Александр Рудазов – Свет в глазах (страница 38)

Они следовали, куда вела астролябия. Пучок лучей, невидимых ни для кого, кроме Массено, уходил вниз, на самое дно мира. Туда, где царствует Гушим, Жадный Бог.

Или даже еще ниже, в обитель Разверзателя Земли.

Массено не бывал раньше в Джарии. Он слышал об этом континенте, половину которого занимают великие Синие горы, под которыми раскинулось бескрайнее подземное царство. Но своими глазами не видел и теперь не мог надивиться.

Опускаясь в глубины, они то и дело выныривали в очередной туннель, пещеру, а то и огромную полость. Невероятных размеров катакомбы — одни дарованные богами, другие проложенные смертными.

Иные были темны, как обычный погреб. В других мглу рассеивали кристаллы коллегата, светящиеся грибы или причудливые животные.

Иные были малы, как обычный погреб. В других мог разместиться целый монастырь, большой замок или даже целая деревня.

Иные были обычны, как обычный погреб. В других текли глубинные реки, простирались глубинные джунгли или жили глубинные обитатели.

И в конце концов монахи Гранита вывели Массено туда, где заканчивался пучок лучей. В громадную, больше всех прочих пещеру. Не с деревню уже размером, а с целый город.

Город?.. Какой там город! Настоящая подземная страна!

Совсем маленькая, конечно. Малюсенькая даже. Есть на карте такие страны, в которых можно встать на западной границе и без подзорной трубы увидеть восточную. Но это все-таки тоже страны — и одна из них вполне бы сюда втиснулась.

— Древние глубины, — мрачно произнес один из гномов-старцев. — Здесь прозябают те, кого отверг и изблевал Гушим. Низоты.

Массено смолчал, поднимая повыше точку зрения. В этом подземелье, несомненно, раньше жили какие-то индивиды — и, вероятно, еще совсем недавно. Повсюду росли гигантские грибы, источенные изнутри на манер домов. Виднелись странные предметы, рисунки, следы разумной деятельности. Кое-где Массено увидел даже остатки пищи — и некоторые еще не совсем испортились.

Но ни единого живого существа. Пещера стояла пуста и тиха. Словно все ее обитатели вдруг снялись и спешно куда-то ушли.

Могло ли здесь обойтись без Антикатисто? Могли ли его посещение и опустошение подземелья быть двумя разными, никак не связанными событиями?

Массено в это не верил.

Он осмотрел несколько домов-грибов. Их интерьер выглядел… чуждо. Массено затруднялся даже описать эти хлюпающие слизневые норы, не мог назвать большую часть предметов, что там нашел.

Здесь жили явно не люди. И не другие человекоподобные индивиды. Эльфы-традиционалисты не строят свои здания, а выращивают их чудесным образом, но их меблировка подойдет и человеку. Гоблины — создания неряшливые и не считают чистоту достоинством, но среди людей такое тоже не редкость. Цверги предпочитают подземелья и вырубают жилища в камне, но в остальном их города обычны.

Но здесь совсем не то. Здесь могли бы жить какие-нибудь насекомые. Гигантские тараканы или термиты.

Массено вспомнилась страна ккахатунов, в которую однажды занесла его дорога. Там вот и впрямь было что-то похожее.

А пахло даже и менее приятно.

Как и на Хор-Ханке, Массено не имел никаких догадок насчет целей Антикатисто. Зачем он являлся в эти древние глубины? Свидетелей нет, спросить не у кого.

Массено развернул карту и отметил на ней все три пункта. Западная Грандания. Центральная Джария. И остров на крайнем севере архипелага Великой Верфи.

Немного подумав, он соединил их линиями. Долго смотрел на получившийся треугольник. Тот получился очень вытянутым, тупоугольным. Возможно, это что-нибудь означает.

Или нет.

Массено решил обратиться за помощью к небесам. Достав Ктаву, он раскрыл ее в случайном месте и прочел:

«Да и кто из вас не искал когда смысла в пустом, в бликах на небе, отражении в ручье? Верно говорю вам — не там ищете».

Да, это явно ничего не означает. В конце концов, любые три точки составят треугольник. Лучше не тратить время попусту, а вычислить следующую.

Волшебники говорили, что с каждой следующей точкой астролябия будет все лучше «узнавать» свою цель. Входить с ней в резонанс, указывать на все более недавнее место. И это оказалось правдой, поскольку на четвертый раз Массено вновь отправился в Ходжарию.

Задолго до прибытия он уже знал, куда именно попадет. И, выйдя из портала в Каргабе, уверился в этом окончательно — волшебный луч астролябии указывал точно на восток.

В Херемию. Прямо к башне Антикатисто.

Прошло немало дней с тех пор, как Массено ее оставил. Но все же и не так уж много. Антикатисто явно побывал там уже после ухода Массено — возможно, только вчера или позавчера.

А если очень повезет — он и сейчас там.

Теперь Массено уже не мог трое суток трястись на верблюде, а потом шагать еще и по пустыне. Время было слишком дорого. Не оставляя портальной станции, он стал искать тех, кто мог бы довезти его побыстрее.

У самых ворот расположилась стоянка ковролетчиков. Эти готовы были везти кого угодно и куда угодно. Они сами набрасывались на всякого, выходящего из портала, искательно глядели в глаза и приговаривали:

— Ковер, ковер, недорого, летим куда скажешь!.. Нужен ковер, святой отец? Садись, космоданин, домчу с ветерком!

Массено и рад был бы воспользоваться их добротой, да не так много у него осталось презренных монет. Даже ковер-самолет будет лететь до другой страны много часов, а цены ковролетчиков оказались не настолько щедры, как те расписывали. Вероятно, им нужно кормить большие семьи, и только свирепая нужда заставляет их запрашивать втрое против разумной платы.

Так или иначе, Массено не мог заплатить столько. А пайцза нунция оставляла их равнодушными — хотя, кажется, не все они были херемианами, попадались и севигисты.

Но Просперина улыбнулась монаху — он увидел двух Рыцарей Неба. Мужчина и женщина, эльф и человек, они спустились к воротам на прекрасных пегасах. Они явно собирались отправиться куда-то порталом, и Массено даже усомнился, настолько ли важно его дело, чтобы их беспокоить.

Однако сомнения его были недолги. Отбросив их, монах предстал перед рыцарями, предъявил им пайцзу и попросил о содействии.

Благочестивые служители Вентуария приложили персты к переносицам и склонили головы при виде нунция. Ни секунды не колеблясь, они благородно позабыли о собственном пути и предложили Массено занять место на любом из их пегасов.

Эти крылатые кони мчались даже быстрее, чем мог бы ковер-самолет. Массено то и дело доставал астролябию, вскидывал точку зрения и сверялся со спиральным лучом. Впереди уже виднелось его окончание — прямо у развалин башни.

Только вот… еще издали Массено заметил, что башня выглядит иначе. Не так, как ему помнилось. Да, в прошлый раз то были руины — но что-то все же оставалось, это была все еще башня, пусть и полуразрушенная.

Сейчас на этом месте была только гора щебня. Бесформенный террикон, уже даже отдаленно не похожий на дело рук человеческих.

А когда пегасы приземлились и молодой рыцарь помог Массено сойти, он заметил еще и нечто похожее на кучу тряпья. В груди болезненно екнуло сердце.

— Мы опоздали… — прошептал он, подходя ближе.

Идущий Сквозь Время. Он так и остался возле башни в своем вечном служении, священной медитации во славу Херема. И когда сюда явился Антикатисто…

Возможно, Идущий при его появлении вновь вернулся в мир, попытался помешать чудовищу — и был повержен. А возможно, Антикатисто убил его просто так, смахнул с лица земли, как досадную букашку.

Так или иначе, здесь его больше нет. И уже довольно давно — останки Идущего успели мумифицироваться.

Правда, это еще ничего не значит. Замедление процессов в телах этих аскетов начинается еще при жизни. Благословение Херема избавляет их от тлетворного влияния времени, позволяет существовать веками и тысячелетиями. И Массено понятия не имел, что происходит с ними после смерти — быть может, для них подобное естественно.

Или это тоже воздействие Антикатисто. Массено видел троих, погибших по его вине, — но все они приняли смерть по-разному. Антимаг Росенгальт развеялся пылью, ножевою Гостеррадиусу взорвали голову, а отец Стирамед был страшно ранен и истек кровью. Антикатисто — высший элементаль Тьмы и, возможно, по-прежнему могущественный волшебник. Неизвестно, какими ужасными способностями он обладает.

И он разрушил собственную башню. Массено не знал точно зачем, но мог предположить, что причиной был гнев. Наверняка Антикатисто возвращался за тем, что когда-то ему принадлежало и что почитал надежно спрятанным. За Черным Криабалом. Не найдя его, он пришел в ярость — и уничтожил все, что сумел.

Или же то была не ярость, а холодный расчет. Возможно, он заметал следы, избавлялся от улик… хотя каких улик? Массено забрал дневник безумного волшебника и сжег его останки, а бессвязные надписи на стенах немногое способны поведать.

Не тратя зря времени, Массено достал астролябию, возвысил точку зрения и снова стал строить рисунок. Рыцари Неба наблюдали за его манипуляциями с почтительного расстояния. Им явно были любопытны цели монаха, но из деликатности они не докучали ему расспросами.

Не задали они вопросов и когда Массено переменился в лице. Он получил следующую точку перемещения и узнал, что лежит она на юго-востоке, причем не так уж и далеко — чуть более чем в сорока тысячах вспашек. Конечно, это все равно громадное расстояние, кое пешему не одолеть и в три года… но в сравнении с общими размерами Парифата — не так уж и много.