Александр Руджа – Город в заливе (страница 56)
***
В полупустой комнатке раздался звонок. Высокий человек снял трубку.
- "Черная лагуна" пришвартовалась, экипаж направляется в город, с ними люди из "Отеля Москва", - сообщил ему подрагивающий - что-то случилось? - голос толстяка Поу.
- Понятно, - вежливо сказал высокий человек Хайнрих Вайтхенер. - Ничего не предпринимать, препятствий не чинить, вы выполнили наш уговор полностью.
- Конечно, нет! - визгливо выплюнула трубка. - Еще чего придумали - связываться с этими... Проследить и подать сигнал - и все, точно как договаривались!
Вайтхенер положил трубку и некоторое время сидел в задумчивости. Тхирасак Поу был явно напуган - почему? Имелась опасность? Маловероятно, скорее всего снова обожрался наркотиками - эти азиаты ведь все равно, что животные, им все трын-трава - жена, семья, они и себя-то не уважают. Вот и пусть травят себе душу дурманом... Сейчас куда важнее пункт назначения, названный Поу - "Отель Москва". С одной стороны, заказ на Балалайку вроде бы отложен, сейчас следует уделить внимание четвертому, последнему объекту. С другой стороны, окончательно контракт никто не отменял, а значит, можно подстраховаться и попробовать убить двух птичек одним камнем.
Высокий человек был уверен в своих силах и навыках. Кроме того, в здании напротив штаб-квартиры "Отеля Москва" им давно была оборудована снайперская лежка - для одного из вариантов устранения. Возможно, следовало использовать его с самого начала, это могло бы уберечь его от ранения и временной недееспособности.
Хайнрих Вайтхенер поморщился. Неприятная тогда вышла операция, конечно, но сейчас дела снова входят в нужную колею. Решено - и Балалайка, и парни с "Черной лагуны" умрут вместе, и умрут сегодня. Пускай даже за эту часть контракта ему не заплатят. Есть такое слово - честь.
Высокий человек поднялся, подхватил стоящую у двери длинную черную сумку и вышел в ночь.
***
На острове Мак сумрак казался не таким плотным и сплошным, как в городе - не было высоких домов, закрывающих яркие блики от упавшего в море солнца, не было возвышения, на котором стоял Роанапур, да и городская сутолока и суета вокруг отсутствовала полностью, и ничто не отвлекало от созерцания гаснущих красок заката.
- Быстрее, Рей! - Билл Хойт подтолкнул бывшего кока и сунул ему в руки лопату. Рейхардт нехотя отвернулся от моря и направился за Хойтом, сжимая инструмент в руках. По правде говоря, следить за небом было куда интереснее (...на небе только и разговоров, что о море и о закате...), но Билл был его другом, а друзьям нужно помогать. Пускай даже ты в раю, вокруг плещутся разноцветные волны, а в воздухе носится невидимая, но блистающая мириадами оттенков волшебная пыль.
Билл Хойт шагал впереди, его глаза лихорадочно сверкали. Вот тут... нет... точно вот тут торчали эти чертовы подростки, а тут - мы. Чертов мистер Будда на прощанье дал целеуказание, сказав: "Слева от того места, где мы стояли, примерно в двадцати метрах от линии прибоя, неглубоко". Что ж, надо признать, парень сдержал свое слово - вся его команда каким-то чудом оказалась жива, включая зеленоволосую девчонку (ты же всадил пулю ей прямо в голову, Билл, как такое возможно?), они мирно покинули эти места, а значит, его часть сделки оказалась выполнена, и он заслужил награду.
Прекрасный вместительный сундук с золотом, как и было обещано.
Осталось только его выкопать. Информация от мистера Будды не отличалась точностью, но и это было объяснимо - по всей вероятности, даже у просветленных были свои ограничения. После того, как они с Реем заполучат сундук, про наемничество можно будет забыть - он поселится где-нибудь на маленьком островке посреди океана, в домике с тремя прекрасными мулатками и целым бассейном, наполненным ледяным апельсиновым соком.
Билл Хойт облизнул губы. Несмотря на сумерки, жара не спадала, и пить хотелось просто нестерпимо. Ничего страшного, осталось только немного поработать руками - лопату, Рей, не выпусти лопату, ради всего святого - и он будет богат, и у него будет свой островок. И апельсиновый сок, да, огромные запасы апельсинового сока, не говоря уже о мулатках. Десять метров от линии прибоя, по левую сторону - или он сказал "двадцать метров"? Для верности нужно будет копать на двадцати.
Вокруг сгущалась темнота, сзади поскрипывал песок под тяжелыми шагами не прекращающего дебильно улыбаться Рейхардта. Море в ночи шептало на ухо странные слова, и Билла Хойта в третий раз посетила ужасная, пугающая мысль: "Мы стояли лицом к лицу. Он имел в виду слева от них, или слева от нас?"
Мысль погасла, подавленная чувством суровой необходимости. Что ж, поскольку в этом вопросе ясности нет, придется перекопать по периметру весь остров.
***
Глава 25, где расставляются все точки и делаются важные заявления
Все-таки Балалайкой можно искренне восторгаться. Можно при этом тихо (или громко) ненавидеть за иные поступки и расчеты, можно презирать за принадлежность к "безбожным коммунякам", но нельзя не ценить ее невероятный, ганнибаловского масштаба, стратегический ум и способность мгновенно понять и оценить сильные и слабые стороны любого плана, перспективы и риски новых возможностей. Это восхищало.
Историю про невероятные похождения "Черной лагуны" и девчоночьей команды Ружички она, например, восприняла практически спокойно. Выслушала, задумалась, задала несколько уточняющих вопросов - и все. За окнами сгущалась ночь, но глава "Отеля Москва" еще явно не собиралась отдыхать - на столе громоздились залежи документов, раскрытый ноутбук, стояла откупоренная бутылка чего-то крепкого; три пепельницы - одна гостевая и две ее собственные - были доверху забиты окурками. Еды, увы, не было - печальный Ружичка горестно водил своим длинным носом, но ничего, что можно было съесть, поблизости не улавливал.
Балалайка, видимо, придя к какому-то выводу, пожала плечами собственным мыслям и вскинула холодные глаза на сгрудившуюся перед ней компанию - Датча, Ружичку, рыжую Алису и блондинку, имя которой так и не было названо. Остальные топтались в соседней комнате и наперебой ухаживали за Реви, которой, судя по рассказу, сильно попало в этом приключении.
- А зачем нужно было удалять топливо из трех катеров, но оставить его в четвертом? - поинтересовалась она внезапно. - В том, где капитаном был Билл Хойт. И по какой причине пришлось тратить огромные усилия, поднимая участок морского дна, делая из него риф, торчащий у катера на пути и не нанесенный ни на какие карты?
Ружичка, смешно выглядящий со своей обмотанной бинтами макушкой, покрутил головой, как обычно, ухмыляясь.
- Да потому, что я псих, - напомнил он. - Не забыли? Конченный псих.
Балалайка выглядела задумчивой.
- Вполне возможно, что именно так все и обстоит... Если, конечно, твоей целью было не просто
Ружичка сделал глупое лицо.
- Ну, он же правда какую-то дичь мог бы рассказать. То загадочным образом кончилось горючее во всех катерах, то на пустом месте, в полнейший штиль, образовалась гигантская штормовая волна. А напоследок из воды за ночь выросла скала, а потом бесследно пропала. Нет чтобы прямо сказать - прошляпил троих шестнадцатилетних школьниц, не сумел с ними справиться, даже руководя двумя десятками вооруженных до зубов бойцов. Все бы отнеслись с пониманием.
Он снова ухмыльнулся.
- А может, и нет. Теперь уже не выяснишь.
Балалайка кивнула, словно ожидала услышать что-то в этом роде.
- Что ж, давайте подведем итоги вашей экспедиции... Затопленное судно, координаты которого я дала, вы нашли, после чего осуществили разведку и подтвердили наличие на борту как минимум нескольких тонн золотых изделий, ориентировочную стоимость сейчас даже определить затруднительно, - она задумчиво провела пальцем с ярко-красным маникюром по потемневшим монетам. - С высланными на перехват наемниками справились, надолго, судя по всему, выведя их из игры. Ненароком вскрыли контр-операцию ЦРУ, заинтересованного в присвоении упомянутого затонувшего судна. И напоследок показали всякой криминальной мелочи, что с "Отелем Москва" шутить не стоит... за это, по-видимому, мне нужно поблагодарить непосредственно Александра.
- Служу "Отелю"! - Ружичка невнятно махнул рукой, то ли отдавая честь, то ли выполняя диковинный пионерский салют.
Рассевшийся в кресле тут же Сержант хмыкнул.
- К пустой голове ладонь не прикладывают... - но вообще-то и вправду звучит неплохо. Чуть поменьше паясничал - цены бы тебе не было, парень.
Ружичка жестами показал, что он и рад бы, но не получается.
- Излишне говорить, что мне понравилось, как вы справились с заданием, - сообщила Балалайка. - Что же касается итоговой оплаты, Датч, ты понимаешь, что пока мы не поднимем "испанца" со дна, сумма вашего гонорара будет плавать. Но плавать она будет в таких цифрах, что тебе наверняка понравится.
- Возражений нет, - коротко ответил очкастый здоровяк. У Сержанта коротко бибикнул телефон, приняв текстовое сообщение, и тот, отчего-то посмурнев, выскользнул за дверь.
- По остальным нашим... договоренностям относительного заказа - мы оговорим этот вопрос с глазу на глаз. Но все они остаются в силе, если ты, конечно, не передумал.