Александр Потапов – Хранитель Времени (страница 23)

Морально тяжёлая процедура и в самом деле не занимает много времени. Правда, доски оторвать удаётся не так быстро, как хотелось бы, но тела сохранились хорошо, точно вчера закопаны. Достаём кассету экспресс-теста и, сверяясь с инструкцией, проводим все необходимые действия. Результат – туберкулёз. Что ж, если уж везёт, это надолго.

По рации связываемся с базой и будим ребят. Несмотря на их жалкий протестующий лепет, приказываем топить баньку и ждать нашего приезда.

Тяжёлая и физически, и морально ночь буквально вытянула из нас все силы. Это мы поняли, когда, наконец, добрались до лагеря. К нашей радости, баня уже подходила. Мы не стали ждать окончательной готовности: смыть грязь можно и в не очень горячей.

Не зря говорят, что баня возвращает силы. Чистая правда. Не прошло и полчаса, как противная слабость вместе с потом выходит наружу. Сомлевшие от тепла, идём в палатку. Там на скорую руку перекусываем, и только храп указывает на то, что мы ещё здесь и живые. Охрану выставлять не стали; Потапов зуб давал за надёжность датчиков слежения, которыми он утыкал буквально всё.

Проснулись уже к обеду и сразу же связались с сыновьями, они в соседней палатке должны были отслеживать обстановку. Нас успокоили: сработки не было, да и на подходе к лагерю тихо.

С сегодняшнего дня устанавливаем круглосуточное дежурство. Мальчишки тут же предложили подойти к этому вопросу с технической точки зрения. На длинном шесте была закреплена видеокамера с широкоугольным объективом, позволяющим осматривать всю прилегающую территорию. Функция ночной съёмки позволяла делать это ещё и в полной темноте, а разрешение объектива было достаточным для просмотра самых удалённых предметов. Остаётся добавить, что подключённое к компьютеру оборудование позволяло дежурить в тепле палаток. Пускай недруги мёрзнут, а мы с комфортом посидим.

Глава 21

– Батя, они здесь! Сигнал от датчика! – Егор, оторвавшись от монитора, внешне спокоен, но я вижу по побледневшим губам: парень на взводе.

– Михалыч, Санька, подъём! Пора гостей встречать! – расталкиваю спящих, набивая магазин помпового ружья.

Потаповы, кажется, и не спали: поднимаются без шума и быстро натягивают тёплую одежду.

– Какой, говоришь, датчик сработал? А, это самый первый, который установили у русла реки – значит, время ещё терпит: пока впотьмах доедут, пока оценят обстановку – в общем, не раньше чем через пару часов нам может что-то угрожать. У меня деловое предложение – позавтракать, – спокойный, уверенный тон Александра Михайловича передаётся всем.

На улице тьма, хоть глаз выколи, но рассвет уже не за горами. Монитор компьютера рябит, картинка, передаваемая камерой, очень нечёткая. Я поднимаю полог, и колючие кристаллики снега врываются в палатку.

– Серёга, закрой ворота, а то сдувает. Непогода – это по большому счёту не плохо. Вот только мести здесь может подряд не одну неделю. А у нас чётко расписанные планы, из временного промежутка которых никак нельзя выбиться. Что будем делать? – Михалыч закуривает и бросает пачку мне.

– В первую очередь – думать. Ты, кажется, перекусить собирался, ну так давай, организовывай. При такой погоде у наших гостей нежданных один вариант – нападение, иначе команда банально замёрзнет. Как считаешь?

– Раз, два, три...

– Да ты у нас приколист! – делаю обиженное лицо, но шутка уже разрядила атмосферу, а Потапов добавляет:

– И так до шести. Я так думаю, их не больше. Справимся.

Я, в отличие от Михалыча, не собираюсь вести бесконечные дискуссии, руки сами находят дело. Из вещмешка извлекаю пару пакетов НЗ. Зубами рву плотный целлофан, и на импровизированном столе появляется точно скатерть-самобранка. К кипятку прилагаются галеты, земляничный джем, крохотные упаковки сгущённого молока и маленькие плитки горького шоколада. Несмотря на невеликий ассортимент, стол смотрится вполне цивильно.

Времени на препирательства больше не тратим. Располагаемся удобнее и завтракаем. За едой перебираем возможные варианты нападения, а что оно непременно будет, ни у кого сомнений не возникает. Выводы неутешительны: если недруги наши решатся на серьёзное дело, то нас ждёт некрасивая смерть у палаток. Близко они вряд ли сунутся, ведь любой местный бомж с детства в тайге и вполне белке глаз выбьет, чтоб шкурку зря не портить. А вот если начнут замерзать, то могут решиться на атаку.

Завтрак заканчиваем в полном молчании. Не успеваю смести крошки со стола, как оживает монитор. Поначалу кажется, что пурга сбила приборы, но, присмотревшись, замечаем первые признаки людей около лагеря: камера фиксирует тусклые отсветы на деревьях – видимо, от фар. Сняв ружья с предохранителей и сунув за пояса более серьёзные машинки, смотрим и ждём: вдруг гости попадутся неграмотные и сразу захотят потеснить нас у костра. Меж тем светает, пурга чуть сбавляет обороты, и на мониторе уже отчётливо видны все, даже мелкие детали окружающей местности.

– Да вот же они, – Егор показывает пальцем в левую часть экрана, – у высокой сосны.

Да, теперь отчётливо видны три снегохода и кучка людей неподалёку. Я с чувством глубокого удовлетворения вдыхаю полной грудью: устанавливая заряды по округе, первый повесил именно там. Идеальный пост наблюдения и отличный сектор обстрела. Предполагая, что удобная позиция понравится и гостям, не стал экономить на взрывчатке. И вот теперь момент истины. Умом понимаю, надо бы рвануть заряд, и так сказать нанести превентивный удар, но агрессии пока не чувствую и нажать кнопку не поднимается рука. Потапова не стал баламутить своими переживаниями, он мужик жёсткий и наверняка смог бы помимо моей воли активировать заряд. Впрочем, взорвать гостей я смогу в любой момент: их маршрут по лагерю вряд ли будет сильно отличаться от моих прошлых перемещений. В любом случае можно за один раз уничтожить всю их технику и при необходимости сильно проредить ряды пришельцев. Информирую команду и некоторое время таю в восторженных возгласах.

– Вы, сударь, маньяк! – на лице друга играет несколько ироничная улыбка.

Тут в самый неподходящий момент происходит непредвиденное – гаснет свет. Несколько мгновений соображаем, что делать. Неожиданно мой Егорка, крикнув, что сейчас всё исправит, выбегает из палатки. Через несколько секунд слышится звук выстрела. Сердце проваливается куда-то ниже пяток. Бегу следом. Егор, раскинув руки, лежит недалеко от тропинки, ведущей к электростанции. Бросаюсь к нему, но тут же лечу в сугроб – это Михалыч, показывая чудеса боевой подготовки, валит меня с ног. Вовремя! Морозный воздух рвёт ещё с десяток выстрелов, но они больше для самоуспокоения, так как лёжа мы вне зоны поражения.

– Там Егор! Пусти!

– Серёга, Егор уже давно у генератора. И если бы ты не торопился, а протёр бы шары, то сообразил, что запнулся пацан и этим падением наверняка спас себе жизнь.

Поворачиваю голову, и правда: Егора нет на прежнем месте.

– Егор, – кричу сыну, – берегись! Обратно по открытому месту не лезь! По снегу, по снегу! Ползком!

Потапов, бесцеремонно вцепившись в воротник, с кряхтением тащит меня в палатку. У входа младший Сашка протягивает обронённый мной дистанционный пульт управления взрывателями.

– Дядь Серёж, возьми, а то за себя не ручаюсь, уже хотел нажать все кнопки, но ничего не получилось.

– И не должно было получиться, от таких кадров, как ты, и приходится ставить блокировку, – я чуть нервничаю, но на грубость не срываюсь.

Под потолком вспыхивает лампочка. Молодец, Егор: запустил-таки генератор! На экране монитора начинает отображаться оперативная информация. Меня интересует только одно, где сейчас вражеская гоп-компания? А, бегают, мать их... Раскрыли свои намерения и, не добившись успеха, пытаются импровизировать. Суматохой необходимо воспользоваться. Пульт чуть дрожит в руках. Несмотря на то что моего сына чуть не убили, я не решаюсь нажать кнопку.

Время, кажется, остановилось. Бросаю взгляд на экран и вижу: какой-то хлопец, выдвинувшись чуть вперёд, направляет в нашу сторону некий ствол странного вида. Ожидать последствий его применения на собственной шкуре не входит в планы нашего исследовательского рейда. Жму кнопку, и экран монитора заволакивает снежная муть, а земля под ногами вздрагивает. Грохот на мгновение закладывает уши, но спустя секунду на палатку опускается тишина.

Глава 22

Снежная пыль медленно оседает на землю. Монитор бесстрастно показывает окружающее пространство. В месте взрыва искорёженные деревья завалили стоянку снегоходов, да и их владельцев что-то не видно. Несколько минут с замиранием вглядываемся в экран. Полнейшая тишина и отсутствие информации от датчиков движения говорят об одном: у противостоящей конторы серьёзные проблемы.

– Чёт я не понял, Викторыч, у тебя там сколько тонн взрывчатки было? Неужто всех повалили? – голос Потапова слегка разряжает гнетущую тишину.

– Потапов! Юморист! – говорю, чуть заикаясь. – То, что у наших гостей нет движухи, – ничего не значит. Может, враз лишились сил?

– Я думаю, не только их, но, похоже, и жизни. Хотя пошли, поглядим. Пацаны, оставайтесь на месте: чуть что, палите во всё могущее двигаться и не задумывайтесь о морали. Когда на одной чаше весов человечество, а на другой – несколько подонков, то дело даже не в нравственности, а в банальной логике. И раз мы не в состоянии обойтись без жертв, тогда пусть она будет железная. – Михалыч демонстративно крутит барабан нагана и откидывает полог палатки.