Александр Руджа – Везучие сукины дети (страница 16)
— А что?
— Нам придется съездить еще в одно место, родная… ха, даже в прямом смысле! Но дело пустяковое, так что не думаю, что оно займет много времени. Кстати, о времени: эта трансформация, чертова дрянь, засевшая где-то в моем теле — как долго она будет длиться?
— Не так уж долго, — рассеянно ответила Пинк. Вокруг нее поднимался пар, скрадывая контуры, пряча выражение лица. — Для обычного человека превращение длится недели две, но у тебя ведь нечеловеческий метаболизм, так что… неделя, может быть, десять дней — самое большее.
— Славненько, — усмехнулась девушка. — Не то, чтобы мне не нравились ощущения и маленький рост — да и попа весьма неплоха! — но делать дела в таком виде попросту неудобно. Через десять минут жду тебя в машине.
Хвала автопилотам, они подгоняют машины в любое время известной вселенной по первому зову. Хвала навигаторам, они помогают найти на карте Города-минус-один даже те точки, о которых не знают гнездящиеся угрюмыми толпами на этом плане бытия духи. И хвала тем инженерам, что дали разрешение на вселение своих мятущихся гениальных душ в полтонны листовой стали и алюминия.
— Мамочки, которых я никогда не знала… — прошептала Пинк в восхищении. — Где это мы?
«Порше» остановился у обрыва, через который был перекинут узкий белый мостик. На противоположном берегу, за холодными водами Коктас-ривер, высилось огромное черное здание, всю фронтальную часть которой занимало гигантское бородатое лицо. Они взирало на серый с чернотой пейзаж вокруг с явным неодобрением, словно не могло поверить, что человечество, его любимое дитя, позволило себе деградировать до такой чудовищной степени.
— Я тут работаю, — пояснила Пандочка, бросая осторожный взгляд вокруг. — Мы ненадолго, зайдем и выйдем.
— А кто это? — Пинк ткнула тонким пальчиком в суровый лик.
— Жюль Верн, конечно, кто же еще.
— А…
— Нам туда. И быстро.
Они пересекли тряский мостик, поднялись по стремительному внешнему лифту. Мимо проплывала борода угрюмого Жюля Верна, сделанная, кажется, из такого густого тумана, что по нему, не проваливаясь, свободно могли бы разгуливать кошки.
— Мы… на самый вверх?
— Нет, в мою рабочую сферу.
Здание напоминало храм — огромный, темный и пустой. Каблуки щелкали по монолитному камню, словно выстрелы. Им не повстречалось ни единого человека, а систем безопасности, настроенных на генетический код, Клэм благоразумно не заводил — на случай, если его телом завладеет враждебная сущность, но и в нынешней ситуации это решение оказалось вполне эффективным.
— Здесь.
— А ты знаешь, как произвести впечатление на девушку, да? — Пинк прошла по комнатам включая везде свет. — Квартира под самой крышей, шикарный вид, ни единой живой души на полмили вокруг? — она погрустнела. — Фальшивая личность… ее все больше, что это значит?
— Это значит, надо поторапливаться, — Пандочка, не чинясь, скинула одежду, из стен к ней поползли кабели, свет начал меркнуть. Пинк отвернулась, кусая губы.
«Решение по Плюс-бесконечности. Закрытие и отключение тридцати процентов печей — выполняется. Причина — чрезмерное потребление энергии, необходимость экономии.»
«Дополнение к решению по Плюс-бесконечности. Отключить сто процентов печей, прекратить выработку тепловой энергии.»
«Подтверждение решения. Требуется персонализация. Шестьдесят два, розовый, сталь, девятнадцать, быстро, Аврора, золото, смерть. Введите недостающее.»
«Витгенштейн, борода, никто».
«Подтверждение принято, решение выполняется».
Вот и все. Абарка-а, лишенные тепла и света, впадут в летаргический сон, их цивилизация разрушится, и никакого переселения не произойдет. Может, это и не идеальное решение, но давай мы будем работать с каждой проблемой адресно и последовательно!
— Пандочка!
Девушка закончила последние манипуляции и отключилась от терминала. По коридору в сторону их сферы шли люди, много людей. Темные костюмы, белые рубашки, идеальные прически — все как у Клэма было когда-то, потому что это они, такие же, как он, только чуть лучше подготовленные. Служба безопасности здания «Немо».
— Мистер Гидрар, — Координатор, шедший первым, вежливо кивнул. Это бы высокий моложавый мужчина со светлой кожей, хитрыми зеленоватыми глазами и вандейковскими усиками и бородкой. — Ваш новый облик… довольно мил, но не в моем вкусе. Впрочем, мы здесь не для того, чтобы обмениваться комплиментами, не так ли?
Девушка привстала с ложа из кабелей, но даже не подумала одеться.
— Тогда удачно, что я и не собиралась их делать. Думаете, я не поняла, что за всем этим стоите вы и ваши недобрые молодцы?
— В самом деле?
— Абарка-а увеличили потребление энергии потому, что их солнце начало резко остывать. Обычно такого не происходит, остывание звезд занимает миллионы лет, а базовые физические законы нерушимы. За исключением тех случаев, когда их
— Я аплодирую вашей догадливости, мадемуазель, — поморщился Координатор. — Мистер Свет предупреждал, что в этой части могут возникнуть сложности. Мы заключили неофициальный субподряд на поставку энергии для одного из его объектов, а лишних мощностей не было… пришлось забрать немного у звезды, вокруг которой вращалась планета абарка-а. Цивилизацией больше, цивилизацией меньше — лично для меня никакой разницы. Вот только печи в их мире выключили все-таки вы. И за это отвратительное преступление будете покараны.
— Даже так? — резко и остро запахло химией, на обнаженных запястьях Пандочки с потрескиванием и шорохом начали образовываться белые наноуглеродные перчатки. В ушах появился легкий гул, это выходило на рабочий режим энергетическое оружие у людей Координатора. Пинк с ужасом переводила взгляд с толпы безопасников на девушку.
— Я же… я не хотела этого. Я ничего этого не хотела, — прошептала она.
— Жизнь несправедливая штука, детка, — усмехнулась Пандочка. Силовое поле толкнуло окружающий воздух, расширяясь, уши мгновенно заложило. Некоторые из парней успели среагировать и вскинули свои стволы, но большинство — нет. Да и вскинувшим это не слишком помогло — транслюди из двадцать пятого века отличались сверхбыстрыми рефлексами и полным отсутствием тормозов.
Басовитым ударом отозвались намертво привязанные к перчаткам силовые поля, создавая комбинированный импульс. От избытка переходящей из потенциальной в тепловую энергии воздух принялся светиться, в нем заплясали едва видимые искры, в воздухе запахло озоном — молекулы кислорода накрепко связывались друг с другом, образуя своего рода электрическую материю.
— Да убейте уже ее! — завопил Координатор. Его терпение тоже было не безгранично. Но команда запаздывала, безнадежно запаздывала, восприятие послушно обострилось, все происходило теперь очень медленно и совсем безопасно, а Пандочка, между тем, уже была в воздухе.
Первый удар чисто формально все-таки нанесли они — то место, где только что стояла, напружинившись, девушка, буквально расплавилась от одновременного попадания двух дюжин высокотемпературных импульсов. Воздух горел с неприятным натужным свистом, биодинамические панели изо всех сил пытались поглотить огонь и дым — и не справлялись с задачей.
Перчатки птицами вспорхнули в воздух.
Двое противников столкнулись между собой с такой силой, что черепа расплющились друг о друга. Оружие звякнуло о пол, смятое и бесполезное.
Один вылетел в обширное окно в коридоре — оно было сделано из умного сенсорного стекла, отталкивающего грязь и воду, но человеческое тело оттолкнуть не смогло и, рассыпавшись на сотни блестящих серебристых кристалликов, улетело вниз вместе с диким бессвязным криком.
Второй залп прожег в соседнем окне оплавленную дыру, но больше никакого вреда не причинил. Еще один стрелок лишился большей части внутренностей и рухнул на пол, ловя раскрытым ртом воздух. В коридоре воняло сожженными полимерами, расплавленным стеклом и человеческим калом, сквозь разбитые окна врывался холодный ночной ветер, уши закладывало от крика и стрельбы. Все было сделано нарочито грязно, и, разумеется, исключительно для деморализации. Будь это не так, первыми же ударами Пандочка заблокировала бы оба выхода.
— Сожгите эту тварь!
Пандочка смахнула еще двоих в разбитые провалы окон и прыгнула на потолок, оценивая обстановку. Боевые химикаты отрабатывали пока на все сто, но одно плечо они все-таки подожгли, под тонкой тканью набухали огромные волдыри. Волосы тоже подпалили. Можно сказать, что потери пока были один к одному. Скоро, как только все это закончится, ей понадобится много-много сахара.
Она гибко прыгнула обратно, прикрылась чьим-то телом и дождалась, пока его пробьют снаряды из иглометов, на которые наконец-то перешли туповатые стрелки, после чего оторвала обе ноги и нанесла еще два точных удара. Все можно было бы закончить куда быстрее, но ей никогда не нравилось огнестрельное оружие. Двадцать четвертое столетие было веком пацифистов, и это ощущалось до сих пор.
— Стой!
Она замерла. Поле боя было чистым — живого противника в пределах видимости не было. То есть, почти не было. Координатор выглядывал из-за угла, крепко держа Пинк за шею. Лицо у него было гадкое.