Александр Пушкин – Капитанская дочка. Англо-русская билингва (страница 3)

What do you order? Что прикажете? I ended the day as dissolutely as I began it. День я кончил так же беспутно, как и начал. We dined at Arinushka's. Мы отужинали у Аринушки. Zurin kept pouring me more drink, repeating that I needed to get used to the service. Зурин поминутно мне подливал, повторяя, что надобно к службе привыкать. When I got up from the table, I could barely stand on my feet; at midnight Zurin took me to the tavern. Встав из-за стола, я чуть держался на ногах; в полночь Зурин отвез меня в трактир.

Savelich met us on the porch. Савельич встретил нас на крыльце. He gasped, seeing the unmistakable signs of my zeal for service. Он ахнул, увидя несомненные признаки моего усердия к службе. “What has happened to you, sir?” «Что это, сударь, с тобою сделалось? he said in a pitiful voice, “Where did you get this?” – сказал он жалким голосом, – где ты это нагрузился? Oh, my God! Ахти Господи! I’ve never committed such a sin in my life! отроду такого греха не бывало! “Shut up, you bastard!” » – «Молчи, хрыч! I answered him hesitantly, “you’re probably drunk, go to bed… and put me to bed.” – отвечал я ему, запинаясь, – ты, верно, пьян, пошел спать… и уложи меня».

The next day I woke up with a headache, vaguely recalling yesterday's events. На другой день я проснулся с головною болью, смутно припоминая себе вчерашние происшествия. My thoughts were interrupted by Savelich, who came in to me with a cup of tea. Размышления мои прерваны были Савельичем, вошедшим ко мне с чашкою чая. “It’s early, Pyotr Andreevich,” he said to me, shaking his head, “it’s early for you to start walking around. «Рано, Петр Андреич, – сказал он мне, качая головою, – рано начинаешь гулять. And who do you take after? И в кого ты пошел? It seems that neither my father nor my grandfather were drunkards; There's nothing to say about mother: from birth, she never deigned to put anything in her mouth except kvass. Кажется, ни батюшка, ни дедушка пьяницами не бывали; о матушке и говорить нечего: отроду, кроме квасу, в рот ничего не изволили брать. And who is to blame for all this? А кто всему виноват? The damned monsieur. проклятый мусье. Every now and then, he would run to Antipyevna: "Madam, vouch for it, vodka-ku." То и дело, бывало, к Антипьевне забежит: «Мадам, же ву при, вод-кю». So much for vouch for it! Вот тебе и же ву при! There's nothing to say: he taught me good, the son of a dog. Нечего сказать: добру наставил, собачий сын. And it was necessary to hire an infidel as an uncle, as if the master no longer had his own people! И нужно было нанимать в дядьки басурмана, как будто у барина не стало и своих людей!" »

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.