Александр Рудазов – Семья волшебников. Том 2 (страница 136)

— И что? Я видел твои сны. По снам можно многое узнать. Ты самая добрая из всех моих сестер… и самая ранимая.

— Как давно ты за мной подглядываешь? — насторожилась Лахджа.

Сомнамбула неопределенно пожал плечами. Лахдже стало не по себе. Он, конечно, добродушный милаш, но его способности… он же натуральный Фредди Крюгер. От этого не защитишься… по крайней мере, она способов не знает. Нет, они наверняка есть, но…

— Не надо защищаться от меня, — явно услышал ее мысли Такил.

— Почему?!

— Потому что я не хочу.

Окиренная логика. Лахджа хихикнула, хотя и немного истерично. Она попыталась проснуться, сбежать от этого юродивого, но у нее не вышло.

— Подожди, — попросил Такил. — Мы не договорили. На тебя охотятся.

— Я знаю…

— Хорошо. Тогда скажу вот что. В нашей деревне я занимаюсь охраной, но не такой охраной, как Ревнитель и Пресвитер. О семье надо заботиться, и я оберегаю сны моих братьев и сестер. Их душевное спокойствие.

— Правда? — невольно заинтересовалась Лахджа. — А как у вас там вообще дела?

В первый и последний раз она навещала сородичей почти четыре года назад, когда случился тот инцидент с похищением Астрид. И тогда все прошло не сказать чтобы дружелюбно, хотя в конце концов они и заключили мир. А потом она общалась только с Ахвеномом, который хотя и тоже фархеррим, но совсем мальчишка и не так уж много знает.

Случайную встречу с Гиздором можно не считать.

— Неплохо, живем помаленьку, — сказал Такил. — Но я не вижу смысла тебе рассказывать.

— Почему?

— Просто когда ты проснешься, то не будешь помнить ни о нашем разговоре, ни обо мне. Это же сон.

— Что?! — выпучила глаза Лахджа. — То есть ты можешь сделать тут что угодно, а о тебе даже помнить не будут?!

— Ну да. Неважно.

— Тогда… гхм!.. а в чем суть этой дружбы, если я о ней не помню?!

— Я помню, — сказал Такил, растворяясь в тумане. — Этого довольно.

…Проснувшись, Лахджа сладко потянулась и нахмурилась, пытаясь вспомнить, что ей снилось. Там был Паргорон, много воды… а что еще?.. опять она упустила конец сна. В последнее время это часто происходит.

— Кофе мне!.. — закапризничала демоница, дрыгая ногами под одеялом. — Кофе мне в постель!..

Глава 37

Вероника закрыла «Хрестоматию для юных волшебников». Она ее дочитала. Прочла вторую свою книгу, и на этот раз — целиком и полностью с самого начала, без никовойной помощи и даже почти не шевеля губами.

Это… невероятное ощущение. Она такая умная. Такая взрослая. Сидит тут на террасе с книжкой и какао, как взрослая. Ей больше не нужна никовойная помощь. Не нужна мама, чтобы читать вслух, она сама может.

Вероника горделиво оглядела сад. Этот мир понемногу покоряется ей. Сегодня она научилась читать, а чему научится завтра? Голова кругом идет от обилия возможностей.

— Мой потанцевал безграничен, — произнесла она, жмурясь от удовольствия.

— Потанциял, — снисходительно поправила Астрид. — Ой, было б чем хвалиться! Я этих книжек знаешь сколько прочитала?!

— Сколько?

— Ммм… азбуку, журналы, «Мэтра Пятнолапа», еще про Рыцаря Парифата, и еще про оружие… — начала загибать пальцы Астрид. — Много, в общем. И учебники еще!

— Вообще-то, «потенциал», — немного подточил старшесестринский авторитет невесть откуда вылезший Бухнак. — Вам обеим нужно читать больше… и не сказки.

— А что?

— Ну, бухучет, например.

— Ааааа! Скучно! — схватилась за голову Астрид. — Зачем ты делаешь мне так скучно?! В глазах темнеет! Я умираю!..

— Ааааа! — весело завторила ей Вероника. — А у Бухучета интересные приключения?

— Очень, — заверил Бухнак. — Столько страстей, интриг, переживаний… а конец бывает как счастливый, так и трагичный, и никогда заранее не скажешь, что будет в этот раз.

На террасу вышла мама с маленькой Лурией. Та с интересом таращилась вокруг глупыми младенческими глазами, и Вероника сразу почувствовала себя взрослой. А вот Бухнак при появлении мамы почему-то осекся и начал мяукать, как обычный котенок.

— Тьфу, хватит так делать, — с отвращением сказала мама. — Ты же бушук. Совнар может быть только один.

— Мяу-мяу, — сказал Бухнак. — Мяу-мяу-мяу.

— Слушай, я знаю, что ты не кот. Ты так только сильнее палишься.

— Мяу-мяу.

— Ну и ладно, — пожала плечами мама, усаживаясь с Лурией в кресло.

А Вероника немного подумала, взяла Бухнака на колени, снова открыла книгу и укоризненно сказала:

— Что ты все мяукаешь? Сейчас научим тебя говорить, читать, писать и пользоваться носовым платком.

Она решила передавать полученные знания дальше. Именно этим занимается папа — передает другим знания. Вероника тоже будет.

— Учись, учись! — приговаривала она, тыча котенка носом в книжку. — Как вот меня мама тычет, так я тебя буду тыкать!

— Вот неправда, — возразила мама. — Я не тычу.

— Вот поэтому я и учусь так медленно.

— Да?..

Через секунду носом в книжку тыкали уже Веронику, а мама приговаривала:

— Учись, учись!

Бухнак с истошным мявом сбежал, а Вероника заверещала, тоже вырвалась, пролив на себя какао, и обиженно завопила:

— Коргахадядед, помоги!

Все невольно вздрогнули, но в этот раз ничего не случилось. Лахджа облегченно сказала:

— Он мертв, не поможет.

— Я имею в виду Коргахадядеда! — отчаянно повторила Вероника.

— Правильно — Корграхадраэд, — наставительно сказала мама. — Но я все равно не рекомендую его призывать.

— Почему? — упрямо спросила Вероника.

— Ну как тебе сказать… Вот раньше Паргороном правил Гламмгольдриг. Он был очень злой и всех, кто его призывал без спросу, просто убивал. А теперь у них Корграхадраэд. Он немного поменьше злой. Если его призвать без спросу, он не убьет…

— Ага!

— …а просто наколдует тебе огромную попу! — схватила и принялась щекотать дочь Лахджа. — Как у слона! И будешь всю жизнь с ней ходить!

— Не хочу! — заверещала Вероника. — Не хочу, не хочу, не хочу!

— Ну вот и не призывай его тогда никогда. А то мы тебя в короний закуем.

— Не надо, — испугалась Вероника.

— Будешь сидеть… в коронии… с огромной жопой… плакать и есть… Потому что это все, что ты сможешь сделать.