Александр Рубцов – Тайны закрытого города Североуральск-19 (страница 5)
Перевернув снимок, Кирилл увидел надпись: «Подопытная №27».
Сжимая фотографию в руках, он посмотрел на сферу. Существо нанесло еще один сокрушительный удар и вырвалось наружу. Оно вывалилось на платформу, хищно взглянув на Ступина.
Забежав в лифт, Кирилл вынул из-под одежды табельное оружие.
Упираясь массивными руками в пол, существо тащило за собой тело, вытянутое в длинный рыбий хвост, покрытый плавниками. Его выпученные глаза смотрели на Кирилла, и в них играла невероятная ярость.
Закрыв дверцы лифта и дернув рычаг подъемника, Кирилл продолжал целиться в морду амфибии. Существо замерло в полуметре от лифта, хищно скалясь отвратительной зубастой пастью.
***
На поверхности шел сильный дождь. Все потемнело, словно наступила ночь.
Прыгнув в лодку, Ступин налег на весла. Он греб изо всех сил, не сводя взгляда с железной двери бетонной конструкции. Теперь она напоминала ему саркофаг. Огромный могильник, в котором томились души зверски замученных узников.
Сильный порыв ветра ударил в лицо сотнями дождевых капель, заставив закрыть глаза. В какой-то момент Ступин потерял направление. Лодку развернуло ветром, и теперь он не знал куда плыть. Темнота полностью отрезала от него весь мир, оставив только бурлящее озеро.
Со всех сторон доносились всплески. Ступин пригляделся и увидел существ с рыбьими головами. Их тела проросли уродливыми щупальцами и плавниками. Целая стая мутантов окружила его, цепляясь за лодку.
– Отвалите от меня! – выкрикнул Ступин, заметив пробивающийся сквозь ливень свет. Словно крошечный маяк он мелькал со стороны пирса. И в ареоле этого свечения Кирилл рассмотрел женский силуэт. Валентина, рискуя собственной жизнью, пыталась указать ему нужное направление.
Кирилл взмахнул веслом, чтобы отбиться от очередного существа, но потерял равновесие. Он упал в воду в тот момент, когда одна из тварей взобралась в лодку. Нос лодки поднялся из-за тяжести существа, а затем обрушился на голову Ступина, погрузив его в мутную пучину озера.
Он еще был в сознании, когда пытался выбраться на пирс, но что-то безустанно увлекало его на дно. Борясь за жизнь, он протянул руку, цепляясь за край пирса, и кто-то схватил его, пытаясь вытащить из воды.
В тусклом свете он увидел Валентину. Она промокла до нитки от ливня, обрушившегося на низину. И в этот момент Ступин узнал в ней женщину, увиденную им в лаборатории – тот же взгляд, испуганный и лишенный надежды.
Он машинально отдернул руку, не желая прикасаться к руке мертвеца. И начал опускаться на самое дно озера.
***
– Товарищ Майор? Товарищ майор?
Ступин открыл глаза, но тут же прикрыл лицо ладонью. Яркий солнечный свет слепил.
Перед Кириллом стоял лейтенант Кулагин. На его лице читалась озабоченность.
– Перестань тормошить меня, – пробубнил Кирилл, пытаясь подняться. Он лежал на кровати в доме на берегу озера. Голова страшно болела, хотелось пить, и все вокруг крутилось с невероятной силой.
– Что? Ты меня вытащил?
– Откуда? – удивился Кулагин. – А, вы про вагончик фуникулера? Черт, этот долбанный трос!
Лейтенант со злостью махнул кулаком.
– О чем ты говоришь, Кулагин? Я не понимаю!
– Сколько раз я говорил им, что нельзя сюда людям. Обязательно что-то да случиться. Вот теперь и вы, майор. Трос фуникулера оборвался, когда я спускал вас. Вагончик врезался в отбойник, и вы сильно приложились головой.
Кирилл дотронулся до ушибленного места. Оказалось, Кулагин уже успел наложить повязку.
– Когда я увидал аварию, то спустился за вами сам, – продолжал лейтенант. – Пришлось пробираться через эти заросли. Но зато с вами все в полном порядке. Пришлось, правда, наложить пару швов.
– Стой, не тараторь, – Ступин сел на край койки и огляделся. Вокруг него царила настоящая разруха. Домик буквально прогнил изнутри. Местами вздулись полы, часть стекол в окнах отсутствовали.
– Как долго я здесь?
– Не больше часа, товарищ майор.
Ступин посмотрел на Кулагина. Не похоже, что лейтенант шутит.
– Не понимаю. Я ведь был в лаборатории.
Кулагин вопросительно посмотрел на бетонную конструкцию в центре озера.
– Да вы даже из вагончика выйти не успели.
В этот момент раздался звонок телефона. Кулагин тут же поспешил к аппарату.
– Да. Вы на месте? Хорошо. Спускайтесь.
– Кто это?
– Когда я увидел аварию, вызвал спасательную бригаду. Вам нельзя в таком состоянии оставаться здесь, товарищ майор. Голова, – он указал пальцем на висок, – это вам не шутки.
Ступин пытался поспорить, но сил не осталось. Видно, удар был действительно сильным. Он попытался вспомнить, что произошло с ним до аварии, но в памяти всплыл только сильный ливень. Он вспомнил лабораторию и эту проклятую сферу. А еще была женщина. Валентина.
Он машинально запустил руку во внутренний карман и вынул снимок.
– Кто это? – с любопытством спросил Кулагин.
Ступин, рассматривая Валентину, вышел на пирс.
Поверхность озера напоминала стекло. Несмотря на порывы ветра, на воде не возникали даже барашки волн.
– Вы ведь еще вернетесь сюда? – спросил Кулагин. – Дело-то не закончено.
Но Кирилл опустился на корточки рядом с лодкой и внимательно осмотрел ее. В одном месте были следы, словно кто-то когтями пытался разорвать металл.
– Как можно исследовать «Точку», если до нее невозможно добраться? – размышлял Ступин. – Это место словно защищается от каждого, кто пытается проникнуть в него. Но я обязательно раскрою ее тайну. А для этого нужно будет ее сохранить.
– Вы не собираете утилизировать это место? – удивился Кулагин.
Кирилл вновь посмотрел на снимок Валентины. Она пыталась помочь ему, хотела рассказать всю ту ужасную правду, которая творилась здесь многие годы. И эта правда не должна быть сокрыта.
– Я собираюсь изучить это место, – ответил Кирилл, – чего бы мне это ни стоило.
***
– Иногда тайны должны навсегда оставаться тайнами, – произнес Ступин.
– Это что, все правда? – Вадим перевел взгляд на снимок. Казалось, красивая молодая женщина смотрит на него в ответ.
– Не знаю, – ответил Ступин, машинально прикоснувшись кончиками пальцев к шраму над правой бровью. – Но с тех пор я больше не побывал ни в одной аномальной зоне. Вернувшись в Москву, я дал рекомендацию не сносить «Точку». Меня постоянно терзали сомнения, я жаждал узнать правду. Но, видимо, кто-то в верхах решил, что таким образом я дискредитирую военных. Они хотели уничтожить любые упоминания о тех якобы экспериментах, а, по сути, преступлениях, которые проводили ученые. И главное, им нужно было устранить и меня. Сфабриковав дело о профнепригодности, меня уволили со службы. Вернувшись в родной город, я пытался продолжить поиски, но, не имея доступа к секретным архивам, это невозможно.
Вадим продолжал смотреть на черно-белый снимок.
– Вы хотите, чтобы я узнал, что случилось с этой женщиной?
– Да. Это поможет выяснить, что произошло на «Точке». Ее судьба прольет свет на многие вещи. Ты ведь у нас парень со связями?
Ступин улыбнулся, похлопал Терехова по плечу.
– Так что же с «Точкой» сейчас?
– Мы не в силах бороться с тем, что сильнее нас. Официально ее не существует уже много лет. Но в моем отчете не было ни слова о ликвидации аномалии. Я приложил немало сил и пожертвовал карьерой, чтобы «Точка» осталась нетронутой. – Он указал на снимок, – Выясни что в действительности произошло с лейтенантом Ковалевой, и тогда сможешь продолжить эту историю. Кто знает, сколько еще тайн осталось на глубине аномалии.
И запомни: каждый там видит своё.
Протокол-36
О том, что им предстоит очередное захоронение «тридцать шестого», Сергей узнал уже ночью. Из сна его вырвало протяжное жужжание телефона на прикроватной тумбочке. Сергей давно привык к тому, что отвечать нужно незамедлительно, и приучил себя прислушиваться даже во сне.
Он открыл глаза и уставился в холодный квадрат света на потолке – один из немногих рабочих уличных фонарей светил прямо в окно. По квадрату ползали тени ветвей. Сбоку, повернувшись к нему спиной, тяжело дышала жена.
Он взял телефон с тумбочки. Дисплей ослепил ярким светом. Прищурившись, Сергей прочитал короткое сообщение от Валентина: «36». Сон как рукой сняло. Ссора с женой тут же оказалась на заднем плане. В голове сиреной взвыла простая мысль: «Неужели снова? Месяца ведь не прошло!»