несло перегаром так, что можно было опьянеть. Троица стройбатовцев в расстегнутых гимнастерках без подворотничков со страхом взирали на Климова. Они, видимо, были в курсе, кто это такой.

— Ого! Какие «редкие» гости! — радостно воскликнул подполковник,- Три солдата из стройбата заменяют экскаватор! Сегодня мы это в очередной раз проверим. Быстро сюда две лопаты.

Он открыл камеру и закинул туда две совковые лопаты. Троица кинулась на них, как коршуны, мутузя, друг дружку.

— Встать смирррна! — скомандовал Климов. Троица вскочила. Два счастливца прижимали к телу драгоценные лопаты. Третий понуро глядел в пол.

— Ага! Так ты, парень, у нас лентяй! Почему без лопаты? Работать не желаешь? — заорал наш комендант. — Сегодня работаешь ассенизатором, давно у нас сральник не выгребали. А вы ребята молодцы! Сразу видно, трудяги! Будете до обеда заниматься строевой подготовкой.

Парни переглянулись. По их лицам трудно было сказать, предпочли бы они чистить туалет, или четыре часа заниматься шагистикой.

С утра, раздав люлей, Анатолий Петрович Климов превратился в милейшего человека, и, до обеда не беспокоил никого своим присутствием.

Меня тоже никто не трогал. От скуки пришлось заняться машиной. Благо, что ветоши я припас изрядно.

Отвлекали только маты сержанта, командующего стройбатовцами.

Те дружно топали по закатанному асфальтом двору комендатуры, пот тек с них градом. Наверно выходило вчерашнее спиртное. Но строевого шага у них все равно не получалось.

Около часу дня подполковник вышел на крыльцо и оглядевшись крикнул мне:

— Сапаров, заводи машину, поедем на обед!

Когда мы подъехали к ДОСу, я думал, что Климов сейчас отправит меня в часть.

Но тот смог удивить.

— Давай, пошли, пообедаем у меня,- сказал он, улыбаясь. Глядя на его румяное улыбчивое лицо, было трудно поверить, что всего несколько часов назад он заставил двух солдат драться друг с другом.