Александр Сафонов – Целитель 2 (страница 30)

Блин! Как в анекдоте. Нужно точнее формулировать свои желания. Точнее, наши с Егором. А ведь подействовало!

— Мне кажется, он имел в виду родного братика. Нужно у него уточнить — предлагаю я.

— Смотрите! — Юрка указывает на телевизор — Включи звук!

Ельцин объявил о своем уходе в отставку. Путин? Кто это?

— Кто такой Путин? — Спрашиваю присутствующих.

— КГБ — шник. Темная лошадка, неизвестно, что ждать от него — Юрка политикой интересуется.

Да уж, сюрприз под Новый год! При Ельцине меня оставила в покое российская элита. Мог спокойно посылать всех, не опасаясь последствий. А как теперь будет, кто знает.

Везу детей к родителям. Они еще сонные, вчера день был насыщенный. второго января, с утра для детей сотрудников и больных провели новогодний утренник. Конкурсы, развлечения. Дед Мороз был с жуткого похмелья, но выбирать не из чего. Зато Снегурочка классная, Настя даже приревновала. И Винокур остался, он приехал с внучкой. Правда шутки у него не совсем детские, маленькие и не понимали когда смеяться. После обеда дети уговорили посетить снежный городок — на стадионе сделали снежные и ледяные замки, горки и т. д. Вечером проводили Юру на самолет. Они с тестем к этому времени уже на отмечались, пришлось в аэропорту взятку дать. Иначе улетел бы не туда, а так под руки пара ментов проводили до трапа.

Вот и Новошахтинск. Очередь сегодня небольшая, быстро движется.

— Это все Ваши дети? — интересуется таможенник.

— Мои. И брата.

— Разрешения от Вашей супруги, от брата и его жены на вывоз детей.

Впадаю в ступор. Всегда ездили с Настей и вопрос не возникал. Хотя от кого-то слышал о необходимости таких документов. И что? Заплатить? Не уверен, что возьмут. Да и на украинской потом могут не пустить. Или наоборот не выпустить.

— Пожалуй, мы назад поедем.

Теперь нужно думать, чем занять всю эту банду на каникулах. Или пусть, что хотят, делают, у меня в детстве родители такими вопросами не заморачивались.

— Я мог бы попросить, чтобы пропустили — Бормочет Егорка. Он к бабушке хотел. После моего тестирования стал и сам проявлять инициативу. Понравилось. Придется проводить беседу, о том, что не все желания осуществимы. Поставить ограничитель.

— Егор, нужно соблюдать законы. Я мог провезти вас, но это будет нарушение. Как ты думаешь, почему нужно соблюдать правила?

— Потому что накажут?

— И это тоже, но не главное. Наказания можно избежать — заплатить или воспользоваться связями. Правила и законы устанавливаются для нашей безопасности. Если ты пойдешь на красный свет — тебя задавят. Или я поеду по левой стороне — мы можем погибнуть. Кроме того пример заразителен, мы нарушим и другие глядя на нас начнут нарушать. И будет что? Бардак.

— А что случится, если нас без разрешения провезут? — включился в разговор Дима.

— Представьте, что я поссорился с мамой. Забрал вас и увез за границу. Договорился, чтобы пропустили. Обратно она вас не вывезет без моего разрешения. На таможне не могут знать, кто с какими намерениями едет, вот и установили такой порядок.

— А нас мама может забрать? — Мира заметно скучает по маме. Настя ей не может много внимания уделять. Что-то нужно придумать.

— Вас? Может, но им нужно с папой договориться между собой — А что я буду делать, если она действительно приедет? Юрка к лету только появится. Местные власти ей не помогут, но не совсем гуманно не дать ей даже встретится с детьми.

Гаишник тормозит. Откуда он выскочил? Я как бы ничего не нарушил, еду медленно.

— Старший сержант Колыванов. Документы на машину и водительское удостоверение.

— А что случилось, старшой? Для остановки причина должна быть — Это я запомнил, тесть как то при мне дрессировал гайца.

— Похожая машина числится в угоне.

Контраргумента не нахожу, можно конечно поиздеваться над ним, но время не хочу тратить. Передаю документы. Тщательно изучает, заглядывает в салон.

— Вы знаете, что детей нельзя перевозить на переднем сидении — Впереди сидит естественно Егор.

— Знаю — Вот только что Егору распинался о том, что нарушать нельзя! А теперь взятку предлагать? Или пусть протокол пишет?

— Пройдемте со мной для составления протокола.

Смотрю на Егора, сигнализирую глазами — действуй!

— Дядя, отпустите нас, пожалуйста!

— Уберите ребенка на заднее сидение!

— Я больше не буду на переднем ездить, отпустите!

— Гражданин, мне Вас уговаривать? — Да, гаишников никаким гипнозом не возьмешь. Попробовать мне?

— Я дяде Вите пожалуюсь, он вас с работы выгонит! — Обиделся Егор.

— И кто же твой дядя Витя? — Смеется сержант. Зря, между прочим.

— Это его крестный — Информирую я — Корнилов Виктор Павлович, знаете такого?

Еще бы не знать ему начальника управления ГАИ по Ростовской области. Улыбка сползла, точнее, скривилась в недоверчивую.

— Мне позвонить ему? Как там Ваша фамилия? Колыванов? — Если скажет звонить, сначала попробую устойчивость к моему гипнозу.

Улыбка сползла совсем, немного потоптавшись, сунул мне мои документы.

— Счастливого пути. Не нарушайте больше.

Трогаюсь. Сзади голос Димки.

— Правила и законы устанавливаются для нашей безопасности! — Все пятеро давятся от смеха.

— Егор! Перелазь назад, а то им слишком просторно там — Да, моим деткам палец в рот не клади.

Добрались домой. Мне нужно в клинику.

— Пойдёте со мной или на улицу играть?

— Играть. С тобой — отвечают вразнобой. Егор, Мира со мной — остальные играть.

— Хорошо. На обед домой, я маме позвоню, скоро вернется — Настя отправилась в гости к подруге.

В клинике оставляю детей в игровой комнате. Проверяю по палатам, как несут дежурство. Всё чётко. Практика видеонаблюдения не прижилась — воздействует на подсознание, угнетает активность и замедляет выздоровление. Остались камеры только в палатах для тяжелых больных. В остальных кнопки для экстренного вызова. Но минимум раз в час заглянуть в палату дежурный обязан. Задерживаюсь у Сережи. «Темного».

— Как самочувствие? Швы вижу, затягиваются.

— Тошнит. И голова кружится — Жалуется мальчик. По возрасту чуть старше Димы. Проверяю опухоль — чуть разрослась. Операция активизировала рост и я своим вмешательством видимо тоже.

— Сережа, ты не замечал за собой ничего необычного? Такого что не умеют другие делать?

— Нет. А можно капельницу убрать? Печет!

— Где печет? — проверяю вену, игла вставлена хорошо.

— Внутри. Мне от всех лекарств плохо бывает.

— А почему мама этого не сказала? — Отключаю капельницу. Аллергик? Так чтобы абсолютно на все лекарства не встречалось. И наркоз он нормально перенес.

— Она не знает. Я не болел последний год.

— А до этого? Ты что не жил с ней?

— Нет. Меня усыновили — Вот как, но при усыновлении должны были предупредить о таких особенностях организма.

— Тогда будем лечить тебя без медикаментов. Но ты должен в этом также участвовать. Ты слышал, что в организме есть защитные силы? Иммунитет. Вот сейчас мы с тобой его активизируем.

Проверенным способом демонстрирую, что его силы работают. Дальше предлагаю сосредоточить усилия в области желудка. Беру его за руку, используем всю артиллерию! В бой, давить эту гадость! Хватило меня минут на пять. Опухоль ничего, я выжатый, Сережа без изменений. Кто для кого донором был — неизвестно. Как бы не оказался Егорка прав, что-то тут темное! И что делать? На медикаменты переходить поздно, да и не переносит он их. До завтра восстановлюсь, возьму донора, еще попробую. Есть у меня один санитар, сам напрашивается. А что, ему хорошо — двадцать минут и свободен весь день, еще и прибавка к зарплате.

На рождество приехал Алим на каникулы. Приглашаю еще Костю, он практически член семьи. Его жена дочка крестного Егора. Рассказываю им об открытых мной способностях Егорки. Костя слегка шокирован, а Алим даже не удивлен.

— Дедушка Михал тоже умел многое. Но не злоупотреблял этим. Я даже не знаю всего, чем он владел. У Егора рано это проявилось, плохо, следить за ним нужно теперь. Направлять, чтобы не свернул в сторону зла.