Александр Сафонов – Целитель 2 (страница 6)

— Если бы! Это клиент, у дома меня ждал, лишь бы попасть сегодня на прием.

— Таким клиентам мы рады! Его можно долго лечить!

Марина уже дважды была замужем, от первого остался ребенок — мальчик восемь лет. Приводила как-то гайморит полечить. Но не оставляет надежды на новое замужество.

Быстро переодеваюсь, белый халат, шапочка. Всё как положено. Марина в приемной на записи, Настя в другой комнате принимает оплату.

— Начинаем работать девочки! Марина давай первого!

Первый, разумеется, хозяин BMW, зря что ли подвозил! Молодой парень, чуть старше меня, куча колец на руках, цепочка толстенная на шее.

— Я давно пытался к вам попасть, понимаете у меня… — С порога начинает рассказывать.

— Тихо! Давайте немного помолчим, присаживайтесь — прерываю на полуслове. Марине тоже запретил спрашивать о причине обращения. Редко бывает, чтобы я не мог сам определить болезнь.

Парень обиженно умолк, сел сжав губы. Сначала беглый осмотр, его оказалось достаточно, знакомая картина.

— Чернобыль? — Где еще в наше время можно радиации нахвататься?

— Да — Удивление во взгляде присутствует. Этого и добиваюсь, доверие возрастает — можно цену заламывать. Вот такой я, меркантильный.

— Доза солидная, ликвидатор? Если вылечить группы лишишься — Инвалиды ко мне нечасто обращаются, многих устраивает необременяющая болезнь, если за неё платят.

— Нет, я там случайно оказался. Как бы типа… экскурсии — Шифруется, наверное, мародерствовать ездили. Мне, впрочем, пофиг.

— Ложись на кушетку, осмотрю детальнее — Раздеваться не прошу, не девушка. Он сам снимает футболку, ладно уж, пусть. Теперь проверяю органы с помощью рук, изучаю реакцию, чтобы определить, насколько трудно будет лечить. Организм молодой, сложностей не будет.

— Картина в принципе ясна. Гипотония, гастрит, половые проблемы, так? — Пациент печально кивает — Это цветочки. А проблемы с костным мозгом начинающиеся это ягодки. Лейкемия не за горами. Мне понадобится провести три сеанса для полного излечения. Стоимость — тысяча рублей за каждый. Если устраивает тогда первый сегодня.

— Без вопросов! Хоть все три сегодня! А точно вылечите?

— По одному в неделю, сегодня в 12:00 первый. Гарантия сто процентов. Давайте следующего.

Двенадцать человек как раз обследовал за два часа, всех расписал на лечение на сегодня и завтра. Однако так очередь растянется надолго, особенно с учетом повторных сеансов. Короткое совещание.

— Так девочки, чуть меняем график. В пятницу диагностики не будет — только лечение. Иначе не уложусь. Марина, что с записью на завтра?

— И на послезавтра тоже! Двадцать семь человек пока. И звонили еще, мы не договорились — по телефону записывать?

— По телефону не надо — опередила меня Настя — Могут и не прийти потом. На месте записываются, сразу оплачивают. Саша, а давай часть будем лечить медикаментозно? Я же врач, мне нельзя без работы квалификацию терять. Тех, которых можно лекарствами вылечить будешь мне передавать. И им дешевле и больше принять больных сможем.

— Знаешь, возможно, так и сделаем. Если наплыв будет большой стану предлагать такой вариант. Но тогда твой кабинет нужно переоборудовать. Давайте, пьем чай и переходим ко второй части марлезонского балета — лечению.

С лечением в график не уложился. Планировал по часу на каждого, сбой начался на первом же пациенте. Элементарная киста в почке, с которой мне раньше удавалось легко справиться, никак не хотела поддаваться. Пришлось вспомнить колдуна Михала и подключать силу больного. Дело сразу пошло на лад. Со вторым тоже провозился долго. В результате вместо 16:00 закончил в 19:30. Сделал вывод — на каждого планировать полтора часа, в день четыре человека. Мало, но ничего не сделаешь. В пятницу успею шесть человек, итого за неделю двадцать два. А повторных когда? А запись в неделю сорок восемь человек! Если записывать меньше — будет тогда очередь на запись под дверьми постоянно.

— Настюша, ты права, сам не справлюсь. Давай завтра займись оформлением кабинета себе. И стоит подумать о другом помещении, побольше. Чтобы еще невропатолога на работу взять и гинеколога. Это я на будущее думаю.

— Тогда нужно строить большую клинику. Все специальности, хирургия, пластика. А сейчас просто цены такие поставить, чтобы количество желающих сразу уменьшилось — Предлагает жена.

— Я не смогу. Если человек умереть может без моей помощи, как я ему неподъемную сумму заломлю? Так что развиваемся постепенно. Сколько мы сегодня заработали?

— Три тысячи двести рублей. А мы будем для налоговой всю сумму отражать?

— Ты бухгалтер, сама и думай. Хотя если станешь лечить, бухгалтера придется брать на работу. Нужно ведь всю документацию вести, отчеты, платежи. Так что завтра у тебя куча работы — кабинет оборудовать, подобрать бухгалтера. И себя по трудовой переоформить на врача-терапевта.

После годового расслабона в больнице, нагрузка для меня оказалась сильной. Принимал я не четыре, а шесть — семь человек, заканчивали работу в семь — восемь часов вечера. Настя начала работать терапевтом, но пока к ней направил только двоих — большинство предпочитало заплатить любые деньги за быстрое излечение. Придется её лечение сделать чуть дешевле, а свое чуть дороже. Запись на диагностику растянулась уже на две недели. А собственно чего я парюсь? Я не Иисус Христос, всех не исцелю. Сколько смогу столько и будет.

Рабочая неделя закончилась, в пятницу отпустил последнего пациента в шесть вечера, всё, сил больше не осталось. Завтра еще в больницу обещал… Упал расслабленно в кресло в приемной.

— Домой не пора? — Тесть приехал, возит нас и на работу и с работы — Всех денег не заработаете.

— Да, уже собираемся папа — Настя пересчитывает кассу.

В дверях появляется пара плечистых типов.

— Мы уже не работаем, приходите в понедельник — автоматически говорит Марина, а я не менее автоматически пытаюсь определить, с чем пожаловали. На таком расстоянии увидеть «начинку» не могу, но что-то мне подсказывает — такие амбалы не болеют.

— Кто у вас тут старший? — голос у «шкафа» не менее внушительный, услышишь такой в темном переулке — обосрешься.

— Что вы хотели? — Обзываюсь. Директор Настя по-прежнему, но им явно не документальное старшинство требуется.

— Мы этот район контролируем, охраняем коммерсов, решаем проблемы. А то мало ли, могут ограбить, поджечь, машину угнать. Два куска в месяц и никаких забот.

Тесть ухмыляется. Типа, я же говорил за охрану. Ладно, мы тоже не пальцем деланные.

— А если я откажусь от вашей охраны? Скажем, возьму вневедомственную?

— Ну, она же не будет за тобой ходить круглосуточно. И за бабой твоей. А у нас много в городе… хулиганов. Встретят вечером, изнасилуют. Советую заплатить — Умеет сука убеждать!

— А вы, значит, будете круглосуточно охранять?

— Если кто наедет, скажешь что под охраной Бурого, никто пальцем не тронет.

— Гм, да сударь, ваши аргументы убедительны. Два куска говоришь?

— Это по-божески, другие больше бы взяли — Почему-то я ему верю!

— Настя, принеси деньги — Улыбаясь, подтверждаю слова кивком на её вопросительный взгляд. Беру в руки со стола пирамидку с «падающим снегом», встряхиваю и подхожу к визитерам, держа её на ладони перед собой.

— Кстати господа, вы никогда не задумывались, что теория экзистенциализма на примере Сартра не отображает всей глубины выражения проблем через показ образов? Подтверждение иррациональности человеческого существования в примитиве сводится к уникальности его бытия.

В гипнозе не важно, что говорить, главное интонация и монотонность. Еще чтобы объект не пытался отвечать, для этого лучше нести любой бред. В попытке осмыслить необъяснимый набор слов происходит зависание. Как на уроке, хочется спать, когда ничего не понимаешь и не можешь вникнуть. А для интеллекта, не перегруженного умственным трудом достаточно пары фраз для впадения в кому. К концу второго предложения у посетителей глаза стали стеклянными, на третьей фразе я изменил тему беседы.

— Сейчас я даю вам деньги, две тысячи рублей — Сворачиваю вчетверо газету и передаю старшему из амбалов. Голос второго мы так и не слышали. — Поклади их во внутренний карман. Ты видел, как он взял деньги? — Обращаюсь ко второму.

— Да.

— Замечательно. Сейчас я проверю ваше здоровье. Стойте спокойно.

Идея родилась у меня сразу. Единственное что меня смущало — я никогда еще сознательно не причинял вреда человеку. Итак, для начала делаю ущемление срамного нерва, который управляет расслаблением сфинктера ануса. Далее подпитываю патогенную микрофлору кишечника и немного угнетаю ворсинки прямой кишки. Если побегут в больницу — лечить будут долго и не факт что успешно.

— Теперь всё замечательно. Что я вас лечил — забудьте, помните только, что деньги вы получили. — Щелкаю пальцами — Ребята! Не спите, я спрашиваю — всё нормально? Мы можем рассчитывать на вашу охрану?

— Да, конечно — Пытается сделать убедительное лицо «охранник».

— Тогда до свидания. Да, хотел анекдот на прощание рассказать! К Кашпировскому приходят бандиты, требуют деньги. Он говорит секретарше — выдай этим засранцам сколько они хотят! Забрали деньги, ушли. Через три дня приходят, умоляют — Анатолий Михайлович, вот ваши деньги, вот еще столько же, снимите, пожалуйста, установку на засранцев!