Александр Рудазов – Свет в глазах (страница 18)

— Шестьсот лет, — скептично произнес Мазетти.

— Это больше восемнадцати, согласен. Но это не бесконечно великий срок.

— Святой отец, умение отстаивать свою позицию — положительное качество, но в вашем случае это уже больше похоже на упрямство, — поморщился Мазетти. — Отчего вы не желаете признать очевидный факт? Антикатисто больше нет.

— Не нужно спорить, — подал голос Медариэн. — Я уже почти закончил. Сейчас мы снимем последний слой и узнаем точно, где сейчас Антикатисто. Если кристаллы отзовутся — он где-то здесь, среди живых. Если останутся инертными — святому отцу придется признать свою неправоту.

Ни разу еще в жизни брата Массено не было столь напряженного момента. Да и волшебники, третий и четырнадцатый лауреаты первой степени, смотрели на эти кристаллы, словно ждали, что те взорвутся. Сам воздух в помещении как будто сгустился.

Массено очень надеялся, что кристаллы не отзовутся. Всей душой молил богов, чтобы все это оказалось просто ошибкой отца Стирамеда. Он бы с огромным удовольствием извинился перед волшебниками, что зря их всполошил.

Но кристаллы вспыхнули. Замерцали и завибрировали, чуть-чуть подвигаясь к югу.

— Антикатисто жив, и он где-то там, — глухим голосом прокомментировал это Медариэн.

Мазетти скорбно вздохнул.

— Вы были правы, святой отец, — промолвил он. — Вы были правы, а я ошибался.

— Не имеет значения, кто был прав, а кто ошибался, — отмахнулся Массено. — Важно то, что теперь с этим делать. Мы можем еще раз изгнать Антикатисто заклинанием мэтра Бецалли?

— Заклинанием мэтра Бецалли владел только мэтр Бецалли, — развел руками Мазетти. — Оно было чрезвычайно сложным и предельно узконаправленным. Сами понимаете — никто не считал нужным несколько лет осваивать заклятие, которое никогда не пригодится.

— Однако теперь, когда мы знаем, каким способом Антикатисто стал Антикатисто… — задумчиво произнес Медариэн. — Возможно, найдется и другой способ.

— Черный Криабал?.. — сразу понял Мазетти.

— Черный Криабал. С его помощью Антикатисто создал себя — возможно, с его помощью процесс можно и обратить вспять.

— Вы уверены, что это того стоит, коллега? Черный Криабал очень опасен.

— Антикатисто гораздо опаснее, — хмуро сказал Медариэн. — Думаю, это оправданный риск.

— Я в этом не уверен, — покачал головой Мазетти.

— В Буром Криабале нужных средств нет, вы сами знаете, — развел руками Медариэн. — Насчет Красного, Серого, Синего и Зеленого я тоже сомневаюсь. Возможно, помог бы Белый или Рваный, но они сгинули тысячи лет назад, и у нас нет времени их разыскивать. А вот где искать Черный — мне известно.

Массено слушал их молча. Использование такого темного гримуара показалось ему заведомо недопустимым, но он не так разбирался в магии, чтобы встревать со своим мнением.

— Мне самому не хочется к такому прибегать, — добавил Медариэн, словно услышав его мысли. — Но я не вижу вариантов лучше. Не исключено, что сейчас Антикатисто слаб, как котенок, раз уж он сбежал от одного только взгляда брата Массено… но мы не можем быть в этом уверены. И мы не знаем, долго ли еще он будет набираться сил. Так что я отправлюсь за Черным Криабалом прямо сейчас. Вы же… святой отец, что вы собираетесь делать дальше?

— Разыскивать Антикатисто.

— О?.. И как же, если мне позволено спросить?

— С помощью этих предметов, — указал на пульсирующие осколки Массено. — Они ведь движутся в сторону своего хозяина. Я просто последую за ними.

— Вижу, вы настроены серьезно, святой отец, — оценил Медариэн. — Но, имея только указатель, да еще такой неточный, вы будете странствовать долго. Парифат большой.

— Большой, — согласился Массено. — Но за последнюю луну я побывал на двух материках и двух островах. Ваши порталы сделали Парифат доступным.

— Резонно. Но здесь есть еще один нюанс, о котором вы знать не могли. Эти кристаллы приведут вас к Антикатисто лишь при условии, что он достаточно долго сидел на одном месте. В противном случае вы найдете лишь точку, где он был луну или две назад. Эти кристаллы расстались с ним слишком давно, связь очень слабая, и реагируют они с запозданием.

— Однако можно оформить их в отслеживающий амулет, — предложил Мазетти. — Это не слишком трудно, справится даже бакалавр.

— Они все равно останутся слишком старыми, — напомнил Медариэн. — Шестьсот… даже шестьсот семьдесят лет. Они почти распались.

— Но мы можем создать астролябию Вескатуччи. С ее помощью в конце концов можно найти искомое и на таком материале.

— Но это займет много времени. Придется очень много побегать. И святому отцу потребуется какое-нибудь летательное средство, чтобы проводить вычисления.

— Ему — не понадобится, — улыбнулся Мазетти. — Вы не забыли, коллега?..

— Ах да, Солнечное Зрение!.. Да, это вариант.

Массено не встревал в диалог волшебников. Он полагал, что те все ему объяснят, когда придут к единому мнению.

И они объяснили. Сказали, что могут сделать инструмент, который позволит определять не только направление, но и расстояние — но, к сожалению, все еще не до Антикатисто, а до точки, в которой тот был энное время назад. Однако добравшись до этой точки, инструмент перенастроится и выдаст новую линию — к точке, в которой Антикатисто был… также энное время назад, но уже меньшее, чем прежде. И таким образом, ступая в буквальном смысле по его следам, можно будет в конце концов до него добраться.

И здесь как нельзя кстати придется дар Светлой Госпожи. В каждой новой точке астролябия Вескатуччи будет выдавать пучок лучей, расходящихся спиралью, — нужно положить ее на землю, подняться как можно выше и вычислить новое направление и расстояние.

Конечно, при наличии Солнечного Зрения задача упрощается.

— Сделать астролябию — задача нехитрая, — задумчиво произнес Медариэн. — И разыскать через нее Антикатисто возможно. Но что потом? Святой отец, я рекомендую вам дождаться, пока я разберусь с Черным Криабалом.

— И сколько времени это займет? — спросил Массено.

— Не знаю, — честно ответил Медариэн. — Я ни разу не открывал этот гримуар и понятия не имею, что содержится под его обложкой.

— Следовательно, вы не уверены, что там вообще есть способ уничтожить Антикатисто?

— Не уверен. Но это наш единственный шанс.

— В таком случае простите, мэтр. Я не хочу полагаться на Черный Криабал. Это метод долгий, ненадежный, а самое главное — грязный. Богопротивный.

— Но у нас нет иных вариантов, — проворчал Мазетти. — Святой отец, вы не найдете в Мистерии друзей Антикатисто, но не найдете и тех, кто сможет с ним справиться.

— Полагаю, какое-то время я смогу против него продержаться, — с сомнением произнес Медариэн. — В конце концов, ученый совет за что-то же присудил мне Бриара первой степени…

— У меня она тоже была, коллега, — напомнил Мазетти. — И вы видите, что Антикатисто со мной сделал. Да что там я — он заставил бежать в панике двух демолордов. Демолордов!

— А я заставил бежать в панике его, — спокойно ответил Массено. — Я не волшебник и не паргоронская тварь, мэтры. Я Озаряющий Мрак. Через мои глаза смотрит богиня. И я не боюсь порождений Тьмы.

Волшебники переглянулись. Мазетти развел руками, Медариэн виновато вздохнул. Великий белый маг тоже не боялся порождений Тьмы, но бросаться в заведомо проигрышный бой — не храбрость, а глупость. Ордор Бецалли отдал жизнь, чтобы уничтожить Антикатисто, но у него было средство его уничтожить.

А Медариэн может только отдать жизнь. Без всякой пользы.

— Я отправлюсь за Черным Криабалом, — глухо произнес он. — Пока что это наше самое лучшее средство. Если он не поможет — потребую созыва ученого совета и общей мобилизации. И, мэтр Мазетти… выдайте мне текстовку методы Бецалли.

— Это очень сложное заклинание и крайне далекое от вашего основного профиля, коллега, — предупредил библиотекарь. — Вам будет трудно им овладеть.

— А что на этом свете не трудно, коллега?

— Ваше право. Текстовку можете взять хоть сейчас, к секретным заклинаниям метода Бецалли не относится. А астролябия для святого отца…

— Я сейчас ее сварганю, — пообещал Медариэн. — Мне понадобится готовая совершенная астролябия, лучше всего из благородных металлов, немного эльфийского золота, две ложки жидкого флогистона, большая песчинка громовника, освященная обсидиановая мука и шелковая нить… ага, вот это все.

По мере того как Медариэн перечислял компоненты, они появлялись перед ним на столе. Повинуясь воле волшебника, сами собой поднимались в воздух, испускали разноцветные волны и соединялись. Флогистон соответственно своим свойствам едва не улетел к потолку, но был уловлен и залит внутрь астролябии. Эльфийское золото сплавилось с громовником, обратившись длинной черной стрелкой, закачавшейся на шелковой нити. Обсидиановая мука втерлась по окружности, и на нее сели уродливые черные кристаллы, иссякшие Души Тьмы.

— Прошу вас, святой отец, — произнес Медариэн уже через три минуты. — Это и есть астролябия Вескатуччи — а как ею пользоваться, мы вам уже объяснили.

— Благодарю вас, мэтр, — приложил к переносице персты монах.

— Еще я дам вам вот этот предмет, — сказал Медариэн. — Это довольно редкий минерал — кристалл Сакратида. Закрепите его где-нибудь у себя на одежде, и он будет запоминать все вами увиденное и услышанное.

— Да, это может пригодиться, — согласился Массено, беря переливающийся голубой камень. — Если я погибну, вы сможете узнать, где я побывал и узнал ли что-нибудь полезное.