Александр Рар – 2054: Код Путина (страница 6)

Полковник взял шариковую ручку и указал на гравировку на титановой поверхности шара. К своему величайшему изумлению, Орехов обнаружил там прежний российский флаг – триколор, – который советский режим заменил красным флагом с серпом и молотом. Рядом он прочел надпись на русском языке: «Ростехнологии».

Полковник с наслаждением наблюдал за растерянным лицом Орехова. Он подозвал человека, до этого безмолвно стоявшего в темном углу и представившегося сотрудником бюро безопасности гражданской авиации в парижском аэропорту Ле Бурже. При себе мужчина имел сумку с инструментами. Полковник попросил абсолютной тишины, чтобы послушать следователя по авариям в полете. Его слова повергли Орехова в очередной шок.

Следователь нисколько не сомневался в сути дела. В 1957 году один австралийский бортинженер изобрел так называемый «черный ящик» – ценнейший технический прибор, позволяющий записывать на магнитную пленку переговоры экипажа самолета. Бортовой прибор-самописец был снабжен чувствительными передатчиками пеленгатора, чтобы после падения самолета его можно было найти в любом месте – будь то в горах или на морской глубине. Он должен был быть абсолютно ударопрочным, жароупорным и водонепроницаемым. До серийного выпуска, однако, должно было пройти несколько лет. Лежащий перед ними аппарат представляет собой ровно такой же черный ящик, только не в пример более совершенный, чем все существующие приборы. Тем не менее, как только эта техника вообще появилась, военные Форта Беар наконец узнали, с какой сенсационной находкой они имели дело.

Первое поколение бортовых самописцев имело цилиндрическую форму. Сферическая конструкция находки придала, однако, аппарату намного большую стабильность. Несомненно, такая штука уцелела бы при авиакатастрофе на любой, самой гигантской, высоте и в случае необходимости невредимой сохранялась бы месяцами в любой пропасти или на дне океана. После падения самолета, не важно откуда, благодаря питанию от батареи неделями самописец посылал бы ультразвуковые сигналы. После обнаружения потерпевшего аварию самолета причину катастрофы можно было установить на основе записанной информации. К сожалению, необычные батарейки прибора давно были израсходованы.

Обычно черные ящики были сконструированы таким образом, что сохраняли нераскодированную информацию, которую в случае необходимости довольно легко могли раскодировать авиационные спасательные службы. Прослушать магнитную пленку, конечно, не составляло труда, однако этот прибор имел абсолютно незнакомую технологию сохранения энергии. Никто не мог расшифровать информацию, поскольку технические предпосылки для этого отсутствовали. Прибор был родом не из этого мира. Но откуда могли взяться тогда буквы на кириллице?

Мужчины молча отправились к выходу. Неожиданно кто-то загородил дверь перед ними. Орехов сразу же узнал сильно постаревшего поэта Кокто, шагнувшего им навстречу. «Этого вечного вольнодумца здесь только не хватало», – выругался он про себя.

– В крепости Форт Беар хранится величайшее открытие человечества! – голос Кокто почти срывался. Он выдержал долгую, значительную паузу. В бункере был слышен лишь грохот вентиляционной установки. – Мы как археологи, первыми открывшие гробницы египетских фараонов в тысячелетних пирамидах! – торжественно провозгласил он. Кокто вышел из тени и предстал перед ними – седые волосы на его голове были всклокочены, голос звучал истерично. Свет прожектора начал мерцать. Орехов, не мигая, смотрел на старика с сияющими, почти горящими глазами.

Взгляды Кокто и Орехова встретились на короткое мгновение. Оба вспомнили ту свою давнюю беседу на рю де Мадмуазель. У художника не оставалось никаких сомнений: если был черный ящик, значит, существовал и самолет к нему! Кокто вдруг приблизился к Орехову, в ужасе отпрянувшему от него, и схватил его за руки.

– Поезжайте в Советский Союз. Поищите специалистов службы связи. Вам будут доверять. Расшифровка записей прибора, скорей всего, возможна в Советском Союзе, поскольку этот черный ящик наверняка русского происхождения!

Орехов вдруг заподозрил, что он попал в финальную сцену спектакля Кокто, существовавшего за пределами реальности. По какой-то причине спецслужбисты подшучивали над ним. То ли они тестировали его интеллект, то ли пытались уязвить его? У него потемнело в глазах.

– Почему вы не спросите союзников из Америки? – пробормотал Орехов.

– Американцы ни с кем не делятся своими открытиями.

В помещении воцарилось смущенное молчание. Все отправились к крутому подъему наверх. Орехов тяжело вздыхал, поднимаясь по бесконечной винтовой лестнице. Во дворе дежурный солдат зажигал факелы, и крепость обретала таинственный вид. В небе мерцали первые звезды. Усталыми глазами Орехов поискал на небе яркую звезду Сириус в созвездии Большого Пса. Полковник присоединился к нему:

– Кокто – знаток всех тайн. Глубокие познания во многом способствовали его потрясающей карьере.

Морской прибой с огромной силой швырял волны о скалу. Брызги разлетались на метры вокруг. В открытом море светили сигнальные фонари военного корабля. На расположенном неподалеку утесе горел красный свет маяка. Ужасные берлинские события казались забытыми.

Орехов хотел посмотреть расположение войск на ночлег, но полковник удержал его от этой затеи. Он посвятил Орехова еще в одну тайну:

– Для маскировки существования этого секретного объекта французской службой разведки в давние времена был основан конспиративный союз. Закрытое общество посвященных содействует распространению легенд о странной находке. Мы вербуем эзотериков, астрологов, уфологов, историков, криптологов и специалистов по техникам дешифрования, которые в стороне от широкой общественности исследуют загадку в надежде когда-нибудь расшифровать аппарат. – Свои объяснения он завершил предостережением: – Если же вопреки строгой секретности информация все же вырвется наружу, все перекочует в область теорий заговоров и тем самым утратит серьезность.

На следующее утро Ревэ отвез Орехова в аэропорт Перпиньян, где русский эмигрант своевременно поднялся на борт «Эйр Франс», вылетавший в Париж. Орехов думал о завтрашнем дне. В какой мир он возвращается?

Франция потеряла свои колонии в Северной Африке, Британская империя съежилась до размеров островного государства, Германия разделена, когда-то сверхмощная Австрия опустилась до альпийской туристической страны, бывшая Османская империя – всего лишь поставщик дешевой рабочей силы. Восточной Европы больше не было. Советский Союз господствовал над половиной мира, Восточной Европой и Северной Азией, он присутствовал на Ближнем Востоке, в Северной Африке, Латинской Америке. С Кубы США грозила огромная опасность, если Советы разместят свои ракеты на Карибских островах. Как раз недавно вступившему в должность молодому президенту США Джону Кеннеди такой вызов не по плечу. Если Магриб достался бы СССР, Франция получила бы угрозу со Средиземного моря, как в раннем Средневековье от сарацин.

Орехов в последний раз посмотрел в окно. Как молоды были все французские легионеры, на его глазах уходившие на войну, – как он сам когда-то, еще даже не будучи совершеннолетним, с оружием в руках ринулся в бой, чтобы защитить свое Отечество.

Он бы с большим удовольствием выдал тайну оранжевого шара, расшифровал послание из другого мира, если бы он существовал. Только очень немногих друзей он мог бы познакомить с этой историей. Однако не стоит слишком много болтать об этом, иначе уже не поручишься за свою жизнь. В этом он отдавал себе отчет.

Самолет стоял на рулежной дорожке. Пилот готовился к старту. Через несколько часов Орехов будет уже дома. Неожиданно он вздрогнул, почувствовав легкое прикосновение к своей руке. Рядом с ним, на месте у прохода, сидела черноволосая красавица из вчерашнего кабриолета. Улыбнувшись, она заговорила с ним по-русски, с легким американским акцентом:

– Дорогой друг, давайте вместе насладимся полетом.

1554

Внушительная колонна всадников с роскошной коляской посередине уже три недели была в пути. Чем дальше посольство продвигалось на восток, тем холоднее и дождливее становилось. Путь от Брюсселя через Германию до польской границы они преодолели без происшествий. Однако теперь сильные осенние бури заставляли путешественников все чаще делать остановки. Весть о том, что императорская делегация титулованных особ с неизвестной целью проезжает мимо поместий, опережала посольство. Недоверчивые курфюрсты высылали своих разведчиков, чтобы выведать причину путешествия. Вскоре распространилась весть, что в передней, позолоченной, карете ехал Фердинанд фон Гонзага, полководец императора Священной Римской империи.

Когда путешественники проехали Краков, дорогу им дружелюбно преградили легаты польского короля. Сигизмунд II пригласил Гонзагу и его свиту на аудиенцию. Тайна императорского посольства была раскрыта: путь Гонзаги лежал во вражескую Россию, это было несомненно. Недовольно покачивая головой, но сгорая от любопытства, польский король ожидал гостей в своей резиденции.

– Тому, кто хочет попасть из Европы в Москву, надлежит проконсультироваться с Польшей! – торжественно объявил он.