Александр Рудазов – Свет в глазах (страница 45)

Но чтобы он вылез из кабинета лично… из ряда вон выходящее событие.

Сарразен тоже заметил Танзена. Скупо кивнул ему и подозвал, чуть шевельнув ладонью.

— Слышал, вы пришли в норму, мэтр, — холодно произнес он. — Готовы вернуться в строй?

— Конечно. Я бы хотел…

— Что конкретно вам сказал Инквивари? — перебил Сарразен.

— Ну… э… а вам известно, что я с ним беседовал? — слегка испугался Танзен.

— Разумеется, — нетерпеливо ответил префект. — Так что он вам сказал?

— Рассказал о чакровзрывателе, захороненном на Еке Фе Фонсе. Он правда там был?

— Был, — угрюмо ответил Сарразен. — Погребен среди объектов высшей опасности. Мы не думали, что найдется магистрант, настолько… настолько…

— Дотошный?..

— Тупой.

У висков префекта трепетал почти незримый Память. В ухо что-то шептал другой эмоционал — Интуиция. И тем не менее Сарразен напряженно размышлял, словно не в силах принять решение.

— Мэтр, я прошу прощения, что самовольно… — осторожно начал Танзен.

— Не важно, — поморщился Сарразен. — Значение имеет только результат. Вы известили Утер, Тирнаглиаль, Новую Страну и Морской Епископат, что их Криабалы в опасности?

— Да, конечно. Альяделли…

— К вам не прислушались. Серый, Красный и Синий Криабалы похищены.

— А Зеленый?!

— Владычица Галлерия сумела отбить атаку.

— Все равно, — мрачно произнес Танзен. — У Бельзедора теперь четыре Криабала из восьми. Возможно, больше, если он нашел какие-то из потерянных. Получается, это он планирует возродить Апофеоз?!

— Возможно, — безучастно произнес префект.

— Мэтр Локателли совершил страшную ошибку, — закрыл глаза Танзен.

— Возможно, — повторил префект. — Пойдемте-ка, мэтр. Побеседуем кое с кем.

Танзен в последний раз оглядел библиотеку. В общем-то здесь ему делать нечего. Да и другие агенты уже сворачивались. Бельзедор заполучил Бурый Криабал и убрался восвояси — дело закрыто. Можно попробовать разве что выловить тех, кто снабжал его информацией… и именно для этого префект Танзена и позвал.

— Я возвращаю вас в работу, мэтр, — сказал он по дороге. — Новую оперативную тройку сформировать пока не выйдет, свободных агентов нет. Действуйте пока что на свое усмотрение.

Танзен кивнул, толком не слушая. Размышлял над мотивами Бельзедора. Конечно, искать логики в поступках Темного Властелина — дело гиблое, но все-таки — зачем ему Апофеоз? Исключительно как средство грозить всему миру или он рассчитывает его применить? Если да — он ведь истребит и всех своих волшебников. Их у него множество — ренегатов из Мистерии и саморощенных колдунцов.

Да и сам Бельзедор… хотя, возможно, у него есть средство защититься…

В Кустодиан префект подвез Танзена на одном из собственных эмоционалов — Лени. Эта огромная бесформенная туша двигалась не очень быстро, зато комфорт предоставляла потрясающий. Танзен едва не задремал, погрузившись в ее мягкую спину.

Он даже не заметил момент, в который Лень остановился. Только когда Сарразен поднялся со своего места, встрепенулся и Танзен.

— Ордмунд Альяделли отправлен в Карцерику, — произнес префект, поднимаясь по желтым ступеням. — Мы выжали из него все, что могли.

— Он что-нибудь добавил к тому, что сказал мне?

— Ничего. Но сегодня утром, непосредственно перед появлением Бельзедора, нам добровольно сдалась его сообщница. Мэтресс Лагутерия Болинка, магистр Престижитариума.

— Она жива?.. — удивился Танзен. — Я был абсолютно уверен…

— Как оказалось, жива. И хочет видеть вас, мэтр.

— Меня?..

— Да. Она сдалась на том условии, что допрашивать ее будете вы.

— Почему я?..

— Вот сами ее сейчас и спросите.

Подземная часть Кустодиана охранялась самым строгим образом. Почти Карцерика. Тоже повсюду короний и кристаллы драконита. Сразу разоблачат любую магию… да и не применишь ее здесь толком.

Мэтресс Болинка сидела в допросной, с корониевыми браслетами на запястьях. Для магистра была она очень молода — всего лет сорока на вид. Танзен даже вгляделся пристальней в ауру — не маскировочное ли заклятие? Адепты Престижитариума — иллюзионисты, в маскировке им равных нет.

Но нет, это ее истинный облик. Да и кристалл драконита бы среагировал на магическую личину.

Вот на полную трансформацию он не реагирует. Если Танзен вдруг сменит форму — засветится, но пока он этого не делает — остается тускл. И не важно, что это не его родное тело, а форма № 50.

Впрочем, здесь Танзен превратиться и не сможет. Вокруг сплошной короний. Даже стулья и стол из этого металла. Воистину драгоценная мебель — короний стоит дороже серебра.

— Вы хотели со мной говорить, мэтресс? — спросил Танзен, подходя к арестованной.

— Да, — ответила та, не поднимая глаз. — Но наедине. Пусть остальные выйдут.

Сарразен промедлил. В допросной кроме него были два дюжих магохранителя и могучий эмоционал — Отвращение. Этим короний не опасен — они без всякого волшебства скрутят любого в крендель.

— Почему вы не хотите говорить со мной? — сухо спросил префект.

— Мэтр Танзен… был на Хор-Ханке. Он видел… его, — запинаясь, ответила Болинка. — Он… поймет.

— Поймет что?

— То, что я хочу сказать. Потом, если он пожелает… он все вам передаст.

Сарразен все еще медлил. Танзен заметил мечущийся черный комочек над его левым ухом — еще один эмоционал, Паранойя. Благодаря ему префекта невозможно застать врасплох, он всегда предупредит об опасности.

И сейчас он, похоже, был обеспокоен.

— Мы можем просто отдать вас психозрителям и вытащить из вашей памяти все, что нужно, — предупредил Сарразен.

— Можете, — грустно усмехнулась Болинка. — Но так вы получите меньше, чем хотите. Мэтр Танзен знает… он видел, что стало с Сукрутурре.

Танзен коротко кивнул. Убившее Сукрутурре отложенное проклятие было очень мощным и хорошо скрытым — даже Оркатти его не заметил. Конечно, в распоряжении Кустодиана есть психозрители и поискуснее, но здесь недопустима даже малейшая ошибка…

— Сукрутурре погиб, когда попытался рассказать то, что знает, — заметил, однако, Танзен. — Как вы собираетесь это обойти, мэтресс?

— В отличие от Сукрутурре я знаю о существовании кодировки и приблизительно представляю список спусковых крючков. Думаю, я смогу их избежать.

— Допустим. Но мне по-прежнему непонятно, чем вам мешает присутствие мэтра Сарразена.

— А вы узнаете, когда он выйдет, — многозначительно посмотрела на префекта Болинка.

— Хорошо, — процедил Сарразен. — У вас пять минут. И упаси вас Кто-То-Там меня разочаровать.

Префект с эмоционалами и магохранителями вышли, Танзен с Болинкой остались наедине. Волшебник хотел уже усесться напротив, когда Болинка вдруг… прыгнула!

Она буквально взлетела со стула, разорвала наручники, словно картонные, схватила одной рукой Танзена за голову, а другую выбросила вперед, целя ногтями в горло. Те на глазах удлинялись и заострялись — вот сейчас перережут сонную артерию!..

Танзен оказался на волосок от смерти. Окруженный коронием, неспособный сменить форму, наедине с обезумевшей убийцей…

Будь он в форме № 0 — тут бы ему и конец. Но в форме № 50 Танзен был достаточно крепок. Он снял ее с самого себя в сорок лет — а в то время он еще не успел расплыться. Так что сейчас ему удалось уклониться от первого удара и отбросить Болинку. Ее когти все же располосовали Танзену руку и окровавили шею — но что это для метаморфа? До первой смены формы.

А в допросную уже ворвался зеленоватый эмоционал. Отвращение Сарразена впечатал Болинку в стену и дважды ударил, едва не раздробив череп.

Следом вошел его хозяин. Префект окинул Болинку холодным взором и произнес: