Александр Рекемчук – Пир в Одессе после холеры. Кавалеры меняют дам (страница 7)

— Отмечаем помолвку моей дочери, — спокойно отвечаю.

Миха ехидно улыбается.

— Обойти тут всё, осмотреть, если придётся — перевернуть! — приказывает он своим омоновцам.

На 5 минут все застыли, наблюдая за действиями ворвавшегося отряда благодетелей.

— Тут подвал! — доносится из коридора, ведущего на кухню. — Закрыто.

Игорь направляется к двери и приказывает её снести. Дверь быстро выбили и спустились вниз по лестнице с оружием наготове.

— Можно было просто ключ попросить, — говорю в никуда.

Наш командир выскакивает из подвала и начинает орать:

— Какая помолвка, где чёрт побери игра⁈ — Игоря трясёт. — Омон стоит молча, не двигаясь, направив автоматы в толпу.

— Какая игра? У нас праздник, — равнодушно отвечает Миха. — Не пугайте гостей, будьте добры, уходите.

— Ты у меня ещё ответишь, — шипит Игорь, глядя в глаза Сергею.

Отзывает группу. Все удалились.

— Фух, пронесло, — цедит Миха. Ты тоже чуть в штаны не наделал?

— Пошли выпьем, помолвка всё-таки… — махаю рукой отрешённо. — Но я ещё с тобой не закончил, дружище.

Пьяное утро

Утро началось ужасно. Завалился пьяный муж, весь потрёпанный, раскидывал вещи с бутылкой водки в руке. Орал, что его предали.

— Это провал! Позор! Кто-то меня предал! Какая-то крыса завелась в офисе! Но я её найду! Найду и уничтожу! — запинаясь, орёт Игорь и пинает мебель.

Всё у меня внутри сжимается, зная, что пьяный муж — это неконтролируемый муж, который не думая излагает всю информацию и может начать дебоширить. И лучше молчать. Учитывая то, что, как он выражается, крыса — это я… И знай он это, из нашей квартиры был бы мне путь прямиком в реанимацию.

Залетает полусонная свекровь с банкой солёных огурцов. Ещё добавочки бы сыночку принесла…

— Игорёша, давай огурчиков? — протягивая огурец сыну, она от страха впечатывается в стену, ведь она прекрасно помнит, как пьяный он распускал на меня руки, случайно прилетело и ей.

Игорь молча хватает огурец и запихивает в рот.

— Вы хоть понимаете, что я потерял? — с набитым ртом. — Повышение, хорошую пенсию, почёт, уважение, всё! Я никто!

— Сынок, ты предостаточно сделал для своей работы, многие ж и таким похвастаться не могут, — утещающе бормочет, не отходя от стены. — Нача-альник!

— Я не многие! Неужели непонятно? — вскидывает руки у головы.

Он бродит в нашей комнате по кругу, его мотает из стороны в сторону. То кричит, то молчит, то бьёт по стене, то безучастно смотрит в окно. Но наблюдать за ним страшно, невозможно предугадать его действия. Какие-то документы валяются на полу, его пропуска, там же где-то в углу тот самый ноутбук.

Коленки мои дрожат, вот последствия моего поступка. Что я получила? Человек, которого я полюбила, предал, муж вот-вот убьёт. Сейчас я желаю только одного, чтобы это всё исчезло.

— Игорь, всё будет хорошо, — вдруг выдавливаю я из себя, не знаю зачем.

— Да с чего ты взяла? — выдвигает на меня подбородок и наклоняет голову в бок. — Я должен был уже отмечать своё повышение, я ждал его и усердно трудился. А ты, какая-то баба, ты всего лишь мой аксессуар, ты у меня для статуса, для красоты. Открыла свой рот, ты решила, что всё будет хорошо? Пшла вон!

Мы со свекровью потихоньку вышли, муж остался с бутылкой водки и огурцами. Так и уснул.

Пытаясь отогнать от себя плохие мысли, перед выходом на работу я сосредоточилась на поливке цветов. По всей квартире их много, я выращивала их годами и вложила в них кучу сил. Что тут есть, всего не перечислишь: от орхидей до авокадо с денежным деревом. Я захожу на кухню и замечаю, как Алла Леонидовна следует за мной. Опять сейчас что-то ляпнет. Начинаю поторапливаться.

— Ничего не хочешь сказать? — чувствую давление со спины.

Закатываю глаза и поворачиваюсь к ней с банкой воды в руках. Смотрю на неё вопросительно.

— Бедный Игорёша из-за тебя таким стал, — тихо закрывает дверь на кухню. — Раньше он был совсем другим, всегда трезвый, весёлый, внимательный.

— Это где вы такого Игорёшу видели? — не сдерживаюсь.

— Я ещё не закончила, не перебивай! — громким шёпотом. — Ишь какая тут появилась, только за статус его хватаешься, да за деньги. Кто б тебя ещё б взял-то замуж с таким отношением-то? Совсем ни черта для него не делаешь!

— Это не моя вина, что он изменился. Сейчас он пьяный из-за работы своей, — внутри меня бурлит спящий вулкан, и вода из банки проливается от размахиваний руками. — Что-то ещё?

— Не говори мне про работу! — ставит руки в боки. — Может, ты его обидела? Или плохо удовлетворяешь в постели? Говорила, надо следить за… — не успевает договорить, как мой вулкан уже с концами просыпается.

— Что за ахинею вы тут несёте? У вас рассудок помутнился? — не могу больше терпеть её галиматью. — Не ваше дело, что у нас в постели происходит. Если не нравится, вон, там на столе телефонный справочник, может, найдёте ему проститутку или, я не знаю… кого угодно. От меня отстаньте!

Она ещё что-то хочет добавить, но я молниеносно вылетаю из кухни, хлопаю дверью, направляюсь по коридору в прихожую и одеваюсь за время горящей спички. Работа, спасай меня.

Откровенная беседа

Не помню, как я дошла до работы. Ввиду последних событий, у меня какие-то мини-провалы в памяти. Видимо, мозг так реагирует на стресс.

Я поднимаюсь по лестнице и вздрагиваю, звонит мобильник. У меня душа в пятки, вдруг муж узнал? Нервно копошусь в сумке, достаю и вижу «Сергей», сбрасываю. Переименовываю на «не отвечать». Звонит ещё раз, сбрасываю снова. И так ещё 4 раза. Ставлю в блок. Какой надоедливый, ещё и смелости мне звонить хватает, козёл! Чего ему надо? Уже вышел сухим из воды благодаря мне!

Телефон опять звонит, незнакомый номер. Нельзя не ответить, вдруг по работе или что-то важное.

— Да, слушаю, — холодно выбрасываю.

— Элечка, пожа… — не успевает договорить, кладу трубку.

За дуру, что ли, меня держит… Опять слёзы наворачиваются.

— Эля, всё, что бы он ни сказал, будет ложью… — проговариваю я себе под нос. Поверь хоть сама себе.

Минуя всех, захожу к Сане. Единственный человек, с кем я могу поделиться проблемами. Роняю своё тело на стул.

— Санечка, мне нужна твоя помощь. Я тут натворила дел и не знаю, как мне дальше жить, — складываю руки на стол, ожидая реакции.

Вдруг из-под стола Саня достаёт бутылку коньяка и рюмки.

— Думаю, без этого не разберёмся, — наливает и смотрит на меня исподлобья, — ну, рассказывай, что случилось.

Мы пили коньяк, ели конфеты и я всё как на духу ему рассказала.

— Ну и дела, — чешет затылок Саня. — Ну что тут скажешь?

Думает с минуту, потирая шею и теребя карандаш в руке.

— Знаешь, Эля, а возьми-ка ты отпуск. Ты как ко мне пришла, только один раз отдыхала, и то давным-давно! Ты ж о море мечтала, хотела увидеть горы! В Крыму сейчас хорошо. Я тебе отель хороший найду в горах, поедешь? Там и отпускных накопилось.

Киваю, зная, что он прав.

— А на дизайн ресторана этого козла мы Светку наймём, если ему вообще это актуально. Не переживай. А она ему там ой как задаст жару! — посмеивается.

Продолжаю кивать, поджав губы. И в то же время не верю своим ушам. Саня всё про меня знает! Какие цветы люблю, куда поехать хочу, что предпочитаю на завтрак. Больше, чем друг.

— А мужа своего бросай. Бросай, Эля. Не будет тебе с ним счастья… А ты ещё молодая, встретишь нормального мужика, может, и на отдыхе даже.

— Саня… Ну какого мужика-то. Хватило мне уже.

Обсуждая мой будущий отпуск, мы перебрались на диван, так я и уснула с конфетами в руках.

Проснувшись уже в обед, Саня мне сообщил, что билеты куплены, что я лечу в Ялту, и он мне уже снял домик в горах с прекрасным видом.

Вот всё и решилось. Я еду на море. Вылет уже завтра утром. Осталось быстро собрать чемоданы и уйти от мужа.

Очередной сеанс психотерапии

Сегодня утром я проснулся поздно, весь разбитый. Не ел, не пил, да и в ресторан не поехал, пусть там Миха без меня разбирается. Натворил дел, а мне разгребать. Теперь ещё долго будет на побегушках. Да, вчерашний день прошёл как по маслу, да и вообще жизнь прекрасна… должна быть, с моими-то возможностями и денежными накоплениями. Но не то это всё, пустое.