Александр Пономарёв – Территория призраков (страница 33)

Деревня выглядела безжизненной. Ветер шелестел листвой деревьев и кустарников, скрипел ржавыми петлями да иногда стучал оконными рамами и громко хлопал дверями.

– Эй, Чебураха, а где все?

– Дык, одних Арина отправила тебя встречать, а с остальными вон там совещается, – кивнул парень на вытянутый в длину дом с каменным низом и деревянным верхом. В отличие от других домов в деревеньке у этого уцелели стекла практически во всех окнах (возможно, из-за массивных кованых решеток), да и выглядел он не в пример лучше. Краска на рамах почти не облезла. Штукатурка цокольного этажа кое-где потрескалась, но все же осталась на месте, а не лежала на земле, разбитыми на куски пластами.

– Ну, давай, что ли, веди меня к ней. Пусть знает, кто из ее отряда награду заслужил.

– Не-а, – помотал головой Чебураха. – Мне туда ходу нет. Ты один к ним иди, только скажи, что это я тебя встретил и в деревню привел. Хорошо? – Он посмотрел на меня с нескрываемой надеждой в глазах.

Я заверил его, что ему не о чем переживать, и зашагал к примыкающему с торца здания крыльцу с повалившимися в разные стороны перилами и скошенным на одну сторону навесом.

Вход в дом преграждала старая дверь. Ржавые обрубки толстых шурупов торчали из рассохшихся досок над сквозной дырой с правой стороны двери. Когда-то в этом отверстии с неровными краями находился замок, а отсутствующие ныне шляпки метизов прочно удерживали на месте дверную ручку почти полуметровой длины. Теперь ее функцию выполняла веревочная петля, неумело прибитая к двери косо загнутым набок гвоздем.

Я потянул на себя самодельную ручку (стальная пружина с обратной стороны двери жалобно застонала), шагнул внутрь и, чтобы не выдать себя громким стуком, придержал дверное полотно раскрытой ладонью. Арина с товарищами явно заседала в одной из комнат. Прежде чем явиться перед ними, я планировал немного подслушать их разговор, а значит, должен был вести себя с предельной осторожностью.

Первый этаж дома пустовал. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять это, благо внутренняя планировка помещения позволяла. Изнутри здание напоминало барак: такой же длинный коридор и выходящие в него двери жилых комнат. Крупные навесные замки на дверях с синими жестянками почтовых ящиков говорили сами за себя.

На второй этаж вела широкая деревянная лестница. Левой стороной она вплотную примыкала к стене, а справа ее ограждали перила с похожими на кувшины балясинами. Я преодолел расстояние до лестницы в несколько шагов и сморщился, как от резкого приступа зубной боли: ступени противно заскрипели, стоило только поставить ногу на них.

Потянулись томительные секунды ожидания, но я зря волновался. Ни одна из дверей не хлопнула наверху, не послышался звук чужих шагов, и никто не спросил: «Кто здесь?»

Я сместился ближе к краю лестницы и стал подниматься на второй этаж. При этом старался ступать так, чтобы ступеньки не выдали меня скрипом. Мне это удалось, правда, времени на подъем ушло очень много.

Узкий коридор освещала тусклая лампочка. Длинные серые нити пыли и паутины свисали с высокого потолка и казались в ее неверном свете дохлыми змеями. Они слегка покачивались на легком сквозняке, и их тени плавно скользили по крашенным в ядовито-зеленый цвет стенам.

Здесь не было замков на дверях, и я не смог сходу определить, где «генштаб» армии мутантов разрабатывает планы предстоящей атаки. Я прыснул в ладонь, когда представил, как над широким столом склонились твари с покрытыми шерстью телами и звериными мордами. Они что-то рычат друг другу и, неумело зажимая карандаши когтистыми пальцами, неловко отмечают что-то на расстеленных на столе картах.

«Посмотрим, до смеха ли тебе будет, когда откроешь нужную дверь и на самом деле увидишь такую картину», – осадил я себя и осторожно двинулся вдоль стены. Я крался, как нашкодивший мальчишка, жаждущий незаметно улизнуть из дома, пока никто не заметил, что он натворил. Дом как будто понял, какую игру я затеял, и решил помочь мне. Он словно затаил дыхание, ожидая, чем все закончится. Ни одна половица не скрипнула, пока я шагал на цыпочках, останавливаясь возле каждой двери и прислушиваясь к любому шороху.

Наконец мне повезло, и я услышал приглушенные голоса. Они доносились из-за обитой клеенчатой тканью двери. Говорили несколько человек сразу и, похоже, о чем-то спорили с Ариной.

До меня долетали не все слова, но и того, что я уловил, было достаточно, чтобы понять суть спора. Говоря с характерным акцентом и вольно применяя падежи, Арина пыталась убедить собеседников в необходимости скорого штурма «Светлого». Те возражали ей, упирая на малочисленность их отряда.

– Нельзя быть такой трус! – Голос американки прозвучал неожиданно громко. Либо она это прокричала, потеряв контроль над собой, либо просто приблизилась к двери. Я отошел на шаг назад, на случай, если дверь неожиданно откроется. – Наша сила в решимость! Надо бить сейчас, потом будет никогда! Я звать сюда человек, и он обещать идти. Вместе с ним нам есть шанс одержать победа в этот война. Мы стать опять, кто мы есть!

Больше подслушивать не имело смысла. Я и так прекрасно понял, что Арина задумала. Похоже, она решила, что с моими способностями их атака наконец-то увенчается успехом и несчастные души смогут вернуться в свои тела.

– Твой выход, – прошептал я и отступил еще на несколько шагов назад. Потом пошел, громко топая ногами, постучал костяшками пальцев по наличнику с остатками давно облезшей краски цвета слоновой кости и потянул дверь на себя.

– Здрасьте! Колдун!

Я вошел в комнату и мысленно смахнул пот со лба: никаких столпившихся вокруг стола мутантов – обычные люди с усталыми лицами.

«Значит, время еще есть, – подбодрил я себя и тут же добавил нотку скепсиса: – Знать бы еще, сколько его осталось».

Я повернулся к Арине:

– Ну-с, зачем звала? Чебураха – он, кстати, просил замолвить за него словечко – сказал, вы что-то серьезное обсуждаете. Что тут за совет в Филях? Опять решили войной на лагерь идти?

– А ты откуда знаешь? Подслушивал? – Кареглазый парень, один из тех, что приходили с Ариной на заброшенную ферму, злобно зыркнул на меня.

– Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, – сказал я, не глядя в его сторону: дескать, не с тобой говорят, а потому сиди и помалкивай.

– Оу, йес! – тряхнула головой Арина. – Мы снова атаковать лагерь, и ты нам помогать в этом. Я видеть, как ты убивать мои друзья и хотеть использовать твой… – Она пощелкала пальцами, подбирая слово и виновато улыбаясь: – Пауэр. Прости, я иногда забывать, как это по-русски.

– Все нормально, – махнул я рукой и цикнул зубом. – Хочешь, чтобы я разрушил блокпост направленной грави-волной?

Арина кивнула, сложив большой и указательный палец кольцом: мол, все верно, ковбой.

– А если я откажусь?

– Да как ты смеешь?! – начал тот же парень, вставая со стула, но перехватил сердитый взгляд блондинки и сел на место.

– Ты должен исправлять ошибка! Помогать все возвращать на места!

– Да я не против вам помочь, только лагерь штурмовать бесполезно.

Комната наполнилась голосами недавних спорщиков:

– Вот, а я что говорил?!

– Я того же мнения придерживаюсь!

– Колдун дело молвит!

– Тихо! – прикрикнула на загалдевших, как чайки на прибое, товарищей Арина. Потом повернулась ко мне и, чуть склонив голову набок, спросила: – Что ты хотеть этим сказать?

Я рассказал ей все, что узнал от Скитальца.

– Ноу! – закричала она, прикрыв глаза руками и мотая головой из стороны в сторону. Когда Арина опустила руки с трясущимися пальцами, на ней не было лица. Она вся побелела, осунулась и как будто постарела на несколько лет. Ее плотно сжатые губы дрогнули, и она чуть слышно прошептала: – Туда нельзя ходить, там верный смерть.

– Скиталец уже помог мне однажды, с чего ему обманывать меня? – возразил я. – Он говорит правду. Это наш единственный шанс вернуть все, как было. Неужели ты этого не понимаешь?

– Это ты не понимать! – закричала Арина. – Я там уже быть и видеть настоящий монстр. Этот человек почти убивать меня много раз, пока я чудом не бежать от него! Это он сделать меня такой! – Она замолчала, громко дыша полной грудью. Ее глаза так и сыпали искрами, и я чуть ли не физически ощущал, как ее взгляд прожигает во мне дыру. Все присутствующие в комнате замерли, не решаясь пошевелиться или что-то сказать.

Все, кроме меня. Я понимал, что это просто истерика, вызванная тяжелыми воспоминаниями, и после короткой паузы продолжил гнуть свою линию:

– Тем лучше. Так ты сможешь отомстить ему.

– Я говорить: нет! Ты идти с нами, иначе – смерть!

Краем глаза я заметил, как губы кареглазого искривились в злобной усмешке. В то же время не все в этой комнате разделяли мнение блондинки. По крайней мере, один из тех, кто спорил с Ариной и не так давно поддержал меня, посмотрел на нее с нескрываемым недоумением.

Я вскинул брови и выкатил глаза, надеясь, что этим достаточно убедительно изобразил возмущение, густо замешенное на удивлении.

– Что? Ты мне угрожаешь?!

Арина помотала головой:

– Я просто говорить, что тебя ждет, если ты отказаться.

– Вот так, значит, да? – Я окинул присутствующих в комнате взглядом и снова посмотрел на блондинку. – А ты не думаешь, что я могу применить грави-волну против тебя и твоих помощников прямо здесь?