Александр Прокудин – Взломать шамана (страница 41)

Смешно.

Вот он – да! Он – Шаман. Настоящий. А не «Заплаточник» – это прозвище всегда его оскорбляло. Будто он охотится за материалом для пододеяльников, а не избавляет Вселенную от зла! Кретины.

До встречи с Иваном Гуляра причисляла себя к девушкам, которым не везет с мужским вниманием. В школе, если мальчишки его к ней и проявляли, так через дерганье за косы. Во взрослой жизни, увы, тоже постоянно встречались типы «хватающие за руки». Уверенные, что путь к сердцу женщины лежит через что-то, к чему ключи подбирать необязательно. Типа, урода Манина. От грубой мужской силы, может, кто и млеет, но Гуляра скорее приходила в ярость.

Впрочем, ее маньяк к сексуальным относился вряд ли.

Что именно заставило его стать тем, кем он сейчас является? Гуляра задавала ему этот вопрос каждый раз, когда он спускался в подвал.

– Евгений Алексеевич! – стараясь звучать погромче и посмелее, в

очередной раз выкрикнула Гуляра. – Может, сегодня вы мне что-нибудь объясните? Что происходит? А?

Глава 2

Пора спешить

– Манин? – Иван отрицательно затряс головой. – Нет, нет, не он! Это Шестаков!

Присутствующие еще раз утвердились во мнение, что разумом Иван все же повредился. Включая Клару.

– Шестаков? Ты в своем уме? – переспросила она в изумлении.

– Шестаков, Шестаков. Это совершенно точно! – уверенно повторил Черешнин. – Как только Филипп сообщил ему, что киргиз невиновен и у него есть доказательства, что убийства связаны с «Ничего страшного», Евгений Алексеевич его приговорил. Это он убил Филиппа. И на этом бы все закончилось, кстати, но, спасибо Васе, оказалось, что пропал компьютер, вместе с указывающими на Шестакова уликами.

– Манин? Шестаков? Вы оба с ума посходили? – вставил слово Ляшкин. – Вы же сами видели татуировщика из салона! Если Шаман не он, то…

– Согласен, бедняга слишком хорошо подошел на роль маньяка, – заговорил Иван почти скороговоркой. – И для Шестакова это была невероятна удача. Нашлась идеальная жертва, на которую можно все свалить. Куда лучше дворника-киргиза, уж точно. При условии, что Шамана убьют при задержании, Шестаков разом решал все проблемы. Так он и поступил – застрелил его собственноручно.

Владимир фыркнул и скрестил на груди руки – такое объяснение его удовлетворить не могло. Не сдавалась и Клара.

– Пока ты не сказал ничего, что говорило бы в пользу Шестакова больше, чем в пользу Манина, – отметила она резонно.

– Да все очень просто, – размахивая руками, отстаивал версию Черешнин. – Хотя бы потому, что Манина на месте операции не было, а Шестаков был. Он и похитил Гуляру. И ему надо закончить «программу»…

– Как он мог ее похитить? – перебив Ивана, рассмеялся Володя Ляшкин. – За ними наблюдали двадцать человек! Включая тебя!

– Над этим я и думал все это время. И я понял. Мы слышали только звук! – веско произнес Иван и обвел всех взглядом. Но никакой реакции не добился, лишь Тамара Владимировна, вообще не понимавшая в чем дело, пожала плечами.

– Когда заходишь в «Ничего страшного», помнишь Клара, – начал объяснять Иван, – звенит дверной колокольчик…

Клара кивнула, подтверждая.

– Можете прослушать запись операции хоть миллиард раз, его там нет! Я помню каждый звук. Гуляра не заходила внутрь.

– Да как же не заходила?! – Владимир вышел из терпения – Мы же своими ушами слышали, как она проговаривает каждый шаг. Как и было предусмотрено. Слышали, как кричит кодовое слово, в конце концов!

– Это была запись, Владимир. Запись с репетиции в прокуратуре, – ответил Иван, и у Ляшкина отвисла челюсть. – Шестаков пустил ее в прямой эфир специально для нас. А Гуляра, к тому времени, уже лежала в багажнике его машины. Я уверен.

Такого объяснения не ожидал никто.

– Ничего себе, – даже присвистнул Василий Ложкин, не без труда, но понимавший, о чем шел разговор. – Такое действительно могло быть?

– Шестаков настоял, чтобы прямо перед зданием не было никого. Только его машина, на которой приедет Гуляра, и он сам в качестве прикрытия. Все остальные ориентировались только на то, что он говорил. Без картинки, – объяснил ему Ляшкин. Но не пожелал так просто сдаться: – А Шаман тогда что же? Все же видели, как он в маске и с оружием угрожал Шестакову?

– Под дулом пистолета, – ответил Иван. – Под прицелом. Он делал то, что велел ему Шестаков – надел маску и взял в руки меч. Но самое главное, повторяю, я думаю, что Гуляра жива. Заплаточник не отработал «программу» до конца. Жертва у него в руках, но для завершения обряда ему нужно нанести на нее тату и потом срезать его ритуальным мечом. Мы читали с Кларой в интернете. Поехали!

– Куда? – хором спросили Клара, Ляшкин и Ложкин.

– Брать Шестакова, куда? – Иван взорвался. – С кем я все это время разговаривал! Вызывайте бригаду – ОМОН, СОБР, Альфу, кто там у вас еще?

– Стой, не кипятись, Вань, – Ляшкин попытался его успокоить. – Сядь. Что значит «вызывай»? У меня же не частная армия – щелкнул пальцами, прибежали! Ордер нужен. Кому мы эту фантасмагорию расскажем? Мамину? У которого только что закрылось дело с маньяком? В который раз причем.

Иван решительно вскочил на ноги.

– Не хотите, не надо! Я сам его возьму!

– Ага, возьмешь! – Владимир криво ухмыльнулся. – Чтоб вы знали, Шестаков только выглядит так – суслик сушеный. На самом деле он у нас инструктором по ножевому и рукопашке был. Мускулистый, словно кот лесной. Один на один, я думаю, он и меня уделает.

– Вот! Вот, что случилось с опербригадой! – перебил его Иван. – Я читал дело. Оперативники в квартире и на черной лестнице были зарезаны разными ножами. Сверху – зарублены чем-то вроде мачете, снизу – заколоты простым ножом. Думаю, дело было так. Шестаков расставил их по дому: троих у дверей квартиры, двоих в засаду на черный вход. Первыми убил ножом тех, что в засаде. Поднялся к тем, что ждали наверху. Вошел с ними внутрь и перебил их там мачете. Возможно, тем самым, шаманским. Думаю – оно уже было приготовлено к ритуалу, вместе с жертвой, маской и остальным. Затем спрятал там же на месте маску и меч, чтобы вернуться за ними позже, сымитировал перестрелку, неопасно сам себя ранил и стал ждать приезда спецназа.

На пылающем лице Ивана застыл обращенный ко всем риторический вопрос: «Да как же до вас не доходит!».

– Володя, – обратился он к Ляшкину, – при условии, что за Шестаковым был эффект неожиданности, мог бы он управится с троими?

Владимир мрачно кивнул.

– Запросто.

– Вот! Поймите… Все, что сейчас его удерживает, и то, если я не ошибаюсь, это отсутствие маски и меча. Иначе, Гуляра давным-давно была бы мертва. Надо хотя бы выяснить, где эти вещи!

– Конечно, полный бред. Но это как раз не трудно, – сказал Владимир Ляшкин, который все еще испытывал к Ивану и искреннее сочувствие, и благодарность за помощь в его собственном деле.

Командир спецназа набрал номер друга – судмедэксперта.

– Привет! Ляшкин Володя, снова по маньяку. Скажи, а что там с орудием убийства? И с маской тоже. У тебя? Ага, ага. Я понял. Спасибо.

Ляшкин положил трубку.

– Не волнуйся, там, где положено они, в лаборатории на экспертизе. Уточнит, перезвонит.

– Весело живете! – сказала вдруг мать Ивана, которой давно надоело сидеть молча. – Маньяки, маски, мачете! Вот и чем тебе в банке плохо было, сынок? Я столько телефонов оборвала…

– Мама… – на отражение атаки еще и с этой стороны у Ивана сил уже не было. – Потом. Когда все закончится, клянусь, я устроюсь в первое же болото, которое ты предложишь.

– Вот и славно, – мать удовлетворенно кивнула. И, не удержавшись, продолжила, зачем-то перейдя на шепот: – У брата зятя тети Наташи есть место в одном консорциуме…

– Володя, – не слушая, обратился Иван к Ляшкину, – вы подумайте, пожалуйста: при условии, что я прав, куда бы мог Шестаков спрятать Гуляру? Вы же друзья, так?

– Да как друзья? – Владимир пожал огромными плечами. – С Женькой дружить трудновато. Замкнутый он, всегда в работе. Так, обязаны друг другу кое-чем. За столько-то лет службы накапливается. Он одиночка, живет с матерью, в своем доме. Гостей не любит. Мы разок нагрянули с бывшими сослуживцами, гуляли рядом… Не пустил. Пришлось разворачиваться. А, в принципе, дом большой у него. На отшибе. Там то ли гараж, то ли сарай есть, как помню.

– Нам нужно срочно туда! – Иван в очередной раз вскочил на ноги.

Но тут раздался обещанный телефонный звонок. Владимир поднял трубку, и практически молча, лишь изредка кивая, выслушал перезвонившего судмедэксперта.

Закончив разговор, Ляшкин донес полученную информацию до остальных.

– Маску с мечом затребовал к себе Шестаков, как только они пройдут экспертизу.

– Я же говорил! – воскликнул Иван. – Нужно что-то придумать. Ни в коем случае нельзя, чтобы…

– И они уже у него, – закончил Владимир, остановив Ивана на полуслове. – Только что забрал.

– Гуляра!

– Я с тобой поеду, – сказал Владимир, поднимаясь, – и еще кого-нибудь из ребят возьму, из тех, кому ничего объяснять не надо. Эх… Нам бы план, как его из дома выманить. И Гуляре хорошо бы знак подать.

– Я знаю как, – сказал Черешнин после секундного размышления.

И почему-то посмотрел на соседа Ложкина.

Глава 3

План Ивана

Евгений Алексеевич Шестаков проживал на отшибе одного из непопулярных, в виду инфраструктурной недоразвитости, московских районов – на разделительной полосе урбанизма и мезозоя. С одной стороны к его дому подступали громоздко застроенные городские кварталы, с другой – дикорастущая лесопарковая зона.