Александр Рудазов – Семья волшебников. Том 3 (страница 44)

— А, ну да, — вспомнила Астрид.

В общем-то, папин меч ей и правда великоват. Ничего, через полгода ей стукнет десять, и она точно получит настоящее собственное оружие. Или новое кудесное Ме.

Астрид пока не решила, чего хочет больше.

Они переместились через Лимбо. Астрид видела вокруг только плотный серый туман, который колыхался, будто живой, но мама уверенно шла через него, держа дочь за руку. И через несколько минут туман рассеялся, сменяясь угрюмыми старыми домами. Закрапал мелкий дождь, небо почернело, освещенное только большой серой звездой, а вокруг проявились скрюченные остроголовые существа.

— Ой, район какой-то… — поморщилась Лахджа. — Не трущобы, но… мы далеко от центра.

Астрид с любопытством таращилась по сторонам, пока мама объясняла, что оружие, в общем, не так уж тут и нужно, потому что Паргорон — это, конечно, мир демонов… но и что с того? Демоны не набрасываются толпой на каждого, кого видят. Ну да, тут опасней, чем в Радужной бухте или даже каком-нибудь гоблинском квартале, но все-таки не нужно быть предвзятым.

Паргорон — цивилизованный мир, просто со своими особенностями.

— То есть если б мы были людьми, они бы на нас тоже не бросились? — усомнилась Астрид.

— Зависит от степени их тупизны, — объяснила мама. — Вот эти — тахринарии, они в общем-то дохляки, но не глупцы. Демон поумнее не бросится и на человека.

— Почему?

— Потому что демон поумнее понимает, что если по Паргорону идет человек — это не просто человек. Он каким-то образом попал в Паргорон. У него тут есть дело. И он, скорее всего, не беззащитен. Он либо сам за себя может постоять, либо у него есть могущественный покровитель.

— А если человек просто провалился в дыру в Паргорон? Или его вот Вероника изгнала?

— Тогда этому человеку не повезло. Но такого обычно сразу можно распознать.

— Как?

— Он орет от ужаса.

Тахринарии, эти тощие создания с блестящими от дождя остроконечными головами, обходили Лахджу по широкой дуге. Ловя на себе ее взгляд, подобострастно скалились, а некоторые на всякий случай еще и кланялись.

— А ты чо тут, шишка, что ли, какая-то? — заметила это и Астрид.

— Нет, просто они низшие демоны, а мы с тобой — высшие. Аристократия. В Паргороне принято показывать уважение вышестоящим.

В Мпораполисе, как обычно, жизнь била ключом. Повсюду были демоны, хотя в основном и низшие. Бригада харгаллов покрывала тротуар каменной крошкой, меж высоких шпилей дирижаблями плавали злобоглазы, на перекрестке два пузатых храпоида тузили какого-то иззакромчика. Лахджа едва успела прикрыть дочери глаза, когда тому оторвали руку, а потом крыло.

Кажется, Астрид немного испугалась. Она вдруг осознала, что прямо сейчас вокруг не игра. Что она на самом деле в мире демонов, где совсем другие законы и правила. Что здесь кому-то могут оторвать голову, а потом весело пинать ее посреди улицы — и волостной агент не придет с разбирательством, потому что местному Кустодиану плевать, если кого-то убили.

А еще большинство демонов почему-то разгуливало голышом.

— Чо они все голые? — недовольно шепнула Астрид.

— Понимаешь, Астрид, у всех них нет чувства стиля, — объяснила мама. — Они знают об этом и ответственно к этому подходят.

— Ты только что это придумала! — возмутилась Астрид.

Прошли те времена, когда мама могла обмануть ее подобными россказнями.

— Хорошо, вот тебе скучная причина, — поморщилась мама. — Демоны не мерзнут и не стыдятся. Так что для них одежда — просто болтающиеся невесть зачем на теле тряпки. Поэтому ее носят только бушуки и другие демоны, любящие пощеголять… и обладающие чувством стиля.

— Ага, — осмотрела себя Астрид. — Значит… у нас есть стиль.

— У нас есть, — крутанулась вокруг своей оси мама, заставляя взметнуться полы платья.

— У нас есть стиль, — крутанулась и Астрид.

У нее ничего не взметнулось. Она надела дорожный костюм, со штанами. Это мама собралась будто на званый ужин и уже здорово промокла под дождем, а Астрид облачилась попроще, поскромнее. Как бывалый путешественник.

Но все равно она почувствовала некоторое превосходство перед этими… голыми существами.

— Одежда — признак разума, Астрид, — поучительно сказала мама, отращивая из плеч костяной зонт, потому что дождь все усиливался. — Она отличает нас от зверей и дикарей.

Гулять по Мпораполису оказалось не так просто, как по Радужницам или Валестре. Радужницы — это даже не город, а курортный поселок, в нем по сути всего две улицы, так что при всем желании не заблудишься. Валестра гораздо больше, но там всегда сухо и ровные дороги, а на каждом перекрестке стоит одушевленный указатель, который охотно расскажет о достопримечательностях и посоветует хорошую харчевню.

Мпораполис же… он словно громадный муравейник. Демонов бессчетные миллионы, все куда-то торопятся, улицы сложно заплетены и найти здесь что-либо не будучи местным — достаточно сложная задачка.

Хотя указатели тоже были. И даже живые гиды. На каменных столбах сидели жирные зубастые попугаи — крополеро. Любой с удовольствием поможет найти путь — всего за эфирку. Но мама сказала, что у них нет ни одной, потому что счета в Банке Душ она лишилась. Да у нее и не было его никогда, она просто пользовалась счетом отца Астрид.

— Погоди, так мы ничего тут даже купить не сможем? — расстроилась Астрид. — Мам, тебе надо как-то начать жить самостоятельно. А то ты то рабыня, то фамиллиар.

— Ну вот помрет твой отчим — и заживу, — пожала плечами Лахджа.

При этих словах внутри что-то сжалось. Свободы, конечно, хотелось, но она достанется неприятной ценой. Лахджа гнала от себя эту мысль и даже прикидывалась, что ей все равно, но все же не могла забыть, что Майно однажды умрет, и она останется одна.

— В мире без любви… — пробормотала она чуть слышно.

Но еще не сегодня. Еще нескоро. Когда-нибудь потом.

Когда-нибудь потом — это почти никогда. Это что-то оттуда, из области воображения, потому не совсем и настоящее.

Бесцельно шарахаться по окраинам Лахдже быстро надоело, и она провела Астрид Призрачной Тропой. В Мпораполисе та закручена сложной сеткой, играет роль своеобразного метро и свободно доступна любому высшему демону. Низшим посложнее, им остаются только кэ-станции и вехоты, а вот высший просто сделает шаг «вглубь» — и через пару минут почти в любой точке Мпораполиса.

Астрид поначалу Призрачную Тропу даже не увидела. Не поняла, что они уже на нее вступили. Это было похоже на такой плотный вихрь… ветра. На паргоронском языке подобное явление называется «метребон», и на известные Лахдже человеческие языки никак не переводится.

Дома, дорога и демоны стали полупрозрачными. Заскользили мимо, как на ускоренной перемотке. Лахджа плоховато ориентировалась на Призрачной Тропе, она просто не успела как следует с ней освоиться, но сейчас ей не нужно было что-то конкретное — просто куда-нибудь в центр, где больше интересного.

На рынок. Конечно, это всегда лучший выбор. Великий рынок Мпораполиса, главная и чуть ли не единственная торговая зона Паргорона. Он сам размером с целый город. Все, кому что-то нужно, прежде всего идут сюда, соответственно и торговцы стараются разместиться именно здесь. Даже те, чьи лавки расположены где-нибудь еще, открывают на этом рынке филиалы, распахивают «вторую дверь», потому что иначе упустишь здоровый кус прибыли.

У Астрид сразу разбежались глаза. Здесь было все. Любые чудеса, любые сокровища — местные и из других миров, сотворенные и рукотворные. Мясные, рыбные и овощные ряды. Бесчисленные артефакты. Орущий, стенающий и плюющийся живой товар.

— Астрид, мы ничего не можем здесь купить, — сразу расстроила ее мама. — Просто погуляем.

— Да почему⁈

— Поверь, земляничка, я бы купила тебе что угодно… почти что угодно. Кроме ножей, Цепной Молнии и вот этого плазмомета.

— Плазмомета… — зачарованно потянулась к лотку Астрид.

— Зря вы так, — утробным голосом сказал торговец-чрепокожий. — Прекрасный плазмомет, ПНД-14–81. У меня богатый выбор оружия техногенных миров. Все трофейное, с набегов.

— А вы не каптенармус, часом? — заподозрила Лахджа.

— Какое это имеет значение? — скрипнул лицевыми пластинами чрепокожий. — Я здесь с разрешения центуриона. Брать будете?

— Кудесно… — вертела в руках лазерный резак Астрид.

— И всего полторы астралки, — ухмыльнулся чрепокожий. — Бери, девочка. Игрушка несерьезная, ею только смертных потрошить… но и зверодемону не поздоровится. Отличная пугалка. Храки их разбирают, как личинок Хлаа, всего один и остался.

— А хракам он зачем? — не поняла Лахджа.

— Мясные горы пластать удобно. Лезвие удлиняется, только кнопочку нажмите.

Астрид нажала, и ее рот округлился. Огненный меч заполыхал так, что глазам стало больно.

— Астрид, у нас нет счета, — шепнула мама. — Я говорила. Положи.

— Как заведете, возвращайтесь, — невозмутимо сказал чрепокожий. — Доброго пути.

Дальше Астрид шла немного сердитая. Она не понимала, к чему все эти кудесные штуки, если их нельзя купить. Вон то купить, и вот это, и вон тот фрукт попробовать… боги и все святые, сколько же завлекательных вывесок, в каждую лавку хочется зайти! Одни держат коренные паргоронцы, другие — иззакромочные демоны или даже иные существа.

«Сокровища всех миров», «Чертоги Кафа», «Магазинчик дядюшки Бретьена», «Пекельные припасы», «Бездна желания», «Торговый дом Делин», «Зелья для всех», «Кузница греха и наслаждения», «Прямые поставки из Ада»… все, тут есть все! Надо было видеть, какого труда стоило Астрид не подбежать к огромному розовому джинну, что жонглировал мечами, и каждый — чудесный!