реклама
Бургер менюБургер меню

Александр Пушкин – Медный всадник. Поэмы, стихотворения (страница 5)

18
Победой прославлено имя твое;               Твой щит на вратах Цареграда; И волны и суша покорны тебе; Завидует недруг столь дивной судьбе. И синего моря обманчивый вал               В часы роковой непогоды, И пращ, и стрела, и лукавый кинжал               Щадят победителя годы… Под грозной броней ты не ведаешь ран; Незримый хранитель могущему дан. Твой конь не боится опасных трудов;               Он, чуя господскую волю, То смирный стоит под стрелами врагов,               То мчится по бранному полю, И холод и сеча ему ничего… Но примешь ты смерть от коня своего». Олег усмехнулся – однако чело               И взор омрачилися думой. В молчанье, рукой опершись на седло,               С коня он слезает угрюмый; И верного друга прощальной рукой И гладит и треплет по шее крутой. «Прощай, мой товарищ, мой верный слуга,               Расстаться настало нам время; Теперь отдыхай! уж не ступит нога               В твое позлащенное стремя. Прощай, утешайся – да помни меня. Вы, отроки-други, возьмите коня, Покройте попоной, мохнатым ковром;               В мой луг под уздцы отведите; Купайте, кормите отборным зерном;               Водой ключевою поите». И отроки тотчас с конем отошли, А князю другого коня подвели. Пирует с дружиною вещий Олег               При звоне веселом стакана. И кудри их белы, как утренний снег               Над славной главою кургана… Они поминают минувшие дни И битвы, где вместе рубились они… «А где мой товарищ, – промолвил Олег, —               Скажите, где конь мой ретивый? Здоров ли? всё так же ль лего́к его бег?               Всё тот же ль он бурный, игривый?» И внемлет ответу: на холме крутом Давно уж почил непробудным он сном. Могучий Олег головою поник               И думает: «Что же гаданье? Кудесник, ты лживый, безумный старик!               Презреть бы твое предсказанье! Мой конь и доныне носил бы меня». И хочет увидеть он кости коня. Вот едет могучий Олег со двора,               С ним Игорь и старые гости, И видят – на холме, у брега Днепра,               Лежат благородные кости; Их моют дожди, засыпает их пыль, И ветер волнует над ними ковыль. Князь тихо на череп коня наступил               И молвил: «Спи, друг одинокий! Твой старый хозяин тебя пережил:               На тризне, уже недалекой, Не ты под секирой ковыль обагришь И жаркою кровью мой прах напоишь! Так вот где таилась погибель моя!