Александр Рудазов – Апофеоз (страница 18)
Стоило одному ослабить напор, как Галлерия тут же хлестала чарами. Оживляла землю под ногами, закруживала ветер в воздушных элементалей. Меркнущим взглядом искала того послушника, что забрал Зеленый Криабал, пыталась бросить в погоню духов. Подняла громадного скального элементаля – тот схватил рыцаря-антимага и раздавил в кровавую кашу...
А потом один из гроссмейстеров сдернул с повозки покрывало. Под ним оказался странный предмет, похожий на усеченный конус, увенчанный кольцом шариков. Пока два его собрата удерживали Галлерию, третий возложил руки на макушку артефакта...
Эльфийская владычица закричала и упала набок. Все ее тело пронзило болью, а чакры страшно запульсировали. Она поняла, что сейчас умрет... и тут все прекратилось.
Каменный конус разлетелся на осколки. Разнесший вдребезги и его, и повозку, Бельзедор спокойно схватил двух гроссмейстеров за шеи... и оторвал им головы. Третий, сидевший на загривке бегемота, тонко вскрикнул, хлестнул поводьями – и зверь с ревом побежал прочь. Гроссмейстер с ужасом обернул к Бельзедору лицо, покрытое ожогами.
Но Бельзедор не стал его преследовать. Он внимательно смотрел на обломки конуса. Подняв один из них, Темный Властелин задумчиво произнес:
- Чакровзрыватель. Как интересно.
От находки его отвлек слабый стон. Бельзедор повернулся, поднял бесчувственную Галлерию, окинул взглядом все еще бьющихся с йоркзериями эльфов и произнес:
- Господин управляющий, откройте портал.
Глава 8
Своего мужа и повелителя Лахджа услышала издали. Его раскатистый смех, его горделивые возгласы. И многоголосое женское воркование, всегда окружающее Хальтрекарока.
Темный Балаганщик нежился в бане. Возлежал в облаке пара, в мелком бассейне с горячей водой. Одна супруга разминала его мускулистые плечи, другая охаживала грудь листвовым опахалом, третья чесала пятки, а четвертая громко стонала, подпрыгивая на...
- Привет, Киша, - поздоровалась Лахджа.
- При!... ве-е!.. – неразборчиво выдохнула Киша.
- Прекрасно, наши ряды пополнились, - улыбнулся Хальтрекарок. – Присаживайся ко мне, Лахджа. Я одарю тебя следующей.
В его руке возник бокал вина. Второй возник у Лахджи, и она машинально выпила. Белое. Опять. Она ненавидит белое, и тысячу раз говорила об этом Хальтрекароку, но он каким-то образом запомнил это наоборот.
- Твое любимое, верно? – самодовольно ухмыльнулся демолорд.
- Почти. Спасибо за вино, мой муж и повелитель, но я здесь немного для другого, если позволишь.
- Ну естественно ты здесь для другого, - скинул Кишу в воду Хальтрекарок. – И я дам тебе это.
Лахджа на секунду задумалась, но потом решила, что не настолько она торопится. В конце концов, это ей разве нужна украденная шкатулка? Это Хальтрекароку она нужна.
Зачем она пришла, демоница заговорила уже после. Когда на лице мужа расплылась широченная улыбка, она аккуратно слезла, и Хальтрекарок тут же пригнул к промежности головку одной из новеньких жен, миловидной эльфиечки. Судя по некоторым деталям – уже отчасти трансформированной под вкусы господина.
- Надеюсь, не слишком отвлеку, если попрошу об одном подарке? – деликатно спросила Лахджа.
- Конечно, моя дорогая, - ответил Хальтрекарок. – Только теперь придется немного подождать. Выпей пока еще вина, твоя очередь скоро наступит.
- Я не о том. Твой член великолепен, мой муж и повелитель, но он не поможет мне в поисках похищенного.
- Похищенного?.. – нахмурился Хальтрекарок. – О чем ты?
- Твоя шкатулка. Та, которую украли. Мы все еще о ней помним? – осведомилась Лахджа.
- Ах, эта шкатулка!.. – спохватился Хальтрекарок. – Да-да, я помню... а ты что, все еще ее не нашла?! Я же поручил тебе ее вернуть! Ты все еще этого не сделала?! Почему ты медлишь?!
- Уже лечу, мой дорогой и любимый, - заверила его Лахджа. – Уже лечу на крыльях любви. Только ты уж будь так добр, помоги мне немного. Сделай мне одно малюсенькое-малипусенькое Ме.
- О Древнейший, Лахджа, как же ты меня иногда утомляешь, - простонал Хальтрекарок. – Тебе что, мало того, что я тебе уже дал? Ты что, не можешь справиться без моей помощи? Древнейший, я окружен бездарностями...
- Господин мой, так почему бы тебе самому просто не разыскать свою собственность? – подпустила яду в голос Лахджа. – Ты же почти всемогущ! Тебе это сделать будет гораздо проще, чем мне!
- Конечно, проще.
- Так в чем дело? Разве ты не чувствуешь гнева, что тебя обокрали?!
- Чувствую, конечно! Но лень я тоже чувствую!
- Но...
- Убирайся! Даже не заикайся ни о чем – просто верни мою шкатулку, и побыстрее!
Лахджа окинула мужа ледяным взглядом. Посмотрела на стоящее подле его локтя блюдо со сладостями. Резко расширила рот, отрастила бутон зубов, вытянула удлинившуюся шею и сожрала сладости одним глотком, вместе с блюдом.
Потом демонстративно развернулась и вышла.
Ох уж этот Хальтрекарок. Типичный гхьетшедарий. Только удовольствия, больше ничто его не волнует. Если ему хотя бы намекнуть, что надо чуточку потрудиться, сделать что-нибудь, лично ему скучное или неприятное, как он сразу приходит в бешенство.
С этими демонами очень тяжело иметь дело.
И ведь он, скорее всего, даже не понял ее жеста. Решил, что она просто захотела сладостей.
Ну что ж, придется справляться самой. Возможно, что-то найдется в ее сундучке с мелочами. Там много пустячков, накопленных за пять лет. Большая часть – просто сувениры, подобранные тут и там, но есть и очень полезные приблуды.
Но ничего полезного Лахджа в сундучке не нашла. И даже сам сундучок не нашла. Обычно он стоял на третьей полке, между томиком Честертона и хрустальным фаллоимитатором, но сегодня словно отрастил ножки и сбежал.
- Си, ты не видела мой сундучок?.. – окликнула она. – Си, ты дома?..
Никто не ответил. С Хальтрекароком Лахджа Сидзуку тоже не видела. Пошла поесть?.. погулять?.. или пытается подружиться с кем-то из новеньких?..
Но больше сундучок взять некому. Хальтрекароку барахло жен даром не нужно, Совнара там тоже вряд ли что могло заинтересовать, а никто другой в их покой войти не мог. Гаремные жены живут попарно, у каждой пары свой покой, и он только для них двоих.
И не такие уж эти покои и просторные. Уютные – да. Комфортные – да. Прямо-таки задыхающиеся от роскоши – пожалуй. Но места не так уж много. Гарем занимает одну из основных башен, и в нем ровно сто покоев. И жен у Хальтрекарока когда-то было ровно сто. Но в один прекрасный день он решил, что этого недостаточно, и удвоил их количество.
А количество комнат не удвоил. Слишком тщательно в свое время свернул тут пространство – чтобы это изменить, пришлось бы перестраивать весь дворец. А Хальтрекарок – удивительный лодырь.
Вот и живут с тех пор его жены парами. Лахджа – с Сидзукой. Хальтрекарок похитил ее из того же мира, что и Лахджу, только на несколько лет раньше. И прижилась она в Паргороне даже лучше, чем сама Лахджа, хотя в демоницу ее так и не превратили.
Просто немного... видоизменили.
И отношения у них в общем теплые. Соседки все-таки. Из одного мира, хоть и с противоположных его концов. Лахджа считала Сидзуку ближайшей подругой, а потому прощала ей и непосредственность, и сексуальные домогательства, и приступы клептомании.
Прощала. Но не доверяла ни на грош. Если кто и спер сундучок, то точно она. Возможно, имеет смысл заглянуть в ее личный погребок...
Но прежде, чем Лахджа к нему шагнула, крышка распахнулась сама – и оттуда выбралась Сидзука. Ослепительно красивая, с двумя тонкими косичками и очень фигуристая, как все жены Хальтрекарока. При виде соседки она вздрогнула, но тут же расплылась в улыбке.
- Сидзука, мы должны с тобой серьезно поговорить, - сказала демоница.
- Опять? – вздохнула соседка. – Вчера же говорили.
- Опять. Потому что ты опять стянула мою вещь.
- Неправда, это не я, - очень быстро ответила Сидзука.
- Точно?.. А можно посмотреть в твоем погребке?
- Нет там ничего, - загородила люк Сидзука.
Лахджа пристально на нее уставилась. На самом деле она ни разу еще не была в погребке соседки. Даже не знала точно, какого он размера и что там лежит.
Жены Хальтрекарока быстро обрастают всяким барахлом – муж у них щедрый и рассыпает подарки горстями. Да и к его счету в Банке Душ у всех доступ свободный, так что многие увлекаются шопингом.
А Сидзука – жуткая скопидомка. Тащит все, что привлекает ее сорочий взгляд. Еще до появления здесь Лахджи она обзавелась личной пространственной складкой – и один только бог знает, сколько сокровищ там накопилось.
К Хальтрекароку-то она попала совсем юной девушкой, студенткой первого курса. Спокойно мылась под душем, закрыла глаза... и почувствовала чье-то прикосновение к ягодице. Открыла глаза – а перед ней Хальтрекарок. Голый.
Он всегда голый. Как и все гхьетшедарии.
Сидзука по секрету рассказывала Лахдже, что поначалу очень испугалась голого мускулистого гайдзина. Приняла за взломщика или насильника. Но потом оказалось, что все не так ужасно, это просто влюбившийся в нее ёкай.
Оправившись от шока, она удивительно быстро приняла изменения в своей судьбе и освоилась в Паргороне. Здесь сразу начала проталкиваться наверх, и сейчас входит в десятку любимых жен. Даже пятерку, пожалуй.
- Сидзука, я люблю тебя, но ты меня бесишь. Верни мой сундучок, - по-хорошему попросила Лахджа. – По-хорошему прошу.