Александр Пругло – Адини. Великая княжна. Книга первая (страница 51)
С Ольгой и Марией я также помогала императрице в управлении Ведомства императрицы Александры Фёдоровны. Государыня взяла под своё руководство всеобщее народное движение по обеспечению фронта всем необходимым, наладила систему снабжения, состоявшую из множества больших складов и баз, где изготавливались перевязочные материалы, в том числе для хирургических операций, хранились и распределялись медицинские препараты, консервы, сушеные овощи и фрукты, сладости, табачные изделия, одежда, обувь, постельные принадлежности, белье и прочее.
На этих же базах и складах неравнодушные женщины, часто даже из высшего сословия, переодевались в рабочую одежду, осваивали швейные машинки, шили солдатское бельё и постельные принадлежности для раненых, резали марлю и сворачивали из неё бинты.
Государыня иногда выезжала с инспекционными поездками в Царское село, Петергоф, Гатчину, Москву и другие города, где тоже были лазареты для раненых, инспектировал она также санитарные поезда. В такие поездки она, как правило, брала кого-то из нас, великих княжон, меня или Ольгу.
Со своим Фёдором (его я уже давно называла своим) за этот год войны я встречалась всего лишь раз, когда он приезжал на несколько часов в Санкт-Петербург, будучи снова удостоенным высочайшей аудиенции по случаю представления к званию подполковника и пожалования ордена Святого Георгия третьей степени. Мы с Фёдором смогли побеседовать тогда почти наедине только несколько часов. Однако много раз в течение этого года, когда случалась возможность, разговаривали по телефону. В самом начале этой войны Фёдор Паскевич участвовал в отражении десанта противника на Таманский полуостров, за что получил орден Святого Владимира третьей степени с мечами. В последние месяцы Федор воевал на юге Польши где-то в районе Кракова.
Глава 33. Боевые действия
После двухмесячной подготовки моих девушек, моих фей, я задумалась о поездке на фронт, чтобы, если появится возможность, испытать отряд в боевой обстановке. Император ничего не знал о нашем женском спецназе, поэтому получить от него официальное разрешение на поездку было абсурдно. Я придумала оригинальный план: мы едем с санитарным поездом в качестве сестер милосердия, а под униформой сестер скрываем костюмы трико и оружие. При необходимости униформу сестры можно было легко и быстро снять.
Нашей одежде, обуви, оружию и прочей экиперовке я уделила особое внимание. Насчёт обуви постаралась Наташа Королёва. Те берцы, которые я ей нарисовала, и для которых она сделала замеры моей ноги, были готовы уже через три дня после моего возвращения из московского молебна. Я попросила девушку привезти эти берцы в Санкт-Петербург и получить новый заказ. Эта обувь сидела на моей ноге идеально. Я, оставив обувщиков у себя в гостиной, побежала похвалиться этой обновкой папа́. Застала у него и старшего брата-цесаревича. Берцы очень понравились обоим, а я сказала, что хочу заказать такие всем бойцам спецподразделений, в них ведь намного удобнее воевать в особых условиях. Император пообещал, что деньги на эту обувь будут выделены, а поставщика он наградит. Я сказала, что поставщики, купец первой гильдии Михаил Леонтьевич Королёв из Москвы с дочерью-мастерицей, сидят у меня в гостиной. Тот час же послали адьютанта за ними, и мои гости удостоились высочайшей аудиенции с пожалованием медалей, которые обычно вручают выдающимся купцам. Вместе с наследником Александром Николаевичем я и Королевы поехали затем в Териоки, на базу подготовки спецназа. Там сапожники сняли мерки с ног моих фей, а также с ног пока только двух десятков других бойцов. Михаил Леонтиевич сказал, что будет расширять производство, создаст специальный цех по пошиву только берцев. Я поддержала его, сказав, что когда-то в будущем, возможно, всю армию переобуем в такую обувь. Вот таким образом наш отряд фей получил высококлассную обувь. Одежду же нам пошила Анна Кирилловна Пылина. Я вспомнила, что ещё на собрании масонской ложи жена инженера хвалилась, что умеет очень хорошо шить и имеет швейную машинку. Я поехала в имение Пылиных, переговорила с хозяйкой. Вместе с ней мы обсудили и нарисовали, какой вид должна иметь одежда и разгрузки бойца специальных операций. Анна Кирилловна сняла с меня мерки и через пару дней и пару примерок пошила отличную одежду. Я похвастались ею перед цесаревичем. Он одобрил её. Я обратила особое внимание на удобство и комфорт, а также возможность выполнять в этой одежде всевозможные трюки и сражаться врукопашную. Продемонстрировала прыжки, взмахи, шпагат и даже стойку на голове, чем вызвала у Александра бурный хохот. Вдвоём решили пошить такую одежду всем моим феям, а потом просить Анну Кирилловну открыть и возглавить специальную мастерскую, чтобы обеспечивать всех спецназовцев.
Оружием и боеприпасами наш отряд обеспечил инженер Сергей Петрович Маринов из имения Пылина. Он собрал лучшие образцы вооружения, уже произведенные на секретных военных заводах империи, привез это на базу спецназа и попросил Василия Ивановича Куковякина, как тоже попаданца, научить всех нас пользоваться этими образцами. Бывший майор спецназа в течение нескольких дней уводил весь девичий отряд далеко в лес и обучал стрельбе из револьвера, автомата и гранатомёта, правильному метанию гранат, установке мин.
Перед нашим отъездом на фронт Куковякин научил нас, как правильно спрятать оружие. Каждая фея получила по два револьвера, по две финки, по автомату. Один револьвер и одна финка располагались под одеждой, в специальных приспособлениях на бёдрах. Автоматы, гранатомёт, гранаты и мины были в ящиках, а патроны – в трех портфелях. Автоматы были небольшие, очень похожие на немецкие МП-40 времён второй мировой войны. Преимуществом было то, что патроны для револьверов и автоматов были одни и те же.
Официально, особенно для родителей, я ехала на фронт с инспекцией санитарного поезда. Мы должны были на одной из станций южнее Варшавы загрузить раненых и ехать обратно. Все ящики и портфели тайно перенесли в выделенные нам три купе. Все феи (и я в том числе) оделись как простые сестры милосердия (а под платьями – оснащение спецназовок). Начальник поезда, подполковник Бабанин, обратил только внимание, что со мной едет так много сестер милосердия, на это я ответила, что большинство из них останется на фронте.
Санитарные поезда отправлялись на фронт совсе не так, как те, которые перевозили мобилизованных и воинские подразделения. Наш поезд стоял на дальних путях Варшавского вокзала Санкт-Петербурга. Никто и не подумал провожать нас с цветами и музыкой. Подъезжали к поезду грузовики и телеги. С них грузили в вагоны ящики, мешки, носилки и прочее оборудование. Суетились санитары, сестры милосердия и врачи. Врачи выделялись военной формой.
Когда поезд тронулся, я сразу же завалилась спать. Ничего не хотелось делать. В последние месяцы вымотались до предела. Мало того, что к вечеру очень сильно уставала, так ещё и хронически недосыпала. Девчата же мои пока я спала занимались кто чем: разговаривали, читали книжки, играли в карты.
Поезд ехал очень быстро. Остановки делали только на отдельных станциях для пополнения паровозу запасов воды и топлива. Даже в Варшаве почти не стояли. Спешили.
Не так далеко нам удалось отъехать от Варшавы, как на наш поезд был совершен налет вражеских бомбардировщиков и беспилотников. Мне случайно удалось увидеть в окно, какое количество летающих объектов летит на нас, поэтому я скомандовал всем феям хватать ящики и портфели, выскакивать из вагонов, как только услышала первые взрывы. Нам удалось покинуть вагон и отбежать в лес на значительное расстояние. А что творилось там, на железнодорожных путях, трудно и описать. Это был кромешный ад, очень немногим удалось уцелеть, как-то уйти и спрятаться.
Все феи собрались в одно место. Мы осмотрелись. Вроде все в отряде целы. Оружие и боеприпасы на удивление тоже удалось вынести. Я приказала разобрать автоматы, каждой фее взять по две гранаты. Троих фей, Сарру Толстую, Лампу и Липу послала ближе к железной дороге, издали наблюдать, что там происходит. При необходимости посылать кого-то с сообщением. Вскоре самолёты отбомбились и улетели, но остались несколько беспилотников. Мы подползли поближе к дороге, но, пока кружили беспилотники, выйти на помощь не решались.
На этом наши беды не закончились. Вскоре появилась колонна вражеской бронетехники, это были французские колесные танки и бронетранспортеры. Они довершили разгром медицинского эшелона. Я запретила феям идти на помощь и обнаруживать себя, понимая что силы далеко не равные. Насчитала более сотни вражеских солдат. Они добивали раненных и мародерили, а мы, чуть не плача от бессилия, сидели молча в укрытии.
Наконец, враги загрузили свои машины мешками и прочим добром, сели в них и уехали вдоль железной дороги в северном направлении. Мы вышли из укрытия и прошлись вдоль пожарища. Живых никого не обнаружили. Я приказала искать какую-то пищу, надо было в ближайшее время чем-то питаться.
Позвала к себе Лизу, Сарру и Глашу. Объявила, что они мои ближайшие помощницы. Если со мной что-то случится, то объявляю своей преемницей Лизу. Спросила девчонок: