Александр Рыжков – Этот русский рок-н-ролл (страница 31)
Денег, чтобы воплотить подобные фантазии нужно немеряно - не «лимон» и не десять, а гораздо больше! Но фантазёр почему-то не сомневался.
«Деньги будут. Ровно столько, сколько необходимо.»
Идея «звенела», принимая форму - ещё немного, и можно будет потрогать руками. Пришла пора собирать команду. Одна голова хорошо, а десять - лучше. Да даже полторы... Всё лучше, чем одна.
***
«Онегин» кайфовал... Никогда прежде не выпадал ему счастливый билет - зарубежная командировка. Посылали обычно в «хамыри» и на север, в таёжную «мухосрань». А тут, поди ж ты... Заслужил, отправили в Майами. Да ещё в сезон! Отчёты, рапорты и прочая рутина «съедали» добрую часть теплого дня. Но «золотое» время, утреннее, он сберегал для себя: пляж, «пина колада» - кайф... А ещё, «молодой - конторский» сделал то, о чём давно мечтал - прокатился на «сёрфе». Неумело, конечно, но всё же!
Кайф... Прибой, «пина колада», нега... Дрёму на тряпичном шезлонге разметал противный рингтон - ожил секретный телеграМММ чат. Так звонить мог только он.
- Алло...
- Говорить можешь? - Телух начал, не здороваясь.
- Ну да.
- Значит слушай. Слили нам посылку американские товарищи. Протокольные копии одного дерзкого дела в Денвере. Тамошние эксперты наскребли во взрывных следах СВУ (самодельное взрывное устройство) свинцовую переокись, эпоксид и серебрянку.
- И что здесь такого? - неуверенно возразил «молодой».
- Салага... Это же «конфетки» - русская смекалка! Самодельные взрывпакеты советских времён! «Конфетки»! Эх, не был ты пионером, Женя... Короче, сегодня выедешь в Денвер. Сдаётся мне, это наш клиент. Разнюхай там всё. Завтра наберу в это же время, - начальник бросил разговор, не прощаясь.
Тоска... Волшебный отпуск окончен, так и не начавшись.
Евгений Александрович листал денверские снимки, вазюкая пальцем в экране. Среди унылой уймы опер-фоток, контрастом рябели кадры с обгорелыми клочками поздравительного картона. Латинские буквы, цветастые, словно бы кого-то вырвало радугой, напоминали ребус. «Онегин» скривился, разглядывая обрывки написанного, моргнул, да и сложил пазлы: «Happy Independence Day!» (С Днём независимости!)
***
Корниенко Дмитрий Васильевич, он же «Корень-Димон» - одногруппник Индейца по донецкому универу, АСУшник, технарь - авантюрист. В две тысячи восьмом, после получения диплома, эмигрировал с родителями в Сиэтл, где пытался «поднять» пять или шесть стартапов. Не вышло.
Занимался чёрт знает чем: мыл посуду в кабаках, тримминговал и стриг собак, состоял сисадмином на портале «одиноких, да горячих». Наевшись американской freedom до отвала, спрятался в «небе»: купил бэушный параплан и прибился к стае таких же отверженных успехом. Каждый уикенд летуны собирались на изумрудных склонах, забывая о том, что у них нет крыльев. Парили под яркими тканями, пьянели от ветра, кричали, как дети. Так что, жил Димон только наверху, в небе. Внизу же, как и все, лицемерил. Он даже успел жениться - развестись. Детей, правда, не «настрогал», да и несчастной никого не оставил. Так... Плыл по течению. На выходных - летал, по будням - ползал. Родители к этому времени уже умерли, ушли один за другим. Наследством не «подогрели» (барахло не в счёт), одарив Димона лишь натренированным мозгом. Хотя... Почему «лишь»? Да и закорешились-то Димон с Индейцем токмо потому, что были интересны друг другу. Интересны мыслями. Всё началось на первом курсе, раскалякались на «лабе». Говорил поначалу больше Корень, Индеец помалкивал, маскируя логоневроз. И напрасно... Оказалось, что приятеля совершенно не «парит» заикание. Логоневрозник оттаял и включился в беседы на равных. Поупражнявшись на малозначащих темах, они быстро перешли к мотоциклам: оба мечтали, но никто и никогда не пробовал. В сарае покойного деда Корниенко обитал «ушатанный» Восход. «Протанцевав» три месяца, друзья реанимировали хлам и даже умудрились прокатиться - ржавый «колхозник» чихал, кашлял, но как-то ехал. Оба сошлись на том, что им нравится запах двухтактного выхлопа. А потом пошло-поехало... Донецкий студгородок: вторая общага - курили, что курится, девятая - пили, что горит. Корень окрестил друга затейливым прозвищем, весьма странным для донецкого уха. Марчо. Почему Димон выбрал это «погоняло», Индеец не помнил, но «Марчо» сразу «приклеилось». Их так и запомнили. Корень и Марчо, два одарённых раздолбая, прошли с первого по пятый курс легко, будто играючись. А вот финал вышел суровым - раскидало закадык... Марчо - в лаборанты, а Корня - в Сиэтл. Какое-то время связь держалась в ВК. Позже захирела и окончательно сошла на нет в четырнадцатом.
Парапланы помогли. «Пропавший без вести» располнел, оброс рыжей бородой и даже набил татушечку на плече - крокодила с большими зубами.
«Да ты никак отрицала, Корень!»
На одной из фоток человек в экипировке демонстрировал дряблый бицепс, в который вцепилась трафаретная рептилия, удивительно похожая на логотип одной французской лавки.
«Ах ты ж буржуйский летун, б*я! Данди-крокодил! Хорошо, пусть так. Лучше так, чем мотылька на жопу.»
Два дня Игнат уложил на поиски: прошёлся по всем ресурсам с мотобандами Сиэтла. Ничего.
«Если нет денег, какой уж тут байк...»
Затем побродил по сайту поклонников вингсьюта и, наконец, парапланы. Там и заприметил бородатую рожу со шрамом на левом ухе.
«Вот он!»
Соорудив лаконичную маляву «по-донецки» в четыре строки, Индеец добавил номер телефона и нажал enter.
Сотовый отозвался через пару дней.
- Алло...
- Марчо, ты что ли?
- В универмаге наверху я
Купил доху я на меху я,
Но, видно, дал тут маху я -
Доха не греет...
- Ты..., - Корень осёкся. - Это ты?!
- А кто ж ещё? - Игнат рассмеялся, - Димон! Опохмеляемся и машем!
- А где логоневроз?
- Усох! - Индеец ликовал. Давно так не говорил. Давно не выключал фильтры. - Тебя ждать, или как?
- Дай только барахло собрать!
- Тогда... Чтобы вас не огорчить, можно бабки-то вручить?! Кидай номер карты!
Игнат встречал кента на втором выходе из терминала. Волновался, как первоклассник.
«Корень! Корень... Не обломай. Ближе тебя никого не осталось...»
На побережье донецкий-блудный прилетел налегке: две банки водки, оливье, да сорок баксов. И сразу стало легче.
- А почему Фриско? Только не опрокинь меня..., - Димон решился и бросил прямо в лоб, - ты же не пидор?
- Корень, ты здоров? - Игнат стянул футболку, демонстрируя голову индейца в орлиных перьях на плече.
- Так ты что, «синий»?
- Нет, но деньги примерно оттуда. Фриско - идеальное место, чтобы потеряться. Кому из «тех» придет в голову меня здесь искать?
- Марчо...
- Забудь. Теперь я - Игнатий Сергеевич Ильиных.
- О как!
Друзья расположились на полу таунхауса, пили водку, закусывая оливье.
- И как тебе концепция стартапа? - Индеец неторопливо жевал салат, ему нравилось. - Хорошо. Майонеза не пожалели.
- А знаете, Игнатий, весьма недурно. Масштаб. Здесь такое любят.
- Тем более! Ты же лёгкий на подъём, чего теряешь? Короче... Забери параплан и будет нам цыганское счастье. Хватит «пробников» - я тебя не отпускаю. Замутим фирму, станем креативными. Все дела!
- И байки!
- Само собой! Но, не сразу. Начнём с велосипедов - лигерадов. ЗОЖ, керамические улыбки. Не производим ничего, кроме впечатлений.
- Ну все, попал... Курить можно?
- Можно. Но только за забором. - Индеец плеснул очередную порцию по стопкам. - Есть ещё кто на примете? Инженеры, дизеры, манагеры?
- Да полно! Прицепом притащу. Один из Новосиба, двое питерских... Разраб из Костромы... Коптеровод из Кишинёва. Годные люди.
- Вот и славно. - Индеец поднял рюмку. - Ну, с почином!
Без параплана - никуда. Корень сгонял в Сиэтл и вернулся во Фриско с двумя рюкзаками. Пятеро русских парней топали за ним, точно утята за уткой. Индеец «поручкался» с каждым, загрузил в шевроле экспресс и доставил «соискантов» в тихий район к новоснятому офису для беседы. Двухэтажное зданьице прямо с порога «дышало» креативом: скандинавская мебель из натурального дерева, кулеры на каждом шагу, кофейные автоматы и даже гамаки в «слипруме» (для переспать с мыслями). Ну и человеческая кухня, само собой.
- Всё это, конечно, здорово, увлекательно и по делу, - осторожно заметил очкарик из Костромы. - Так вышло, что среди нас нет ни одного чёрного. Будут проблемы.
- Да мне пох*р. - Игнат Сергеевич «просканировал» глазами каждого. - Мне пох*р, какого цвета у человека кожа: чёрного, красного или жёлтого. Мысли не имеют цвета. Либо звенят, либо... Ватой катать. Мне также пох*р на извращенцев. И смею надеяться, что среди нас таких нет. За дверями своих спален пусть делают, что хотят, если это никому не вредит, а уж тем более детям. Личное дело каждого. Пох*р. Я им не судья и не прокурор. Просто не люблю, когда из трусов делают флаги. Всё понимаю, мы добропорядочные, креативные граждане. Если закон будет душить, то... Есть на примете чёрные, чтобы пополнить команду?
- Три - четыре найдём, - буркнул питерский.