Александр Робский – Хроники Чистокровного (страница 172)

Я сложила на поднос тарелку супа, ложку, несколько кусочков хлеба и чашку с крепким чаем. Так же положила на край три таблетки, которые должен принять брат.

Дориан пришёл в себя! Я так рада. Я двенадцать дней была как на иголках. Не могла найти себе место. Благо в «Улей» прилетел не только Джак, но и Роксана. Она-то за мной и присматривала все эти двенадцать дней и ухаживала за братом… ведь его тело… он выжиг себя изнутри. Из–за «праны» Итон брата начал угасать, а особое снадобье для понижения внутренней силы чуть не убило его! И теперь я знаю секрет Дориана… знаю, что именно его убивает.

Я взяла поднос, вышла в главный зал с большим телевизором, а следом зашла в комнату брата.

Дориан сидит на кровати, облокотившись спиной об стену. Он медитирует и пытается привести свой внутренний поток силы в порядок. Так же на пару дней ему прописан постельный режим.

Я выдвинула у подноса ножки и поставила его на кровать.

— Эм… вот, я покушать сделала! Ещё я принесла таблетки, которая оставила Рокси.

Брат медленно открыл глаза и его тяжёлый взгляд упал прямо на меня.

Я опустила взгляд в пол и вся сжалась… мне невероятно стыдно за то, что я сбежала. И Дориан не сказал мне ни слова после своего пробуждения.

— Эм… ну… знаешь… эм…

ОХ!!! Я не знаю, как начать диалог!!! Прародитель, помоги мне!

— Я скажу лишь один раз… ещё раз сбежишь, пожалеешь! Понятно?…

— Д–да…

Ну, тут я с ним полностью согласна. Даже перечить не буду.

Дориан тяжело вздохнул, и сказал то, чего я не ожидала от него:

— Ты в порядке?…

— Я… ну…

На глазах начали накатываться слёзы, но я сдержалась. Быстро вытерла глаза и широко улыбнулась.

— Я в полном ужасе! Но я держусь!

Брат широко раскрыл глаза, не ожидая такого ответа.

— Хм… а ты сильнее, чем я думал, — подтащил он к себе поднос и взял ложку.

— Опять ты меня недооцениваешь! — надула я щёки.

— На сей раз я даже рад, что недооценил тебя… ведь ты впервые встретилась с «Кошмарами Прародителя». Когда я впервые их увидел, то не мог спать несколько дней. Меня охватил такой ужас, что я не понимал, где нахожусь.

— Со мной было тоже-самое… — сжала я кулачки, — Я не могла найти себе место… поэтому, пока ты спал, я читала тебе книжки и спала рядом с тобой. Это помогло мне восстановиться, — я глянула на брата серьёзным взглядом, — Что будет с Сашей?…

Брат замолчал, а ложка с супом зависла в десяти сантиметрах от его рта.

— Она отправиться в тюрьму для несовершеннолетних… думаю, что ей дадут семь лет.

Из меня словно вышибли весь дух, а улыбка тут же развеялась.

— Но… но ведь она… она не виновата! — покатились по моим щекам слёзы, — Откуда она могла знать, что нас похитят⁈ Откуда⁈ Если кто и виноват, то это я! Ведь благодаря моему наручу–наёмника мы узнали место положение заказчиков.

— Понимаешь, Евангелина… у любого решения есть свои последствия. Кто–то должен ответить за то, что вы сбежали из Лариона. Тот, из–за кого все погибли. И Саша, как я думаю, поняла это. Она знала, что на кого–то из вас троих ляжет вся ответственность. Поэтому Саша призналась, что всё это было её идеей.

— И когда… когда её заберут? — вытерла я с глаз слёзы.

— Сегодня 22 ноября… думаю, это случиться в середине декабря.

На душе стало так тяжело, что я хотела завыть. Так горько и противно.

Брат протянул ко мне ладонь и сказал.

— Дай свою руку.

— Х–хорошо…

Я взяла брата за руку и почувствовала импульс силы. Теперь наши ладони покрылись тёплым, таким добрым, белым светом, что вся печаль в моём сердце вмиг исчезла.

— Ты пробудила белую ауру, поздравлю. Теперь в твоих руках огромная сила, которую нужно использовать по назначению. Не упивайся могуществом, или оно тебя погубит, — брат отпустил мою руку и свет исчез, — Кто-нибудь видел твою ауру?

— Д–да… Саша и Марк знают, что я Ламберт. Но ты можешь не переживать. Они ни кому ничего не расскажут. Так же я сказала им, что ты не Ламберт, а обычный человек, а я — дочка твоих умерших друзей, которую ты забрал с неразвитой планеты.

Я слегка приоткрыла рот, но слова так и не вышли из моих уст. Я хочу рассказать брату, что со мной произошли какие–то странные изменения. На какое–то мгновение, я стала Чистокровной Ламберт. Но я боюсь ему рассказывать. Лучше сначала сама разберусь, что со мной случилось… блин, да о чём я⁈ Сама разберусь⁈ Ага, конечно!

— Брат, со мной кое–что произошло. Это было очень странно. Сначала я думала, что мне всё это причудилось… если бы не мои друзья, я, наверное, и дальше бы так думала.

— Евангелина, не ходи вокруг да около. Говори прямо!

Я сглотнула, сжала кулачки и собралась с духом.

— На короткое мгновение, мои волосы стали седыми, чёрные зрачки белыми, а золотой оттенок радужки сиял так ярко, что просочился сквозь линзы… я стала Чистокровной! А потом всё вернулось на круги своя, и я снова стала Ламбертом второй ветви.

Реакция брата поразила меня. Его глаза округлились, а рот слегка приоткрыт. Он смотрит на меня так, словно со мной что–то не так.

— Евангелина, скажи мне, к тебе является свет, например, в образе человека?… Ты видишь белое древо?… Например во снах, или в неких ведениях?…

Я широко раскрыла рот. Откуда он знает⁈

— Да! — подняла я сжатые кулачки к груди, — Эта женщина помогла мне! Она довела меня до белого древа, и я пробудила свою силу! Она много раз приходила ко мне во снах. Она сказал, что поможет мне, что всегда придёт мне на выручку! Но знаешь, я стала Чистокровной до того, как пробудила белую ауру.

Брат прикрыл ладонью рот и смотрит в одну точку… что–то не нравиться мне всё это.

— Брат?…

Дориан резко схватил меня за плечо, а его выражения лица было таким серьёзным, что я на секунду испугалась.

— Никому об этом не рассказывай! Даже Роксане и другим Альбионам! Никому, ясно⁈

— Эм… хорошо! — кивнула я, — Так что со мной⁈

— Ничего… — отпустил меня брат и вернулся в постель, — Закроем тему. Как придёт время, ты всё поймёшь.

— Э⁈ Но я хо…

— Закрыли тему! — перебил меня брат.

Я недовольно отвела взгляд в сторону, а на лице у меня царствовало одно лишь раздражение и обида.

Почему⁈ Что он скрывает⁈ Брат знает, что ко мне во снах приходила женщина из белого света! И он знает про дерево! Блин, теперь меня начинает разрывать от интереса… но, по выражению лица брата, тема и правда закрыта на неопределённый срок.

— Можно я задам лишь один вопрос, и тема будет и правда закрыта?…

Брат тяжело вздохнул, и, поняв, что я буду стоять на своём до конца, кивнул.

— Это женщина из белого света… её голос был невероятно добрым и ласковым… он был таким знакомым… таким родным… — я подняла взгляд и спросила уверенным голосом, — Может быть такое, что это была моя мама⁈… Люди и Ламберты могут общаться через сны⁈

— Я не знаю, Евангелина… и я тебе не лгу.

Я хотела услышать другой ответ, но, что имеем, то имеем, и ничего тут не поделаешь.

— Хорошо… теперь можем закрыть тему на неопределённый срок, — тяжело вздохнула я, так и не получив ответы на свои вопросы.

В Ларионе наступила ночь. Торговая башня закрылась, свет внутри жилых зданий стал тусклым, а сам город утонул в звонкой тишине.

Весь день я пекла печенье, а когда достигла нужного результата, то сложила всю выпечку в два прозрачных мешочка, и каждый завязала красивой ленточкой. Следом я помылась и переоделась. Теперь на мне чёрный свитер и красные спортивные штаны.

— Э⁈ Ты почему не в постели⁈ Куда ты идёшь⁈