Александр Руднев – Бабочка в янтаре (страница 84)

— Все заработало, есть диагностика!

— Мы возвращаемся, готовьте отсек.

Все пятеро стояли у навигационного стола и напряженно ждали вердикт Вэя, скрупулезно изучавшего колонки цифр на мониторе. Уже полчаса система диагностики анализировала степень повреждения двигателя, и с каждой минутой надежды оставалось все меньше. Наконец, китаец сделал последнюю запись в электронном журнале и откинулся в кресле.

— Что скажешь? — спросил Егор.

— Невесело все, — покачал головой тот, — похоже, движок мы потеряли навсегда. По крайней мере, вне ангара без замены двух узлов мы его точно не починим.

— Жаль, — Астахов казался неестественно спокоен, — предлагаю всем отдохнуть.

Он встал и направился в каюту.

— Как отдыхать? — опешила Веста, — Мы ведь тут погибнем! Как же так?

Осунувшиеся лица друзей уже не выражали ничего, только усталость и безразличие. В конце концов, куда теперь спешить.

Карго молча взял Весту за руку и притянул к себе. Отстранившись от него, она села в одно из свободных кресел и отвернулась.

— Егор прав, — вздохнул Вэй, — надо поспать. Все равно, пока никаких идей нету.

— Как будто, они завтра появятся, — дернулась Веста.

— Может, и появятся, — парировал тот, — все — я спать.

Вскоре разошлись и все остальные.

В полумраке каюты Астахов пытался отключиться от всего происходящего, потому что витавшие в голове мысли прожигали мозг, выматывая нервную систему. В такие минуты нужно остановить сознание, а то можно сойти с ума. Однако логика упрямо брала вверх, оставляя его попытки безуспешными.

Неприглядные картины реального положения дел никак не уходили, и тревога, исчерпав себя, превращалась в мутное беспокойство, за которым, наверняка последуют апатия и безразличие.

Действительно, что он может сделать? Нелепость какая. В какой-то момент Егор позавидовал тем, кто остался там, в привычном мире защищать базу. Скорее всего, уже никого нет в живых. Вот! Уже мир поделил на «привычный» и «другой».

— Кто здесь? — приподнял он голову, услышав, как мягко раздвинулась дверь, которую он почему-то даже не запер.

— Ты не против? — спросила Ксения, силуэт которой едва проступал во мраке.

— Входи, — произнес Астахов безучастным голосом, хотя в душе обрадовался ее визиту, — Как самочувствие?

— Неплохо… наверное, — ее голос терялся в динамике.

Сделав несколько шагов, Ксения очутилась рядом с его кроватью. В тусклом свете Егор заметил улыбку на ее лице. Скинув ботинки, девушка забралась к нему и свернулась клубком, положив его руку на свое плечо. Он поменял регулировку гарнитуры на другую частоту эфира, сделав то же самое с ее спикерфоном. Не хотелось, чтобы их слушал еще кто-нибудь. Ксе не отреагировала.

— Обними меня, — попросила она и сжалась еще сильнее.

— Что с тобой?

— Замерзла, наверное.

— Это нервы. Мы все сейчас на пределе, — он погладил ее по голове и уткнулся лицом в волосы девушки.

Он целовал ее шею, чувствуя, что все тревоги и заботы уходят на второй план. Повернувшись к нему, Ксе потянулась к нему губами, жар которых унес Астахова далеко от этого корабля и от того, что с ними случилось.

Он обнимал ее, целовал, наслаждался каждым уголком ее тела, вдыхал ее аромат, и в эти минуты, казалось, весь мир стал другим, и они сами стали другими. Больше не было страха и ощущения пропасти. Все пространство вокруг, внезапно наполнилось тем самым смыслом, который часто за пределами нашего понимания, но который всегда появляется, если он нам по-настоящему нужен в те мгновения, когда мы в отчаянии стоим на краю, утратив малейшую надежду.

Она отвечала ему неистово и нежно, растворяясь в любимом мужчине, сливаясь с ним в одно целое пронзительно и страстно. Словно это был их последний шанс быть вместе.

— Ты боишься? — спросил он ее.

— Нет, теперь уже нет, — улыбнулась она, засыпая на его плече.

Открыв глаза, он невольно протянул руку, чтобы прикоснуться к ее обнаженному плечу. Ощутив прикосновение, Ксения быстро повернулась к нему лицом. Движение губ девушки напомнило Егору, что гарнитуры они сняли и положили на столик рядом с кроватью. Сообразив, что они не только друг друга не слышат, но и всех остальных, Астахов показал пальцем на ухо, одновременно пытаясь дотянуться до переговорных устройств.

После настройки частоты в динамике раздались озабоченные голоса друзей.

— Я не знаю, что это, — произнес Карго.

— Когда это появилось? — пытал его Вэй.

— Оно уже было, когда я пришел сюда. Примерно час назад.

— Почему не позвал всех? — не унимался китаец.

— Не накатывай! — парировал охотник, — Дрыхнуть меньше надо. Так и знай, наушники все вытащили. Ни до кого не дошумелся.

— Что у вас там? — поинтересовался Егор, надевая штаны.

— О! Еще один проснулся, — почти в один голос воскликнули те, — приходи, сам увидишь.

Кивнув Ксении, Астахов несколько секунд любовался ее точеной обнаженной фигуркой, пока она не надела комбинезон.

— Идем! — ответил он.

Передвигаться по-прежнему было нелегко. Вязкий воздух пружинил и обволакивал одновременно, создавая все условия для утренней зарядки. Через три минуты, изрядно вспотев, Астахов и Ксения добрались до рубки.

Карго и Вэй пристально рассматривали главный экран панели, на котором пульсировал какой-то странный объект неправильной обтекаемой формы. По словам охотника, больше часа он наблюдал уже этот гигантский булыжник, замерший в нескольких километрах от них.

— А вот это мне уже не нравится, — пробормотал Егор, и, кивнув в сторону экрана, спросил, — Как ОНО себя ведет?

— Полная неподвижность. Сквозь оболочку сенсоры не достают, — доложил Карго.

— Короче, мы понятия не имеем, что это такое и каково его содержание, — подвел итог китаец, — на всякий случай, я бы привел в боевую готовность все вооружение, которое еще исправно.

— Согласен. Займись, Вэй.

После того, как тот медленно, преодолевая сопротивление воздуха, вышел из рубки, объект вдруг начал менять форму, из глыбы превращаясь в конус, а затем в шар.

— Обалдеть! — затаив дыхание прошептал Карго.

— Может, он готовиться к нападению? — предположила Ксе, схватив Астахова за руку.

— Все может быть, — пробормотал он, не отрываясь от экрана, — хотя мне больше хочется верить, что ОНО просто намеревается нам что-то сказать.

— Ничего не понимаю! — воскликнул охотник, — Смотрите!

— Что?

— Параметры меняются.

Действительно, колонки с цифрами на панели, словно, взбесились.

— Глушат аппаратуру, — Егор выругался.

— Не похоже, — сказал Карго, — тогда бы и сенсоры вырубились.

На экране стало происходить что-то невообразимое. Пространство вокруг их корабля начало вытягиваться, образуя вращающуюся воронку. Появилась вибрация, нараставшая с каждой секундой.

— Что это? — закричала Ксения, уцепившись в подлокотники.

— Немедленно всем пристегнуться! — завопил Астахов, бросаясь в кресло.

Вибрация все нарастала, а затем прекратилась резко и неожиданно. Корабль тряхнуло, и моментально стало легче дышать. Егор набрал в легкие воздуха и почувствовал головокружение.

— Все живы? — спросил он, отчетливо услышав свой голос.

— Кажется, все нормально, — ответил Карго.

— Что это было? — в рубку ввалился Вэй, тут же запнувшись и упав на пол с отборной бранью, которую он успел выкрикнуть уже в полете.