Александр Руджа – Город в заливе (страница 10)
Высокий человек долго, не щурясь, поглядел на солнце и решил, что могло быть и хуже.
***
Глава 6, где "Черная лагуна" приходит в гости
- Тебе зачем учебная граната понадобилась?
А и правда, кстати. Что за дурацкая привычка хватать все, что к полу не приколочено? На самом деле, пока по городу шлялся, у какого-то попрошайки выменял с выгодой для себя, всего за два американских доллара. А потом забыл.
- В качестве отвлекающего для противника фактора, - рапортую бодро. - Первоначально планировал на эту роль камешек обыкновенный, одну штуку, но из вечного стремления к качественной продукции не смог себя сдержать и приобрел. Сугубо за свои кровные, так что возмещения расходов требовать не планирую. Хоть и страдаю из-за потери.
Балалайка, сидящая в кресле напротив меня, кивает. Будто ее и в самом деле устроил мой ответ. А вот примостившийся на столе рядом Сержант, такого наглого поведения, сразу видно, не одобряет. Даже несмотря на установившееся между нами трогательное взаимопонимание.
- Что ж, - говорит женщина в кресле. - Сделка, в конце концов, не сорвана, а заключена на выгодных для нас условиях, покушение на мою жизнь предотвращено, а сам исполнитель, вполне возможно, понес потери. Сплошные плюсы, Александр, спасибо за работу. И в качестве упомянутого "спасибо" на выходе возьмешь у администратора мешок. Погуляешь со своими девушками.
Кабинет главы "Отеля Москва" расположен почти на самом верху немаленького здания, поэтому сквозь полуоткрытые сейчас шторы за спиной Балалайки мне видно - море. Черт, какое же оно красивое. А почему, собственно, мы там до сих пор не были? Прибыть - прибыли, на новом месте осели успешно, закрепились даже, так почему нас никто на пляж не берет? Нет, двух мнений тут быть не может, нужно брать себя в руки и чимчиковать туда самим.
Иначе так и просидим всю жизнь посреди серого, душного города, до самой старости. Все пятеро. Ну, или сколько нас к тому времени наберется.
А деньги мне вообще-то сейчас не особенно и нужны - да и вообще, мы, наверное, при желании можем надумать себе сколько угодно. Но не взять будет выглядеть подозрительно - альтруисты всегда непредсказуемы и шизофреничны, им стараются не доверять.
- Благодарствую, - улыбаюсь с некоторым опозданием. - Имею необходимость тогда попросить насчет увольнительной.
- До понедельника можешь быть свободен, - командует Балалайка. Чего-то она все равно хмурая. С утра до ночи в делах, аки пчелка. Неправильный подход! Но кто я такой, чтобы что-то там советовать всесильной главе русской мафии в славном граде Роанапуре?
***
- Вчера убили одного из городских авторитетов, личного друга нашего капитана, вот она и грустит, - роняет мимоходом Сержант, когда мы спускаемся по лестнице на выход. - Был такой Ченг, может, слыхал?
- Не приходилось, - мотаю я головой. - Китаец, судя по имени? Из триад?
- Нет, из мужского хора имени председателя Мао, - хмыкает Сержант. - Из триад, конечно. Неужто не знаешь? Известная личность.
- Да, я, собственно, тут человек настолько новый, что только уважаемую Балалайку знаю, да еще вас, дорогой товарищ Борис, - поясняю я. - А в остальном гол как сокол буквально, в плане знакомств, я имею в виду.
Уважаемая Балалайка - это я конкретно загнул, конечно. Конкретно фактически.
Сержант задумчиво смотрит.
- Ты, часом, не еврей, парень? - интересуется он. - Очень своей манерой разговора напоминаешь эту нацию.
- По отцовской линии ничего такого не просматривается, товарищ Сержант, - покладисто рапортую я. - Правда, у прадеда отчество Францевич, но это потому только, что он был поляк. А по материнской линии я вообще из старинного дворянского рода происхожу, туда евреев не пускали.
Сержант дважды моргает.
- Тогда будем считать тебя самоучкой, юным дарованием, - решает он наконец. - Так научиться действовать на нервы - это надо уметь. Словом, Ченг был одним из четырех боссов Роанапура, наряду с итальянским доном Ронни, колумбийцем Абрего - ну и капитаном, понятное дело. Теперь, получается, будет грызня за его наследство, и тот, кто не упустит своего, получит в руки немало власти... Стой, не забудь гонорар свой за прошлую работу, и за сегодня.
Он на миг отлучается к стойке, но тут же возвращается. И не с пустыми руками, что характерно.
Черт. Когда Балалайка говорила про мешок денег, я думал, она просто неудачно выбрала слово...
Оказалось, очень удачно.
Это был действительно мешок, похожий на те, в которых возят деньги инкассаторы. И явно не пустой, судя по тому, как его нес Сержант. Балалайка решила выдать нашу долю золотыми слитками? Нет, на золото мы вряд ли заработали. Тогда свинец? Ртуть? Уран?
"Вот вы и попались, Штирлиц..."
- Как и было сказано, до понедельника лучше здесь не появляйся, - объявляет Сержант. - Потому что сложилась интересная традиция - как только я вижу твою ухмыляющуюся физиономию, так сразу и начинает происходить всякое... нестандартное. А нам пока такое ни к чему. Капитану нужен отдых, после всех этих... событий. Отдых и покой.
Эвон как. Заботится, значит.
Интересно, меня не повяжут прямо на улице, видя, как я тяну куда-то инкассаторский мешок? А с вами Джонни Ноксвилл, и давайте-ка, наверное, проверим эту захватывающую гипотезу!
***
Как выяснилось, не повяжут. Всем было, по большому счету, наплевать и на меня, и на то, что у меня в руках. Даже усатый, похожий на Чапаева как родной брат, таксист ухом не повел. Что было, конечно, несколько обидно. Так я и просидел, обхватив мешок руками, всю поездку. А еще уже почти перед самым домом произошло любопытное событие - что-то легонько зашевелилось у меня в голове. Сперва в затылке, потом осторожно переместилось в лобные доли, после чего, кажется, вообще ушло куда-то вглубь.
Сначала я испугался, конечно, но потом понял - это он! Наконец-то! Это начал работать мой многострадальный мозг. Куда это я с мешком денег собрался - домой? А девчонки там? А подарки им? А обмыть намечающееся невероятное богатство и мировое господство на горизонте? Деньги - это, конечно, тоже хорошо, но мы же про женщин сейчас говорим, а они гораздо лучше подарки воспринимают, у них голова совсем по-другому работает, чем у нормальных людей.
Я вообще-то дурак дураком обычно, такие умные мысли соображать не обучен, а тут практически просветлился. Наверное, обилие расставленных по всем углам и перекресткам благодушных Будд так сказывается. Спасибо им за это.
В общем, домой я ворвался в лучших традициях старых советских фильмов, где папа, сверкая добрыми глазами после получки, в преждевременно седой бобровой шапке и чекушкой за пазухой вваливается в прихожую, на радость изумленным детям и супруге с кастрюлей огненного борща со сметаной в руках. А за ним бесконечной вереницей тянутся воздушные шарики, какие-то плюшевые монстры, самосвалы, детская железная дорога на батарейках и эта совершенно шикарная игра "Морской бой". Эх, жизнь. Мне когда-то такую подарили, кстати.
Пинок в скрипнувшую входную дверь, шуршат, задевая за хилые стены, пакеты, вот и общая комната, откуда доносятся голоса, пора бы и подготовить аудиторию...
- Кто родился в феврале - вставай, вставай, вставай! Рюмочку по полной скорее нали...
Ой.
Девчонки, конечно, тут, все четверо, кто разлегся на диване, кто на колониального вида креслах, и это понятно - на улице сейчас уже душновато, приближается жаркий сезон. Вот только они не одни! На уголке стола примостился здоровенный угрюмый негр с лысиной во весь свой черный череп и в непроницаемых черных очках, а прямо посреди комнаты яростно жестикулирует кучерявый блондин в яркой гавайской рубахе.
То есть он жестикулировал, наверное, пока не услышал мой рев из коридора, а сейчас он просто стоит, как вкопанный, и настороженно смотрит на меня, такого обаятельного, с огромными кульками в обеих руках, будто продуктов на Новый Год накупил. И тишина. Как-то замерли все, ждут, что дальше будет. Нет, что ни говори, а умею я все-таки произвести первое впечатление. Осталось закрепить результат.
Тут прямо-таки напрашивалась какая-нибудь умная фраза! Пришлось ляпнуть первое, что пришло в голову:
- А вы тут чего, эротические фильмы снимаете, да? Нет, я не против, собственно, но непонятно одно - почему без меня?
Негр продолжает молча рассматривать меня сквозь черные очки. Нет, это точно не съемочная площадка, да и камер нигде не видно. Черт, по-моему, я этого парня где-то уже видел... Ага! Не далее, как вчера, в баре, вместе с Реви. Кстати, вот и она, развалилась как у себя дома в углу с коробкой пиццы и сигаретой. Белобрысого очкарика я вроде бы не видел, а лысого зовут... черт, что-то с памятью моей стало... Док? Дак? Дуч?
"Дуче, брось нас в огонь!"
Нет, это другое. Датч, вот что. Вот как его зовут. Голландец, значит. И хорошо загоревший, судя по всему.
- Сашенька, родненький! - Алиса первой приходит в себя и бросается мне навстречу. - Вернулся, кормилец! А я ведь его только за хлебом посылала, и солью еще, но не поскупился, купил вкусняшек для дорогих гостей! ай молодец! ай умница! Хозяйственный какой у меня!
Вообще она долго так может продолжать, чувство меры отсутствует полностью.
- Привет, - морозным голосом говорит блондин. Все-таки не все подходят для наших с Алиской совместных выступлений. Неподготовленных они, что называется, выбивают из колеи. Некоторых даже на несколько месяцев.