Александр Романов – Охотник (страница 8)

Я пытался прикинуть наши шансы. Радоваться было нечему. В лучшем случае с того момента, как волки попадут в радиус стрельбы наших луков, успеем сделать по два-три выстрела. Даже при самом благоприятном исходе, придётся сойтись в ближнем бое с половиной стаи.

По мере сближения звери начала наращивать темп. Уже не оставалось сомнений что они шли за нами. Чёрт, это реально страшно. Огромные серые тела неслись по заснеженной поверхности, из оскаленных пастей валил пар и хриплое рычание десятка глоток эхом разносилось по округе.

Ольм с сыновьями словно замерли в оцепенении. Чего они ждут, еще несколько секунд, и стая будет в пределах досягаемости наших стрел. Уже не обращая внимание на охотников, я потянулся к колчану.

"Приход" накрыл меня совершенно неожиданно. Как тогда, во дворе на тренировочном полигоне, время словно замедлилось. Прыжки волков стали плавными, как будто они бежали не по ровной земле, а по морскому дну, преодолевая сопротивление воды.

Стрелы срывались с моего лука одна за одной, исполняя реквием в гудящем от напряжения воздухе. Вот первая стрела вонзилась в оскаленную пасть. Удар был такой силы, что древко войдя в пасть, пробило череп и почти полностью вышло через шею уже мёртвого зверя. От сильного импульса его тело развернуло в воздухе. Стая, еще не осознавая, что доживает последние мгновенья, азартно пыталась добраться до нас. Наваждение пропало так же неожиданно, как и появилось. Теперь воздух наполняло не рычание и поскуливание недобитых животных.

И что это сейчас было? С какого перепуга я превратился в местного терминатора.

От пережитого стресса и мощного выброса адреналина меня потряхивало. Скинув наплечный мешок на землю, уселся сверху. Охотники стояли с открытыми ртами. В натянутых тетивах луков лежали стрелы, которые те так и не успели выпустить.

- Мужики, вы ох..ли? - хоть меня разбирала злость, но сил ругаться не было.

Те только после моей реплики вышли из ступора. Обведя взглядом место недавнего побоища, они изумлённо уставились на меня.

Так и хотелось ответить фразой из анекдота "Чего ты на меня так уставился, я сама охренела".

- Кирилл Алексеевич, прости малодушных, сам не знаю, что нашло. Как голову обручем стянуло. Зверя вижу, а мочи поднять лук нет. - Сыновья закивали головами, подтверждая его слова.

Странные дела творятся. Нечистой силой попахивает.

- Ольм, как думаешь. Далеко до логова? - поинтересовался я, вырезая последнюю стрелу из тела жертв.

Сейчас нам удалось выжить только благодаря чуду. По-другому это назвать не мог. Случись это в моём мире - принял за больной бред воспалённого сознания и со спокойной душой записался на приём к психиатру. Здесь психиатров не было, но были маги, а значит и маленькое чудо вполне могло вписаться в метрику этого мира. Как по мне, главное, что живы остались. Если бы волков в виде божественного присутствия убило с неба падающими роялями, переварить такое было-бы куда сложнее.

- Думаю, почти пришли. Похоже эта стая хотела помешать нам добраться до их лёжки. - Охотник достав карту, по которой мы составляли план экспедиции, ткнул в неё пальцем. - Мы примерно здесь, за бугром овражек, за ним старый лесоповал. Удобное место для зимовки стаи.

Взобравшись на возвышенность, мы и впрямь увидели овраг. Следы недавней стаи, по которым мы пришли, обминали провал и уходили дальше. С той стороны оврага снег был утоптан множеством лап, даже без объяснений было понятно - логово рядом.

Глава 10

Так оно и вышло. Сделав вынужденный крюк, чтобы обойти разлом, миновав небольшой бурелом, мы лицом к лицу столкнулись с остатками стаи. Семь крупных самцов, почти на голову выше тех, что я недавно уничтожил, преграждали проход к большой норе под заваленными стволами исполинских деревьев. Преодолев бурелом, мы оказались в нескольких десятках метров от входа в лёжку и сразу же подверглись атаке. К такому повороту событий никто оказался не готов. Хорошо хоть мужики не включили тормоз, как первый раз. Я успел сделать четыре выстрела, пока один из волков не накинулся на меня, повалив в снег. Краем взгляда я заметил, что мои спутники отчаянно сражаются с оставшейся тройкой волков. Ну что же, половину мы положили из луков, теперь честная схватка, один на один.

Несколько раз клыки захлопывались в паре миллиметров от моей шеи. Всё лицо было забрызгано слюной, капающей из оскаленной пасти. Пару раз волк цапнул меня за руку, но прокусил лишь одежду, оставил на руке лёгкие царапины. Наконец, мне удалось высвободить руку с ножом из-под тяжёлой туши, и всадить широкое лезвие в бок зверя. По руке потекло что-то горячее, а хищник, последний раз щелкнув клыками, упал на меня без признаков жизни.

Бой меня вымотал, но скинув с себя поверженного волка, обнаружил, что у товарищей дела обстоят куда хуже. Тамир лежал в десятке метров весь в крови, правая рука, рядом с которой валялся окровавленный нож, была прокушена, через дыру в надорванном рукаве виднелся клок вырванных мышц. Валек почти добил своего противника, хотя и сам пострадал не мало. Тяжелее всего приходилось Ольму, тот одновременно отбивался от слаженной атаки двух зверей.

Свой лук я обнаружил лежащим в снегу буквально в нескольких шагах, так что спустя мгновение три выпущенных стрелы окончательно решили исход схватки. Едва последний волк испустил дух, мы бросились к лежащему в крови парню. Состояние его было тяжёлое, но не критичное. Хоть он и дышал учащённо из-за кровопотери, непосредственного риска для жизни я не видел.

- Вроде отбились, - оглядевшись вокруг заявил Ольм, - может и осталось бегать несколько недобитков по лесу, но для нас они уже не опасны. Со стаей покончено.

Словно в насмешку его словам из логова раздался громогласный рык, от которого мы непроизвольно присели. В зеве логова мелькнула тень, и вот перед нами во всей красе возник вожак стаи. Зверь оказался невероятных размеров. Здешние волки были покрупнее земных, но на фоне вожака, и они казались пигмеями. Волк в холке доходил мне до плеча, так что сейчас наши глаза находились почти на одном уровне. Его взгляд вселял иррациональный ужас. Из зрачков струился жёлтый свет, это было не отражение луны. В голове появилась тяжесть, мысли начали путаться. В одном смазанном прыжке зверь оказался у меня за спиной, и я услышал сдавленные крики. Слабо отдавая отчёт своим действиям, вскарабкался на ближайший поваленный ствол исполинского дерева. Забраться сюда зверю будет крайне сложно. Обернувшись, обнаружил, что Ольм и Валек лежат на земле безжизненными куклами, а зверь развернувшись в мою сторону, готовится к прыжку. Сейчас меня будут убивать с особо изощрённой жёсткостью.

Встряхнув головой, сгоняя наваждение, несколько раз выстрелил из лука. Пара стрел, лишь задев тело зверя по касательной, улетели в темноту. Готов поклясться, в момент соприкосновения наконечника со шкурой видел искры. Это не зверь, а монстр какой-то. Но маленький успех был. Одна из стрел пробила грудину, две торчали из бедра, а последняя попала в глаз, но, видимо, скорость стрелы оказалась не велика, и наконечник застрял в глазнице не достигнув мозга. Пугало то, что торчащие из тела стрелы похоже не вызывали у твари особого дискомфорта. Последующие минуты оказались самыми страшными в моей жизни. Зверь одним прыжком преодолел почти десять метров до моей позиции. От мощного удара ствол под ногами зашатался. От падения на землю спасла ветка, за которую успел схватиться в последний момент.

Сейчас я бы не отказался даже от упавшего с неба рояля. Первая волна адреналина сходила на нет, уступая место страху и нахлынувшей слабости. Хоть после прыжка зверь не смог удержаться, рухнув обратно на землю, оставляя на коре глубокие следы от когтей, вопрос нескольких секунд добежать до начала места излома ствола. А там уже как по мосту, шириной почти в полтора метра, до меня добраться было проще-простого. Вожак так и поступил.

Теперь мы стояли друг напротив друга на широком стволе упавшего исполина. Сделать последний прыжок зверю мешала лишь пара крупных веток, торчащих между нами. Отбросив лук, я потянулся за ножом.

Зверь нападал с невероятной скоростью, уже несколько раз я висел не волосок от смерти, когда челюсти захлопывались практически на моей шее, задевая острыми клыками кожу. Я же всего раз слегка оцарапал вожака. Возникло стойкое убеждение, что он предугадывает мои шаги. Еще несколько минут в таком темпе, и я просто рухну без сил, мелькнула страшная мысль. Зверь, словно почувствовав мою панику, ускорил атаки.

Удар... Мимо... Отскок... Удар... Челюсти зверя вцепились в левую руку, еще чуть, и я почувствую, как хрустнут кости в мощных, словно тиски, челюстях. Из глазницы всё еще торчал обломок стрелы.

- На, тварь!!! - собравшись с последними силами, чувствуя, как рвутся сухожилия заблокированной руки, я всем телом навалился на зверя, послышался хруст пробиваемой железным наконечником кости. Зверь, выпустив из пасти зажатую руку, попытался лапой вытащить остатки стрелы, но буквально через мгновение по телу прошла судорога и тот осел на подломившихся лапах, издав на последок замораживающий душу вой.

- Вот теперь точно всё, - мелькнула мысль, и я без сил опустился на ствол, крепко вцепившись в ветку, чтобы не рухнуть вниз. Хотелось просто на несколько минут отключится, но погрузиться в пучину небытия мне не позволило чувство иррациональности происходящего.