Александр Пономарёв – Наш принцип (страница 8)
На месте гибели Лени ребята поставили большой крест из сосновых слег, и, уезжая домой, они долго стояли, сняв береты и низко опустив головы, отдавая дань уважения своему боевому товарищу. Теплый летний ветер качал ковыль и пел печальные заунывные песни о славном воине Леониде Брянском, до конца исполнившем свой служебный долг.
Поезд, фыркнув и выпустив облако пара, остановился на перроне. Встречающих было очень много. Сергей напряженно вглядывался, ища взглядом родные лица. По перрону вокзала шла эффектная девушка в белой футболке и голубых джинсах. «Ого, какие у нас в Липецке девчонки красивые», – подумал про себя Сергей. Девушка оглянулась по сторонам, встретилась с ним взглядом и улыбнулась. Сердце Сергея ушло в пятки. Это была Эля. Он быстро выскочил из вагона и уже обнимал свою красавицу жену смотрел на нее и не мог насмотреться. Рядом с визгом, уткнувшись ему в колени, прыгал Олежка – сын.
– Ты чего так похудела, мать? Может, приболела? – Сергей участливо смотрел на жену.
– Да, жарко этим летом. И по тебе соскучилась. – Эля уткнулась в плечо мужа.
– Папа, папа, там дома уже все собрались. И дядя Глеб с тетей Галей, бабушка Вера, дед Коля, баба Нина. Тебя ждут. А ты мне чего привез? – Олежка крутился под ногами, пытаясь подпрыгнуть и обнять Сергея.
– Привез, привез, брат. Никто без подарков не останется, – Сергей обнимал сына, подбрасывая его кверху, – я мамке целый мешок воблы привез, она ее любит.
Эля счастливо улыбалась, ее глаза сияли. Кто-нибудь, глядя со стороны на этих людей, решил бы, что нет никого на свете счастливее их. Да так оно и было.
Не было на перроне только многочисленных родственников Лени. Некого было им встречать…
1999 г. Алик Белов
Лето в том году выдалось очень жарким. Асфальт плавился. Весь город на выходных скапливался на реках, прудах и других водоемах. Зной клубился в воздухе, а у воды можно было насладиться прохладой. Сергей с Элей расположились на пляже под раскидистыми ветвями большого вяза. Сергей поднял голову и осмотрелся по сторонам. Олежка в ярко-салатовой бейсболке крутился у воды с другими ребятишками.
Сергей достал баклажку пива и отхлебнул глоточек. Эля переворачивалась с живота на спину и занималась своим любимым делом – принимала солнечные ванны.
Вдруг невдалеке у выезда с пляжа раздался специфический визг тормозов, такой звук издавал только милицейский ПМГ.
Сергей повернул голову и внимательно огляделся по сторонам, может, случилось чего? Но пляж жил своей жизнью: вокруг загорали, купались, играли в карты, перекусывали, малыши с визгом и хохотом бросались в воду. Никакого постороннего шума.
– Сереж, это не ваши? – Эля с тревогой смотрела в ту сторону, поднеся руку козырьком к глазам.
– Да, похоже, наши парни.
На дверце милицейского «уазика», выкрашенного в желто-синие цвета, были нарисованы черный щит с мечом, под ними красовалась надпись – ОМОН.
Из машины вышел дежурный по отряду старлей Ванька Бокарев и начал оглядываться по сторонам.
– Вань, что случилось? – спросил Сергей, подходя к автомобилю.
– О, Серый, хорошо, что подошел, а то солнце в глаза, ничего не вижу. Да и как тут кого-нибудь разглядеть в такой толпе. Собирайся, дружище, и мухой дуй на базу. У нас тревога.
– Не знаешь, что там?
– Вроде бы шифротелеграмма из Москвы пришла, объявили шестичасовую боевую готовность. Начали по телефонам звонить, да разве кто в выходные дома будет сидеть? Вот командир и разослал дежурные машины по всем пляжам и паркам города. Здесь наших не видел?
– Как же! Там на солдатском пляже за трубой Женька Свешников и Юрка Данилов, а на островке Борька Иванов с женой и детишками. Хочешь, я на островок сгоняю, пока ты ребят на солдатском пляже искать будешь?
– Нет, Серега. На островок я водителя пошлю, а ты давай на базу, там офицеры в первую очередь нужны – собирать свой личный состав.
Сергей подошел к жене, которая по его встревоженному виду уже все поняла и сворачивала пляжные полотенца.
– Чего там, Сереж?
– Не получился у нас уик-энд, мать. Собирай пацана – и домой. Подготовишь мне вещмешок. Все как обычно. Не в первый раз.
– Покушать купить?
– Возьми, а то вдруг не успею. В дороге пригодится. Видно, что-то серьезное случилось.
Сергей поцеловал жену и, прыгая на одной ноге, долго не мог попасть в штанину.
На базе ОМОН собралось уже много ребят. То и дело приезжали машины, привозя кого-нибудь из парней. Все были легко одеты. Ясно: кого забрали с пляжа, кого с дачи.
Офицеры смотрели новости по телевизору. На голубом экране мелькали невеселые кадры: незаконные бандитские формирования Хаттаба и Басаева вторглись в кадарскую зону Республики Дагестан и завладели селами Карамахи, Чабанмахи, Рахатта.
Сергей встретился взглядом с Саней Слободиным.
– Где-то там и мои Войска Дяди Васи хлопочут. – Саня нервно закурил.
Сергей вдруг увидел своего одноклассника Алика Белова.
– Привет, Алый. А ты здесь какими судьбами?
– Какими и ты, – Алик поправил дужки очков, – меня к вам медиком прикомандировали. Вообще-то не я должен был ехать, не моя очередь. Но меня вот быстрее всех нашли! – Алик неловко улыбнулся, как будто считая себя виноватым, что не уехал на выходные из города.
В школе Алик был тихим отличником. В старших классах особо ничем не выделялся. На улице не гулял, в общих шалостях не участвовал. Все знали, что он мечтает быть врачом и усиленно готовится к поступлению в медицинский институт, где уже два года на лечебном факультете училась его старшая сестра Варвара.
Так как Алик пошел учиться с шести лет, был он на полгода младше остальных одноклассников, меньше всех ростом, близорук, но очки носить стеснялся, поэтому садился всегда за первую парту Его рыжая шевелюра, как маячок, светилась всегда рядом с учительским столом. Отец его был дальнобойщиком, поэтому зачастую его не было дома. Все хозяйство и воспитание детей было возложено на мать Алика, тетю Веру. Она каждый день провожала и встречала его из школы, была активным членом родительского комитета и осуществляла над Аликом тотальный контроль.
Потом пути Алика и Сергея разошлись, но от однокашников Сергей слышал, что Альберт без труда поступил в Воронежский медицинский институт как золотой медалист, сдав один экзамен на пятерку.
Встретив Алика через несколько лет в поликлинике УВД, Сергей был сражен переменами, произошедшими с его одноклассником. От его рыжей шевелюры не осталось и следа. На Сергея сверху вниз смотрел черноволосый богатырь, про которого можно было сказать: косая сажень в плечах. Вот только мягкий взгляд и очки на переносице говорили о его интеллигентной натуре. Алик занимал должность хирурга, причем от его коллег Сергей слышал, что Белов – врач от Бога. Он мог найти общий язык с любыми пациентами, даже с пожилыми людьми и высоким начальством. Что, согласитесь, дорогого стоит и не каждому под силу.
Отряд, построившись, ждал появления командира. Атаманов, нервно бросив в урну окурок, вышел к ребятам.
– Становись, – раздалась команда, – равняйсь, смирно, равнение на середину.
К командиру четким строевым шагом шел его заместитель майор Маликов и, подойдя на положенное расстояние, произнес: «Товарищ подполковник…»
Но Атаманов оборвал его доклад взмахом руки, повернувшись к строю, сказал просто:
– Вот какие дела, парни: уезжаем в командировку в Дагестан. На сборы всем три часа. Командирам подразделений сформировать резерв, вдруг кто-нибудь опоздает. В 17:00 всем в форме стоять здесь же на плацу. Командиром сводного отряда назначен начальник штаба ОМОН подполковник милиции Звонарев. Все организационные вопросы – к нему.
– Аркадий Иванович, – раздался голос из строя, – за три часа не успеем собраться.
– Я все понимаю, парни, надо успеть. Если чего-нибудь купить не успеете, выделим время на покупки либо в дороге, либо на месте.
Ребята разошлись готовиться к командировке.
– Сереж, – услышал у себя за спиной голос Алика Сергей.
– Чего, Алый? – Сергей обернулся.
– Сереж, можно я из твоего кабинета сестре позвоню?
– Валяй, какие проблемы?
Алик, набрав нужный номер, откашлялся, прикрыв трубку ладошкой.
– Варь, привет, это я. Варь, я в командировку уезжаю. Да. В Дагестан.
Трубка в ответ что-то прошуршала.
– Я знаю, Варь, что только недавно вернулся. Больше некому. Кто, если не я? – Алик виновато улыбнулся. – Ты только родителям ничего не говори, особенно матери. Знаешь ведь, какая она у нас. Я сам по приезде оттуда с места им позвоню. Ну, все. Пока.
Алик положил трубку.
– Сереж, у тебя какого-нибудь камуфляжа нет? А то у меня форма только синяя милицейская.
– Есть. Выделю тебе, братан, шикарный «склон» итальянский. Он мне как раз великоват немного – Сергей хлопнул Алика по плечу.
Алик, просияв, отправился паковать вещи и готовиться к командировке, которая сделает его героем в памяти поколений, но отнимет у него самую малость – жизнь.
Винты транспортного самолета громко гудели, и поэтому, чтобы что-нибудь расслышать, приходилось кричать друг другу в самое ухо. Проходивший мимо ребят Трофим Лямин весело рассмеялся: «Ну, ты, Пилюлькин, даешь! Главное, весь отряд построился, а он в строю стоит в белых кроссовках. У генерала чуть глаза на лоб не вылезли! Я думал – он в обморок упадет. Ты бы еще белые тапочки нацепил!» – и Трофим пошел дальше по салону, там где-то из задней части самолета слышался приятный водочный запах.