Александр Рудазов – Ангел быстрого реагирования (страница 57)

— Да ещё и в микромире. Так что для экономии времени можно склонировать ему подругу прямо из него. Что бы нам такое от нашего Адама оттяпать? Что там у него лиш­нее?

— Только не это, шеф! — завопил Лю, увидев, на какую часть тела нацелился Богдан.— Давай я сам. Стручок у него один, а вот рёбер много, ты иди-иди к ребятам, к девочкам, а я всё сделаю.

— За это и люблю.— Богдан чмокнул зама в темечко.— За гений и за трудолюбие.

Начальник лаборатории добил содержимое своего бока­ла и нетвёрдой походкой направился к лабораторному сто­лу, где пир набирал обороты.

Операция прошла успешно. Из погруженного в нарко­тический сон Адама Лю извлёк ребро и создал из костной ткани подругу идеальному человеку. Девочка получилась что надо! В её создание доцент вложил всю свою душу. Воз­можно, именно поэтому она и получилась столь похожей на вертихвостку Еву из соседнего отдела, к которой Лю дав­но безуспешно подбивал клинья.

— Вот так тебя и наречём: будешь у нас Ева!

Доцент опять начал листать дни, следя за развитием идеального человека и его подруги. И чем дальше он лис­тал, тем больше хмурилось лицо.

— Ну что тут у нас? — Рядом на стул плюхнулся приняв­ший очередную дозу нектара Богдан.

— Плохо,— сердито буркнул Лю.

— На тебя не угодишь,— хмыкнул начальник лаборато­рии, уставившись радостными глазами на экран.— Что те­перь?

— А то ты сам не видишь! Разве это человек?

— Человеки. Их уже двое. А вон та милашка на Еву из соседнего отдела похожа.

— Шеф, не о том речь! Разве это люди? Ходят с блажен­ной улыбкой идиотов по райскому саду, тупо жуют трав­ку...

— Таким составом на троих не сообразишь,— согласил­ся Богдан.— Но, извини, квоты. Наши резервы исчерпаны. Руководство разрешило создать только двух. Пусть осваи­ваются. Так что что получилось, то получилось, и хватит тут кукситься в одиночку! Пошли за стол, девочки обижаются. Программу-минимум мы выполнили, эксперимент удался, квартальная премия обеспечена, пошли! А социоэкспери­менты над ними ставить будем завтра.

— Сейчас, шеф,— тяжко вздохнул Лю.— Ещё чуть-чуть поколдую. А вдруг что в голову придёт.

—  Ну давай, только недолго. Мы тебя ждём!

— Квота, говоришь? — пробормотал себе под нос до­цент.— Больше двух экземпляров создавать нельзя? Ну это нам нельзя, а им можно.

Лю был истинный учёный, а потому привык всё дово­дить до конца. Он с усмешкой посмотрел на Адама и Еву, мирно спящих рядышком под яблоней, не стесняясь наго­ты друг друга, и ввёл в корни дерева ген размножения. Жёлтые яблочки начали наливаться алым цветом. Для надёжности доцент сделал ментальный позыв, загипноти­зировав спящую на ветвях среди алых плодов змею. Её время скоро придёт. Она расскажет им о древе познания. Интересно, кто первый клюнет? Только не Адам. Этот рохля ни за что не решится сорвать запретный плод. А вот вер­тихвостка Ева...

Доцент устало потянулся и с чувством до конца выпол­ненного перед наукой долга пошёл праздновать победу, не заметив, как рукавом замызганного лабораторного халата чуть-чуть сместил рычажок настройки генератора локаль­ного времени...

Доцент проснулся оттого, что кто-то грубо тряс его за плечо.

— А? Что? — встрепенулся Лю, потряс головой и понял, что заснул прямо на лабораторном столе среди кучи объед­ков и пустых бутылок из-под нектара.

Над ним стоял всклокоченный шеф, глядя злыми глаза­ми на своего заместителя. Остальные члены вчерашней по­пойки жались по углам лаборатории, старательно делая вид, что их здесь нет, а если они и есть, то абсолютно ни при чём, что бы там ни случилось.

— Я тебе что вчера сказал, экспериментатор хренов,— прорычал Богдан, рывком поднимая зама из-за стола.— Не больше двух экземпляров идеальных людей!

— А-а-а... вот ты о чём.— Доцент протяжно зевнул.— Так больше двух людей мы и не сделали, а уж ежели они сами подсуетились, так я тут...

— Людей! — взревел Богдан.— А не богов!

Лицо шефа побагровело так, что Лю испугался, что его сейчас хватит удар.

— Да в чём проблема-то, шеф?

— Смотри!

Богдан включил экран.

На парапете фонтана, в котором плавали золотые рыб­ки, сидел мужчина средних лет, завёрнутый в римскую тогу, и, смеясь, крошил в воду хлеб, наблюдая, как рыбки только что не выпрыгивали из воды, ловя подкормку. Око­ло особо крупных кусков в, воде кипела настоящая битва. Вода на поверхности бурлила.

— Ну и что? — пожал плечами доцент.

— Что? А вот послушай — что!

Изображение переместилось на двух рыбок, которые в общем пиршестве не участвовали. То ли они уже насыти­лись, то ли им было просто не до того, так как они вели бе­седу. И не простую, а теологическую! Транслятор честно переводил.

—  Так ты по-прежнему утверждаешь, что Бога нет? — воинственно вопрошала своего оппонента рыбка с фиоле­товым хвостом.

— Нет,— решительно тряхнула оранжевым гребешком вдоль всего хребта вторая рыбка.

— А кто же нам тогда в воду манну небесную сыплет?

— Это что? — выпучил глаза доцент.— Что это значит?

— Это значит, что ты допрыгался.

— Но, Богдан, я же...

— Всё! Забудь про Богдана. Изволь обращаться официа­льно. Перед тобой Бог!

За плечами начальника лаборатории развернулись бело­снежные крылья, над головой засиял нимб. Сотрудники лаборатории тоже поспешили принять соответствующий протоколу вид. Доцент с тяжёлым вздохом развернул и свои крылья.

— А может, по собственному желанию? — робко спро­сил он.

Однако шеф был непреклонен. Развернув свиток, он за­читал приказ:

Дисциплинарная комиссия НИИ постановила: за многочисленные нарушения трудовой дисциплины, включая пьянство на рабочем месте, заместителя началь­ника лаборатории Люцифера приговорить к исправите­льно-трудовым работам в котельной, в должности нача­льника с окладом чернорабочего. На период исправите­льно-трудовых работ бывшему научному сотруднику доценту Люциферу запретить посещать лабораторный комплекс НИИ.

Взмахом руки Бог перекрасил белые крылья своего быв­шего зама на чёрные.

— Охрана! В лабораторию вошёл архангел Пётр.

— Слушаю вас. Начальник лаборатории аккуратно свернул свиток с приказом.

— Проследите, чтобы Люцифер не смог переступить по­рог Эдема, пока не отбудет наказание.

— А может, всё-таки по собственному... — попытался было вякнуть опальный зам.

— Во-о-он!!! Люцифера как ветром сдуло за порог. Архангел Пётр встал у дверей, сочувственно похлопал по плечу доцента.

В коридор вышел архангел Гавриил, виновато посмотрел на своего бывшего коллегу.

— Слышь, Гаврюха, а сколько мне впаяли? — шёпотом спросил Люцифер.

— Немного. Потерпи, пока эта заваруха на Земле не уля­жется.

— Какой ещё Земле?

— Той самой, где сейчас рыбки о Боге спорят. Да ты не расстраивайся. Пока ты дрых, дисциплинарная комиссия аналитиков подключила. Через пару тысяч лет они там анд­ронный коллайдер.начнут строить...

— Кто, рыбки?

— Не, потомки Адама и Евы, так что до Армагеддона ру­кой подать. Короче, через пару тысяч лет ждём тебя обрат­но!

— Спасибо, ребята!

Люцифер пожал руки бывшим коллегам, тряхнул чёрными крыльями и, довольный, что так легко отделался, пошёл осваивать новое рабочее место.

«Теперь я специалист по дерьму и пару. А что, если для ассенизационных работ привлекать души грешников этой самой Земли? Забавный получится эксперимент. Надо по­ставить вопрос перед дирекцией об организации экспериментального участка при котельной нашего НИИ. Форми­рование штатов я беру на себя...»

— Ты знаешь, Петь, мне тут в голову одна мысль за­бавная пришла.— Гавриил задумчиво смотрел вслед Люци­феру.

— Какая?

— А вдруг и мы так же по-дурацки в своё время на свет произошли? Промежуточного звена ведь от крылатой обе­зьяны до нас, ангелов, археологи так до сих пор и не на­шли...

Андрей Белянин, Галина Чёрная

"Как стырить алмаз у торина..."

...Мы вылетали на новое задание. Все сборы окончены, рабочая суета позади, детали утрясены, костюмы подогна­ны. Остался только один, последний момент — получить у гоблинов «переходник». Я хотела сбегать за ним, но кот остановил меня решительным движением лапы: