Александр Рудазов – Апофеоз (страница 87)
Да и вообще очень красивый дракон. Огромный, черный, блестящий. Важный такой. Глаза злющие, но умные.
- Ладно, не надо, - сказала она. – Стой, а это что там?!
- Где?.. – повернул голову дракон.
- Отличный кадр, - щелкнула фотоаппаратом Лахджа. – Спасибо, что попозировал.
- Что ты сделала?! – резко напрягся Орказарок. – Что там у тебя?!
- Да ничего. Просто фото.
- Что такое «фото»?!
- Да картинка, - показала экран демоница. – Твое изображение.
- Зачем она тебе, демон?..
- Да на память просто! – начала раздражаться Лахджа. – Отстань уже!
- На память?..
Глаза Орказарока стали наливаться кровью. Лахджа недоуменно смотрела на него, не видя ничего такого в какой-то глупой фотке... но дракон-то понятия не имел, что такое фотография. И сейчас он не видел перед собой безобидную туристку – он видел демона, держащего загадочную черную шкатулку с его малюсеньким портретом.
А Орказарок прекрасно знал, кто такие демоны и чем они промышляют.
- Отдай мне эту штуку! – сделал шаг он.
- Вот еще! – обиделась Лахджа и сунула фотоаппарат в раскрывшуюся сбоку кисту. – Но если у тебя от этого так припекает, давай удалю!
- Что ты там удалишь?..
- Тебя удалю!
У Орказарока расширились зрачки. Он резко разинул пасть – и обдал демоницу пламенем. Белым слепящим потоком.
От жара расплавился камень. Три сталагмита обернулись оплывшими холмиками. А в эпицентре осталось обугленное тело. Кожа стекала с костей, жир шкварчал, глаза с тихим шипением лопнули, от крыльев остался только остов.
Пару секунд казалось, что демоница мертва. Она даже упала на колени и начала было заваливаться набок... но тут же выпрямилась. Время как будто пошло назад – стали восстанавливаться мышцы, наросла свежая кожа, снова загорелись глаза, распахнулись за спиной крылья. Лахджа тряхнула платиновыми волосами и тут же принялась копаться в кистах с вещами.
- Фух, фотоаппарат уцелел! – выдохнула она. – Но я тебя все равно сейчас угандошу.
На последней фразе голос у нее погрубел. Пока Орказарок не опомнился, пока не полыхнул пламенем снова, Лахджа резко разрослась во все стороны. Крылья стали еще больше, тело покрылось небесно-голубой чешуей, хвост и шея вытянулись... и она тоже полыхнула пламенем!
- Йе-е-е!.. – завопила она, поднимаясь в воздух и суча лапами. – Битва драконов!..
Орказарок слегка изогнул шею. Огонь Лахджи опалил ему грудь, но он едва это почувствовал. Древний ящер спокойно мог купаться в магме, и магма почти что текла в его венах.
Нужен был кто-то ему соразмерный, чтобы хоть чуточку обжечь.
- Ты что, считаешь, что лазурный дракон способен меня одолеть?! – прогремел он, тоже распахивая крылья.
- Эй, ну я не могу стать размером с тебя! – возмутилась Лахджа. – Извини уж!
Она и в самом деле не могла. Ее Ме позволяло увеличить массу тела не более чем в тысячу раз. Этого хватает на дракона вполне приличных размеров... но уж никак не на подобную громадину.
Так что рядом с Орказароком она казалась карликом. Всего лишь лазурный дракон, почти втрое мельче черного и раз в двадцать легче. Зато и куда более юркий – и Лахджа это продемонстрировала. Легко уйдя от нового потока пламени, она пронеслась у Орказарока под брюхом, куснула за лапу и воспарила на развернутых крыльях. Пространства в пещере хватало.
- Не вертись!!! – заревел обозленный Орказарок, тоже описывая пируэт, но куда более широкий. Когда он полностью развернулся, Лахджи на том месте уже не было – она переместилась почти к самому потолку. – Стой на месте!!!
Он принялся палить огненными шарами. Разинул пасть во всю ширь, и где-то между языком и нёбом возникла голубая точка. С нее сорвалась одна резко расширившаяся сфера, другая, третья... они взрывали каменный свод, и Лахджа едва успевала уйти от одной, как в нее уже летела другая.
- Почему ты так хочешь меня убить?! – обиженно крикнула Лахджа. – Что с тобой не так, урод вонючий?! Я же такая красивая драконица!
- Ты считаешь меня идиотом?! – проревел Орказарок. – Я же знаю, что ты демон! Гнусная тварь, принявшая светлый и чистый облик!
- Ну я могу принять и другой облик, ладно, - холодно сказала Лахджа.
Ее лазурная драконица исказилась. Трансформировалась в жуткую тварь с кучей глаз и кольцевидным ртом. Чешуя вздыбилась и вытянулась в шипы, лапы обернулись кривыми крючьями, а на хвосте блеснуло ядовитое жало. Демоница крутанулась вокруг своей оси, метнулась к Орказароку, плюнула зеленым комом и резко ушла в сторону.
Кислота расплескалась по чешуе. И вот это дракону не понравилось – в месте попадания его броня треснула и оплавилась. Секундой спустя в него угодил второй зеленый ком – а за ним и третий.
Орказарок гневно закричал. Удары не наносили ему серьезного вреда, но больно щипали – и дракон все сильней злился. Уже не пытаясь бить прицельно, он разинул пасть – и полыхнул сплошной струей. Белое пламя взрезало потолок, осветило пещеру словно кометой. Вниз посыпались сталактиты – и среди них летела Лахджа.
Ей не хотелось снова попадать под это пламя. В прошлый раз она регенерировала, но боль была поистине мучительной.
Лахджа давно привыкла к боли, но это все равно каждый раз неприятно.
А если Орказарок снова ее поджарит, то может успеть и проглотить. А если он ее проглотит... тут есть разные варианты. Если он внутри не слишком прочный, она вылезет через естественный проход или прогрызет дыру. Но если у него там тоже броня или особо едкий желудочный сок... не, лучше не проверять.
Она же не демолорд все-таки. Да, в Паргороне она где-то на уровне баронов и вексиллариев. По меркам смертных она невероятно могущественна.
Но дракон – это отнюдь не смертный. А царь-дракон – это вообще что-то запредельное. Гигантская боевая машина, чистая квинтэссенция убойной мощи. Даже если он не владеет магией – все равно противник страшный.
И приземлившись, Лахджа тут же снова сменила форму. На этот раз – резко сократилась. Уменьшилась до размеров крупной крысы, отрастила целый набор когтистых лапок и буквально ввинтилась в землю. Все кисты в теле тоже уменьшились – а с ними и бесценные вещички, что демоница хранила в собственном теле.
Она успела в последний момент – сзади снова стало очень жарко. Орказарок вспорол своим огненным лучом теперь пол – и повел его зигзагами, вслепую ища противника.
Удирая от раскаленного воздуха, демоница погружалась все глубже. Вокруг был страшной твердости гранит, и ей пришлось соорудить соответствующие, почти алмазные когти. Идя сквозь породу, она становилась все тоньше и длиннее, вытягивалась на манер червя, и одновременно развивала чувства, помогающие ориентации.
Зрение стало бесполезным – долой его! Лахджа перешла на слух и обоняние, стала чувствовать вибрации камня. Всем телом она услышала гулкий толчок – и это мог быть только приземлившийся дракон. Полторы тысячи тонн живого веса.
Лахджа едва не оглохла от такого землетрясения. Но теперь она знает, где Орказарок сейчас. А Орказарок не знает, где сейчас Лахджа.
И она пошла вверх. Просверлила лунку, высунула глаз на нитевидном стебле и убедилась, что дракон смотрит сейчас в другую сторону. Выискивает ее там, среди обломков сталагмитов.
И всего в метре от нее – задняя лапа.
С кем-то помельче такое не прокатило бы. Лахджа не могла стать менее чем восьмидесяти граммов массой. Не могла превратиться в настоящего червяка или насекомое – разве что суперплотное. Но этот черный колосс вдвое больше синего кита. Для него даже восьмидесятиграммовое существо – это что-то микроскопическое.
Совсем как анкилостома для человека.
В некое подобие анкилостомы Лахджа и превратилась. Только с лапками и ротовым аппаратом, способным сверлить сталь.
Для брони черного дракона этого все равно было слишком мало. Но на лапах у них чешуйки помельче и помягче. А Лахджа еще и выделила особо едкую кислоту. В сочетании с новыми зубами ее хватило.
В первый момент Орказарок ничего не заметил. Его шкура давно обрела каменную твердость и была почти так же чувствительна. Но потом демоница добралась до мяса – и для дракона это стало как игла в пятке.
Он завертелся, пытаясь понять, на что такое наступил. Потом сообразил, что это опять козни демона – и изогнулся, пробуя дотянуться до задних лап. Но даже молодому и гибкому дракону такое сделать непросто, а уж Орказароку, при его-то размерах...
И тогда он просто плюнул пламенем. Как горячий компресс наложил.
Три четверти демоницы были уже внутри самого дракона. Но хвост еще торчал наружу – и его спалило дотла. А изогнувшийся Орказарок продолжал дуть, хлестать огнем в собственную лапу. Выжигал паразита. Ему и самому стало больно, когда пламя коснулось мяса, но он терпел.
И через несколько секунд Лахджа не выдержала. Она не успевала регенерировать в таких условиях, и невольно вывалилась наружу. Дракон тут же хлопнул по ней лапой – и на камне осталась мокрая лепешка.
- Презренный паразит, - фыркнул Орказарок. – Подходящий облик для исчадия Паргорона.
Уверенный, что расправился с демоном, он отвернулся и зашагал прочь. Слегка подхрамывал, но это ничего, рана заживет. Орказарок получал и не такие.
А тем временем за его спиной мокрая лепешка стремительно росла. Матерь Демонов одарила Лахджу поистине мощными Ме. И хотя после такого восстанавливаться пришлось дольше обычного – но все равно уже через минуту демоница стояла на своих двоих.