Александр Рудазов – Апофеоз (страница 107)
- Нет, увы... – развел руками Дрекозиус. – Но не теряй надежды, добрый великан – как ты веришь в нас, так и мы верим в тебя! Уверен, что такая реликвия не могла истлеть или потеряться – и ты вернешь ее, когда выйдешь на свободу!
- Да-а-а... верну... верну все, что мне причитается... – мечтательно произнес Хиротарос. – Кстати, а вы точно не знаете способа отсюда выбраться?.. Как вы сами сюда попали?..
Взгляд Всерушителя стал жестким и подозрительным. Стараясь не оборачиваться к Фырдузу и Рваному Криабалу, Дрекозиус быстро-быстро залопотал о великом заклинании, сконструированном добрым волшебником Медариэном, который провел их сюда, а сам остался ждать у врат Хиарда, чтобы потом тем же путем их вывести, но действует это заклинание только на смертных, к сожалению, потому что даже Медариэну не под силу провести через врата Хиарда бессмертного.
- А ОНА ТОГДА ЧТО ТУТ ДЕЛАЕТ? – указал на Ассантею Дормадос.
- Она тоже несчастная узница, о добрый великан! По доброте душевной эта дщерь Паргорона согласилась проводить нас к вам, за что мы безмерно ей благодарны!
- По доброте душевной, - повторил Хиротарос. – Тварь Паргорона.
- Дщерь, - поправила Ассантея. – Он сказал «дщерь». Ты ослышался. И я не по доброте душевной, это он загнул. Они мне за это одного из своих обещали отдать. На съедение.
- А, - разочарованно сказал Хиротарос. – Ладно. Ну идите тогда, вы мне уже прискучили. И Дормадосу тоже. Дормадос, они тебе прискучили?
- ДА!!!
- Благодарю за доброту и милосердие, о благородные великаны, - согнулся в три погибели Дрекозиус. – Но пока мы не ушли – не будете ли вы так любезны ответить на еще один, самый последний вопрос? Возможно, ваш ответ поможет нам расправиться с Антикатисто и отомстить за все его обманы и злодеяния...
- ГОВОРИ УЖЕ! – рявкнул Дормадос.
- Не знаете ли вы, где искать Апофеоз, древний артефакт Парифатской империи? – торопливо спросил жрец. – Быть может, Антикатисто что-то такое упоминал...
Всерушители переглянулись. Хиротарос пожал плечами, Дормадос нахмурился.
- Смертный, мы сидим здесь очень-очень давно, - снисходительно произнес Хиротарос. – Почти восемнадцать тысяч лет. Когда боги нас сюда упрятали, на Парифате не было... даже людишек еще не было. Вы уже потом расплодились. Эта ваша Парифатская империя для нас – взмах крыла бабочки. Появилась и тут же исчезла. Откуда нам знать об этой вашей возне с какими-то артефактами?.. Нам нет до нее дела.
- А Антикатисто...
- НИЧЕГО НЕ УПОМИНАЛ! – прогремел Дормадос. – МЫ НЕ СПРАШИВАЛИ! НАС НЕ ВОЛНУЕТ!
Всерушители явно начали злиться – так что Дрекозиус поспешил откланяться. Подталкивая остальных в спины, он торопливо засеменил прочь. Да, от долгого заключения разумы великанов немного заржавели, но они все равно не глупцы, и слишком долго испытывать судьбу не стоит.
Как только Хиротарос и Дормадос достаточно отдалились, Ассантея как бы невзначай сказала:
- Знаете, а вот если бы я каким-нибудь образом освободилась, то уж точно не стала бы ничего разрушать. Я бы просто вернулась домой и жила там спокойно. С мужем и детьми. У меня очень большая семья.
- И это воистину похвально, дочь моя, - кивнул Дрекозиус. – Безмерно сочувствую тебе и несказанно жалею, что не могу ничем тебе помочь.
- А если вы не возьмете меня с собой, то я прямо сейчас окликну Всерушителей и расскажу им про эту книжку, - указала демоница на Фырдуза. – Я, в отличие от них, просидела тут всего три года. Я знаю, что такое Криабал. Мне вы башку Медариэном не задурите.
Мектиг молча снял с пояса секиру. Ассантея резко отпрыгнула и бросилась обратно – к горе Всерушителей.
- Стой, погоди! – крикнула Джиданна. – Мы можем договориться!
Ассантея тут же остановилась и повернулась. На ее губах играла лукавая улыбка.
Искатели Криабала зашептались. Им ведь еще предстояло возвращаться ко входу. И если Ассантея разоблачит их перед Всерушителями... великаны – это не медлительный Первозданный.
Хиротарос и Дормадос с легкостью их настигнут. Растопчут, отнимут Рваный Криабал, откроют врата Хиарда... хотя могут и не открыть. Они же не знают, что нужное заклинание называется «Третий Ключ».
С другой стороны, в запасе у них сколько угодно времени. Разберутся. Догадаются. Они же не идиоты.
С вернувшейся Ассантеей быстро договорились. Очень просто: она хранит молчание – они берут ее с собой. Кроме разве что Фырдуза освобождение демона никого особенно не взволновало.
- Слушайте, а это не приведет к беде? – с беспокойством шептал кобольд, пока они шли к выходу. Ассантея беззаботно насвистывала, шагая впереди всех.
- Да ладно, она просто демон средней руки, - пожала плечами Джиданна. – Одним больше, одним меньше.
- Но ее же в Хиард не просто так упекли! Не за уличное же хулиганство!
- Дурак! – прошипел Плацента. – Она же сказала, за что ее упекли! Она создавала суккубов!
- Но...
- Суккубов, тля!.. Лично я не считаю это преступлением! – облизнулся Плацента, таращась на пышные ягодицы Ассантеи.
Фырдуз опасливо уставился на Плаценту. Он решил не говорить тому, что в Рваном Криабале есть заклинание Призыва Суккуба. Не стоит ему такое знать.
- Сын мой, усмири свои страсти, как я их усмиряю, - чопорно произнес Дрекозиус, утирая висок платочком. – Что же до тебя, любезный Фырдуз, то если ты сочтешь возможным выслушать своего скромного слугу, я заверю тебя, что освобождение сей особы будет делом в каком-то смысле благим. Ибо боги позволяют существовать демонам в том числе чтобы испытывать нас, грешных. И если она продолжит искушать смертных своими соблазнительными чарами, то сим отделит зерна от плевел. Слабые духом отсеются, но сильные же – устоят и станут еще сильнее... тверже... крепче...
- Отче, я понимаю, что вы можете доказать, что снег – это перхоть Космодана, но сейчас вы уже совсем в какую-то ересь ударились, - саркастично произнесла Джиданна. – Я на вас в инквизицию пожалуюсь.
- Ты не сделаешь этого, дочь моя, - спокойно возразил Дрекозиус. – Тебе не позволят принципы товарищества, испытываемая ко мне симпатия и твое глубокое безразличие к севигистской морали.
- Не поспоришь, - пожала плечами Джиданна.
Впереди показалось каменное дерево, с которого они сняли Ассантею. А вскоре за ним – и нарисованный Фырдузом крест. Врата Хиарда... абсолютно незримые с этой стороны. Кобольд вздохнул, все еще с сомнением глядя на демоницу, но все же попросил и ее взяться за его плечо.
В глубине души он волновался. Да, Властелин Идимов заверил, что заклинание Третьего Ключа будет действовать и внутри Хиарда... но не мог ли он ошибиться? Ведь никакие другие чары тут не действуют. Разве что секира Мектига... но она вроде и не волшебная, а просто очень крепкая. Наверное, она разрубила цепи Ассантеи просто потому, что и те тоже не волшебные, а просто очень крепкие.
- Ну, помоги нам Пещерник... – выдохнул Фырдуз, раскрывая Криабал. – Марак огава титака! Изумерек токира сото сод типара! Аневорк! Ормеда хили! Ираба такена зокепат! Арада зоак!
В воздухе раскрылась воронка. Их шестерых подхватило, втянуло – и выплюнуло с другой стороны. Они снова оказались на краю пропасти, рядом с бушующим черным вихрем.
И тут их уже ждали. Три бесформенных, вытянутых кверху серые сгустка.
Жандармы. Стража Шиасса.
-
-
-
- Подождите, мы все можем объяснить! – заторопился Дрекозиус.
-
В следующую секунду Жандармы засветились – и все вокруг исчезло.
Глава 37
- Золотой век, серебряный, медный!.. А знаете, какой у нас теперь?! Знаете, какой век наступил со смертью императора?!
- Какой?!
- Дерьмовый! Дерьмовый век! Так и запишите в своих летописях! Эй, есть хроникеры в зале?! Позовите монаха Ши, пусть запишет!
- Да угомонись ты! Слезай с трибуны!
- Не слезу!
- Тогда хотя бы надень штаны!
- Да я просто хотел продемонстрировать вам всем, что нас ожидает! Вот, полюбуйтесь!
- Уберите его! Нельзя превращать заседание в балаган!
- В балаган?! В балаган его превратил не я!
Крики становились все громче. Кто-то в кого-то плюнул. В воздухе забурлила магия, конгрессмены принялись осыпать друг друга проклятьями.
Кажется, они опять уничтожат здание. Опять придется создавать его заново.
Первый советник Оопсан хранил молчание. Сегодня он позволил конгрессу вести диспут стихийно, без обычной направляющей линии. И в очередной раз убедился, что если собрать в одном месте тысячу волшебников и позволить свободно обсуждать все, что придет в голову, результатом будет скандал.