Александр Сафонов – Сын целителя (страница 27)
- Дядь Юр, нужна небольшая консультация, - перехожу к делу после соблюдения необходимых формальностей (выпить, закусить, поговорить). О вчерашних событиях ему отец рассказал, пока я душ принимал.
- Для чего же мы старики еще нужны, только советы давать, - иронизирует Максимович. – Только никто их не слушает. Говори, чего задумал.
- Хочу уладить вопрос с долгом этого парня. Только хотелось бы не переплачивать. Вот думаю, если договориться, что я в колонии проведу лечение. Ну, кого смогу. Долг распишется на тех заключенных. Или родственников могу этого смотрящего подлечить. Какие еще варианты есть? Вот номер колонии, это возле Беслана.
- Думаешь, я все зоны знаю по номерам, - Юра даже не посмотрел на бумагу. - Выясню, кто там смотрящий, что за кадр тот парень, стоит ли за него вписываться. За такой долг убивать не станут, это за сотку проигранную в карты могут на перо поставить. А столько бабла собьют, тем или иным способом. На органы в крайнем случае продадут, и его, и сеструху. Сейчас это не проблема организовать. Родственники мало у кого из законников есть, родители, как правило, умерли, а детей заводить некогда было. Сидельцев лечить за свои бабки никто не согласится, зачем ему этот гемор? Давай так: я перетру этот вопрос с кем нужно, потом решим. Не переживай, семью пока не тронут, я кое-какой вес еще имею. Только с администрацией сами договариваться будете, если что выгорит.
Отец пообещал, что с этим проблем не возникнет. Есть связи в МВД, решат любой вопрос. Да и мой крестный не последний человек в системе.
- Горка, а давай тебя посадим на зону, - в шутку предлагает отец. – Там и разберешься. Я вот в карты в камере выигрывал постоянно, со мной играть не хотели. Отыграешь долг и заработаешь еще.
- Да я не умею в карты, - открещиваюсь от предложения. – Разве что фокусы показывать могу, но за это не заплатят. Нет уж, не хочу на нары, я как-нибудь дома на мягкой постели помучаюсь.
Итак, решение переносится на следующий год, пока все детали выяснятся. До нового года три дня всего осталось.
Глава 12
В институте появляюсь только после Нового года. Семестр закончен, а у меня завал. Если биология, анатомия, гистология, латынь, химия у меня особых затруднений не вызывают, то по высшей математике и физике остаётся уповать на благосклонность преподавателей. Самое печальное то, что денег с меня не возьмут. Просто издевательство – любой студент, кроме меня, может дать взятку за зачёт, а у меня боятся брать. Сын проректора как-никак.
Перед аудиторией сталкиваюсь с Асей. Кажется, она специально меня поджидает:
- Привет! – улыбка напряженная, нелегко первой восстанавливать отношения. – Как с твоими проблемами, уладил?
- Да, всё хорошо. Теперь с физикой бы уладить, - не останавливаюсь, прохожу в аудиторию. Ася следом:
- Могу конспектами поделиться. Игорь Валентинович любит проверять их. Перепишешь, покажешь, тройку как минимум поставит, - предлагает она.
- Спасибо за идею, конспекты есть, Марика прошлогодние. У нас даже почерк похожий, могу за свои выдать.
Разговариваем словно и не было трех месяцев молчания. С Вадиком у Аси не сложилось, не выяснял по чьей вине. Недельку вместе их видел только. И эту неделю меня осаждали девчонки с нашей группы. А потом как отрезало, думаю, Ася предупредила их о последствиях. Она с шести лет гимнастикой занималась, так что физически превосходит многих парней даже, хотя по виду не скажешь. Подтягивается точно больше меня, да и бегает лучше.
Большинство получило зачёты автоматом, сегодня совсем мало народа. Начал было размышлять о возможности повлиять на преподавателя гипнозом, хорошо, что не решился – меня вызвали к ректору. Вздыхаю с облегчением, завтра приду с конспектами и буду тройку выпрашивать.
У ректора в кабинете военный медик в чине подполковника. Поздоровавшись, вопросительно смотрю на Сергея Михайловича.
- Егор, это мой товарищ, учились вместе, просит помочь. У них в части ЧП, да он сам расскажет.
Подполковник протянул руку:
- Кирилл Иванович. Вообще-то я отца хотел твоего попросить, он говорят гипнозом владеет, но Сергей утверждает, что ты покруче будешь. Выручай, иначе нам пи…, плохо, короче, будет.
- Так в чём дело конкретно? – пока не понимаю я.
- Дело хуже не придумаешь,- вздохнул Кирилл. – Мой друг, майор Гранин, дежурил по части. У нас сводный батальон со своим госпиталем. Он обходил территорию, зашел ко мне в госпиталь, я как раз после операции задержался. Времени уже второй час ночи было. Зашли в процедурную, решили чайку выпить. Я пошел в кабинет за заваркой, а ему в туалет приспичило. Шинель, портупея с кобурой, остались в процедурной. Минут пять всего никого там не было. Я первым вернулся, он через пару минут. Стал перекладывать шинель, за кобуру взялся, а она пустая! Медсестры как раз на контроле не было, в палату к больному зашла. До утра всё отделение перевернули, а так и не нашли. Командир части дал сутки на поиски, потом доложит наверх. За утерю оружия в лучшем случае Гранина в звании понизят, мне тоже строгач обеспечен.
- А я чем помочь могу? При чём тут гипноз? – по-прежнему не понимаю я.
- Так ведь отделение закрыто было на замок. Никто посторонний не мог ни выйти, ни войти. Получается только мы с Граниным, медсестра и восемнадцать больных. Там три офицера, остальные солдаты. Пятеро солдат отпадает – неходячие, и те, у кого медсестра в палате была тоже. Итого подозреваемых девять бойцов и офицеры. Люду, медсестру, я исключаю, зачем ей это? Вынести пистолет никуда не могли – все под наблюдением, и посетителей не пускаем. Мы даже под окнами весь снег просеяли, вдруг в окно выбросили. Разговаривали с каждым, все клянутся, что не при делах. Один солдат встретился майору, когда в туалет шел, мы его чуть ли не пытали. Результат нулевой. Помоги, а? В долгу не останемся!
- У меня сессия, пару предметов вот еще сдать нужно, а дело может затянуться, - вопросительно смотрю на ректора.
- Решим, - коротко ответил Сергей Михайлович.
Вот и замечательно! Роль сыщика мне больше нравится. Может пока не поздно в юридический перевестись?
Подполковник был на машине, старенькой шестерке. Часть за городом, добрались за полтора часа. Подумал, что нужно было батю с нами пригласить, он рассказывал, как в госпитале служил, поностальгировал бы. Поднимаемся на четвертый этаж, отмечаю сразу, что через окно выбраться не могли. Разве что человек-паук.
- А в милицию обратиться не думали?
- Ты что! – испугался Кирилл Иванович. – У нас ведь своя, военная прокуратура сразу займется. Да и до последнего надеялись, что найдём, не иголка ведь!
- Просто они искать умеют, - объясняю я. – А лучше в тюрьму, там шмонать обучены, сразу бы нашли. Ладно, показывайте.
Сначала знакомлюсь с пострадавшим, высоким майором с печальным выражением лица. Карьера под вопросом всё-таки. Потом отправляемся в процедурную. Много шкафчиков, стеллажи, бачки какие-то.
- Тут тоже искали?
- Да, три раза перерыли всё, - вздыхает подполковник.
- А не могли вы его в другом месте оставить? А заметили только здесь.
- Нет, точно не мог! Он раздевался, с таким стуком бросил на стол кобуру, я даже пошутил, спросил: от удара не выстрелит? – ответил за друга подполковник.
- Угу, понятно, - киваю. – Давайте подозреваемых по одному. Лучше в кабинет зав. отделением.
Начали с офицеров, потом солдат. Никто не возмущается, многие нервничают. Все согласились на гипноз, за три часа проверил всех. Больше всех волновался последний, щуплый дистрофик нерусской внешности, измазанный зеленкой. К тому же именно его встретил майор по пути в туалет. Но и он оказался чист перед законом. Устал, но не сильно, сижу задумавшись. Подполковник и его пострадавший друг, рядом, сильно разочарованы. Молчат, поглядывают на меня.
- Давайте вас товарищ майор, под гипнозом проверим, - озарила меня мысль. – Вы устали, ночь была. У людей иногда бывают неосознанные действия, которые они потом не помнят.
- Я не возражаю, но уверен, что это ничего не даст, – вздохнул майор.
Моя версия не подтвердилась. Подполковник сам предложил проверить и его. Он больше устал после операции, к тому же принял грамм тридцать спирта. Увы, тоже безрезультатно.
- А медсестра? Где она? – вспомнил я.
- Отпустили её, она больше суток дежурила. Она сама перед уходом показала и сумочку, и пальто. Да и не могла она, мы уверены на сто процентов, - твердо заявляет майор.
- Я с некоторых времен женщинам вообще не доверяю, даже хорошо знакомым, - замечаю я. – Ладно, господа офицеры, так просто сдаваться не будем. Скажите, кобуру вы сильно лапали, после происшествия?
- Нет, что её лапать, невидимкой пистолет стать не мог.
- Тогда придётся обратиться к спецслужбам. Не волнуйтесь, это неофициально. Давайте кобуру и сделайте мне отпечатки всех подозреваемых. Есть у вас что-то типа чернил?
- Тушь пойдет? – подумав, предложил Кирилл Иванович.
Измазав руки всем, включая пострадавших, получаю четырнадцать листов с отпечатками. Прихватив кобуру отправляюсь к крёстному, в последний момент решив, что ФСБ в это впутывать не стоит. Что буду делать, если ни один отпечаток не совпадет, понятия не имею. Кроме проверки медсестры никаких мыслей. Нужно книгу по криминалистике почитать, раз уж меня так часто стали привлекать.