Александр Рудазов – Архимаг (страница 7)

– Ну, как бы там ни было, – махнула рукой Вон. – Зато представьте, какое у него будет лицо, когда он вернется и найдет пустой гроб!

Креол представил и раздвинул губы в легкой улыбке. Он еще немного покобенился, но все же в конце концов согласился простить профессора.

– Так и быть, я не буду его убивать, – снисходительно кивнул он. – Значит, можем идти. Где выход в этом несуразном жилище?

– Эй-эй, погоди-ка, погоди, – подняла руки Ванесса. – Ты что, в таком виде на улицу собрался?

– А что во мне не так?! – возмутился Креол.

– Я не знаю, как у вас там, в древнем Шумере, а у нас по улицам не разгуливают полуголые зомби. Будь я сейчас при исполнении, так бы и арестовала обоих…

– Если мне будет позволено сказать, хозяин, в Вавилоне тебя бы тоже заколол первый же стражник, – любезно вставил Хубаксис. – Живых мертвецов нигде не любят.

– Может быть, сделаешь какой-нибудь фокус, чтобы привести себя в порядок? – с надеждой спросила Вон. Ей хотелось лишний раз убедиться, что Креол действительно волшебник.

– Точно, хозяин, вызови демона-целителя! – с энтузиазмом предложил джинн. – Валефора, например…

– Если я буду вызывать демонов по любому пустяку, они слишком быстро закончатся, – огрызнулся Креол. – Ты не забывай о условиях моего договора – одно желание, а потом снова жди одиннадцать лет. В легионе Элигора всего-то шестьдесят демонов-исполнителей, и все жадные, всем платить надо… А у меня всего одна душа, и снова я ее продавать не собираюсь! Одного раза мне хватило… Нет уж, обойдемся собственными силами.

Заклятие Исцеления у мага уже было готово. Он пробормотал слово-ключ и провел рукой по лицу. По тому словно прокатилась невидимая волна, и оно… начало меняться.

Не слишком сильно. Креол остался сам собой, ни в кого не превратился. Это скорее напоминало смывание грима – кожа приобрела нормальный оттенок, губы утратили синюшность, глаза из красных стали серыми. Еще только что похожий на живого мертвеца, маг стал выглядеть обычным человеком.

Только волосы так и не выросли. Тут уже недоставало простейших лечебных чар.

– Гораздо лучше! – восхитилась Ванесса.

Теперь стало видно, что в Креоле течет ближневосточная кровь. Его черты не были ни арабскими, ни кавказскими, но дальнее родство прослеживалось. Выглядел он лет на сорок или даже моложе – хотя на деле ему перевалило уже за девяносто.

– Но почему только лицо? – поинтересовалась Вон, глядя ниже Креолу шеи.

Действительно, от плеч и ниже картина оставалась прежней. Та же самая мертвенно-белая кожа, высохшая и потертая, а в нескольких местах – лопнувшая. Самая глубокая рана красовалась в центре груди, так что можно было полюбоваться виднеющимися ребрами.

– Могу и целиком, но это будет долго, – беззаботно ответил Креол.

Его самого это ничуть не заботило – главное, что все органы нормально работают.

– Ладно, все равно под одеждой никто не увидит, – неохотно согласилась Вон. – Только одежду тоже надо сменить.

– А одежда-то чем не нравится?

– Хозяин, да ты посмотри на себя! – хихикнул Хубаксис. – В Вавилоне последние бродяги одевались лучше!

– У нас тоже, – поддакнула Ванесса. – Надо посмотреть, может, у профессора есть какие-нибудь шмотки…

– А может, у него и какая-нибудь еда есть? – с интересом спросил джинн. – Знаешь, Вон, я уже пять тысячелетий ничего не ел…

– Надо посмотреть. Думаю, он не обидится, если немножко пороемся в холодильнике.

Холодильник обнаружился прямо здесь, буквально в двух шагах. Ни маг, ни джинн доселе не обращали на него внимания, принимая за просто деталь интерьера. Но теперь Ванесса распахнула белую дверцу… и пришельцы из прошлого обомлели.

– Ничего себе! – восхитился Хубаксис. – Морозящий сундук!

– Ничего особенного, – выпятил губу уязвленный Креол. – У меня во дворце был целый подвал. Помнишь, я наложил специальное заклинание, чтобы еда не портилась?

– Я помню, сколько золота отвалил император, когда ты сделал ему точно такой же, – закивал джинн.

– Хорошо быть колдуном… – завистливо вздохнула Ванесса, роясь в недрах холодильника.

– Магом, женщина, магом, – недовольно поморщился Креол.

– А какая разница?

– Очень большая! – возвысил голос маг. – Тебе вот понравится, если я буду называть тебя кар-кида?

– Не знаю, – пожала плечами Ванесса. – Что это такое?

– Шляющиеся по рынку.

– Все равно не поняла.

– Блудницы.

– Шлюхи, что ли… эй, осторожней в выражениях!.. – возмутилась Вон. – Думаешь, если умеешь колдовать, так можешь обзываться?! Ублюдок гребаный!

– Видишь, не нравится, – ухмыльнулся Креол. – А разница примерно такая же. Маг – свободный творец, магия для меня – искусство. Я ни от кого не завишу, делаю, что сам захочу. Колдун – раб, он продает душу демону и в обмен получает магическую силу. Маг может быть белым, черным или серым, как сам пожелает. Колдун – только черным. Граница между магом и колдуном очень тонка, но она есть, эта граница! Чрево Тиамат, да я для того и похоронил себя заживо, чтобы не преступить эту черту! Чтобы душу сохранить, вот для чего я переселился в ваш сумасшедший мир!!! Понятно тебе, безмозглая дикарка?!!

С каждой фразой Креол ярился все сильнее и сильнее, а после слова «душа» он уже вовсе ревел, как бешеный слон. Только вот и Хубаксис, и Ванесса взирали на бушующего мага с полным равнодушием.

Это злило его еще сильнее.

– Ну прости, я же не знала, – беззаботно пожала плечами девушка, когда Креол наконец-то выдохся. – Ладно, вы ешьте пока, а я поищу, во что тебя можно нарядить.

На тарелке, наспех собранной девушкой, красовалась жареная куриная ножка, кусок холодной пиццы, разрезанный пополам помидор и пара маринованных огурчиков. Рядом стояли две банки – с пивом и кока-колой. Профессор не так уж часто обедал в лаборатории, так что больше ничего съестного не отыскалось.

Еще в холодильнике лежали банка старого майонеза и морковная котлета, но их Ванесса трогать не стала. Вряд ли ее новые знакомые настолько уж проголодались.

Пицца очень понравилась Хубаксису. Несмотря на размеры, джинн обладал завидным аппетитом. Ножку и огурцы съел Креол. А вот помидор их обоих очень удивил.

– Какая странная ягода, – осмотрел томат маг. – Как по-твоему, раб, она не ядовитая?

– Не знаю, хозяин. Может, заставим сначала попробовать эту женщину?

– Еще чего! – возмутился Креол. – Я Верховный Маг Шумера, я не прячусь за спинами женщин! Попробуй ты, раб.

– Но, хозяин…

– Пробуй, я сказал!

Хубаксис злобно покосился на хозяина, но все же откусил кусочек. И тут же вгрызся изо всех сил.

– Как вкусно, хозяин! – воскликнул он. – Никогда не пробовал ничего подобного!

– Да? – с сомнением откусил кусочек Креол. – Ты прав, раб, это вкусно! Ну-ка, отдай мне свою часть!

Хубаксис возмущенно завопил, торопливо запихивая в пасть то, что еще осталось. За что тут же и получил подзатыльник. Но слабый – из-за размеров джинна Креол опасался лупить его во всю силу. Ему не хотелось остаться с крохотным трупиком вместо относительно полезного раба.

Хотя иногда все-таки хотелось.

– А это что такое? – Креол перешел к банкам. – Кажется, там что-то плещется…

– По-моему, это такой металл, – предположил джинн. – Только как достать то, что внутри?

Креол еще раз ощупал банку. Колечко, за которое требовалось потянуть, не вызвало у него интереса – он посчитал его всего лишь украшением. Других отверстий он не нашел.

– Позволь, я проверю, что там внутри, хозяин? – предложил Хубаксис.

Креол молча кивнул, и джинн юркнул прямо сквозь металл. Оттуда немедленно донеслось аппетитное хлюпанье – ему попалось пиво.

– Великолепный напиток, хозяин, – отдуваясь, выполз джинн. – Немного похоже на пиво, но гораздо лучше. К сожалению, там больше ничего не осталось. Позволь, я проверю и вторую емкость?

– Обойдешься! – возмутился Креол.

Он внимательно осмотрел оставшуюся банку и с силой швырнул ее в стену. Банка осталась целой. Удары жезла тоже не смогли пробить прочный металл. Тогда Креол поднял над ней ритуальный нож. Магическое лезвие, способное разрезать камень, как кусок масла, легко распороло банку, испортив пол и оставив большую лужу черной жидкости.

– Знаешь, хозяин, а это на вкус совсем другое, – задумчиво сообщил Хубаксис, лакнув из уцелевшей половинки. – Но тоже неплохо.

– Неплохо, – согласился Креол, допивая то, что удалось спасти. – Странное ощущение – как будто в этой жидкости содержится много крохотных пузырьков…