Александр Пономарёв – Четвертое уравнение (страница 20)

Мазница рывком открыл дверь, шагнул в кабинет.

– Вы что, шутки со мной шутить вздумали?!

Гневный вопль эсбэушника резанул капитана по ушам. Цибуля дернулся, как от удара током, заскочил в кабинет и замер с открытым ртом.

– Да я за такие шуточки, знаете, что с вами со всеми сделаю? Руки мне целовать будете, чтобы я вас простил и отпустил.

– Ничего не понимаю, тащ майор. – Цибуля прижал взмокшие от пота ладони к груди и залепетал, испуганно моргая заплывшими жиром крохотными глазками: – Он был здесь. Честно. Я лично запер его в кабинете.

– Ты еще мамой поклянись, – злобно зыркнул на капитана Сергей и мысленно похвалил себя за отменно сыгранную роль. Он не удивился, увидев пустой кабинет. Раз незнакомец умеет ходить сквозь стены, почему бы не предположить, что этот недожурналист тоже на такое способен. Но было бы странно, отреагируй он иначе на отсутствие объекта приложения его сил. А так он и страха на толстяка нагнал, вон как дрожит, аж коленки трясутся, и вроде как понял, что должно быть на так необходимой загадочному гостю видеозаписи.

Сергей прошелся по кабинету, как будто выискивая улики. Остановился возле висящего на стене календаря и, поскольку любил порядок во всем, кончиком пальца сдвинул красный квадратик указателя на текущую дату – десятое июня. Удовлетворенно хмыкнул. Поднял голову, на мгновение задержался взглядом на установленной под потолком камере видеонаблюдения и кивком показал на нее:

– Настоящая или муляж? – Цибуля что-то невнятно пролепетал. Сергей недовольно поморщился: – Чего ты там бормочешь, капитан? Говори внятно, как на докладе старшему по званию.

– Настоящая, – сипло выдавил из себя Цибуля, провел дрожащими пальцами по мокрому лбу и вытер их о штанину.

– Очень хорошо. Я могу запись посмотреть в кабинете или надо куда-то идти? – Цибуля мелко затряс головой. Сергей закатил глаза к потолку с едва различимым стоном, потом уставился на толстяка и страдальчески произнес: – Ну так показывай запись, капитан. Что тебя вечно подгонять надо, как старую кобылу?

Цибуля кинулся к столу, на ходу вынимая из нагрудного кармана мокрой от пота рубахи небольшой ключик. Отпер верхний ящик тумбочки, достал из него ноутбук. Раскрыл. Потыкал кончиком указательного пальца в клавиатуру и повернул экраном к майору.

Сергей увидел совсем не то, что ожидал. Недожурналист сбежал из запертого кабинета не через проем в стене, а с помощью похожего на грозовое облака. Оно внезапно появилось из возникшей в воздухе крохотной, размером с маленький комок шерсти, тучки и, быстро увеличиваясь в размерах, образовало что-то похожее на портал с неровными, как будто дымящимися краями.

Но не это загадочным образом возникшее облако удивило Сергея, а то, что он заметил внутри него за те несколько секунд, пока запись не прервалась бело-серой рябью, как будто кто-то позаботился удалить самые ценные кадры. Когда помехи исчезли, он снова увидел на экране ноутбука кабинет, только вот ни таинственного облака, ни псевдожурналиста в нем уже не было.

Отмотав запись назад, Сергей запустил режим замедленного воспроизведения. В приоткрывшем завесу времени портале он разглядел часть овальной клетки, три похожих на сверкающие зеркала столба и фрагмент стены с электронным табло, на котором горели цифры из красных палочек: 24-05-2029.

Дрожащими от волнения пальцами Сергей достал флешку из кармана, вставил в гнездо на боковой панели ноутбука и скопировал запись. Извлек накопитель информации, захлопнул крышку переносного компьютера и нацелил указательный палец на Цибулю:

– Значит, так, капитан: все записи с этой камеры удалить. Никакого журналиста здесь не было, как и меня. Ты никого не видел, ничего не знаешь и молчишь как рыба об лед. Если хоть кому-нибудь вякнешь о том, что здесь произошло, я тебя… – Сергей поднял большой палец, как будто взвел курок, прищурил левый глаз и губами изобразил звук выстрела.

Несколько секунд он немигающим, змеиным взглядом гипнотизировал бледного как смерть начальника караульной службы. Видимо, для придания пущего эффекта обозначенной пантомимой угрозе майор добавил:

– И не дай бог тебе усомниться в моих словах. У меня везде глаза и уши. Помни об этом, если вдруг захочется поиграть с судьбой в кошки-мышки.

Сергей развернулся на каблуках и, не прощаясь, вышел из кабинета. Самодовольная улыбка играла на его губах, пока он шел по коридору и потом, выйдя из помещения, шагал до КПП. Она исчезла, когда из караульной будки, предварительно нажав на кнопку открытия ворот, выскочил солдатик и, приложив руку к виску, провожал его восторженным взглядом.

Сергей проследовал мимо Грищенко с невозмутимым выражением лица, сел в машину и снова улыбнулся. На этот раз с ощущением превосходства. Он подозревал, что его слова возымеют на толстяка противоположный эффект, и радовался как ребенок, зная, что он единственный человек в мире, у кого останутся доказательства путешествия во времени.

Цибуля обессиленно рухнул в кресло, словно тряпичная кукла с вынутым из-под одежды стержнем. Никогда в жизни ему не было так не по себе, как сегодня. И дело тут не в эсбэушнике, хотя его угрозы возымели действие. Виной всему оказалась та самая злополучная запись. Он краешком глаза видел, что на ней запечатлено, и до сих пор находился под впечатлением.

Привычный жизненный уклад Цибули рухнул в одно мгновение. Все его планы дожить до пенсии по выслуге лет, не зная горя и забот, развеялись, как призрачный мираж. Не будет больше прежней караульной службы. Зачем она нужна, если запертый в помещении с решетками на окнах человек исчез, как по мановению волшебной палочки.

Но это лишь одна сторона медали. Он ведь как исчез, так и снова может появиться, только на этот раз в другом месте. И как, скажите на милость, с такими продвинутыми технологиями охранять важные промышленные объекты? Кто будет отвечать за украденные технические секреты или за совершенные диверсии? Стрелочник в таких случаях всегда найдется, но эта роль не для него.

Цибуля взял со стола графин, потянулся к стакану, но махнул рукой и стал жадно пить из горлышка. Кадык шумно ходил верх-вниз, словно поршень насоса. Тонкие струйки воды текли из уголков рта к подбородку, извилистыми ручейками бежали по шее и расплывались неровными пятнами на плотно обтягивающей жирную грудь и объемный живот форменной рубашке.

В голове капитана отчетливо сформировался план действий. Он для себя твердо решил, что никто и никогда не назначит его козлом отпущения.

– Раз условия работы кардинально поменялись, надо идти в отдел кадров и писать заявление по собственному. Но с пустыми руками я отсюда не уйду, – пробормотал Цибуля. Он вернул полупустую посудину на стол, вытер мокрые губы и подбородок тыльной стороной ладони и показал зашторенному окну средний палец в неприличном жесте: – Плевать я хотел на тебя, майор. Сам во всем виноват, крыса эсбэушная. А вот не будешь теперь перекладывать свою работу на чужие плечи.

Цибуля и думать забыл, что несколько минут назад настолько сильно струхнул от озвученных Мазницей угроз, что хотел немедля в точности выполнить полученные от него указания. Он так бы и поступил, не приди в голову мысль, что его профессиональная деятельность в скором времени окажется под угрозой краха. Желание обеспечить себе при увольнении золотой парашют оказалось сильнее страха наказания. К тому же, если действовать с умом и продать запись не журналистам, а тем же американцам, например, можно получить приличную сумму без ненужной огласки.

У капитана не было с собой флешки, поэтому он достал из кармана брюк телефон, вывел на экран ноутбука фрагмент видеозаписи с появлением облака и заснял его на камеру. Осталось удалить запись с сервера, связаться с американским посольством – и дело в шляпе.

Цибуля выключил ноут, запер его в верхнем ящике тумбочки стола и вышел из кабинета. Стрелки на часах в его кабинете показывали половину третьего пополудни.

Серверная находилась в отдельно стоящем здании и представляла собой с десяток просторных помещений, заполненных мерно гудящими, как пчелиные ульи, стальными шкафами со стеклянными дверцами. Капитан не шибко понимал в компьютерах, но у него по долгу службы был универсальный магнитный ключ ко всем без исключения дверям на территории ЧАЭС. Он полагал, что сумеет на месте разобраться, как найти нужный сервер и удалить с него необходимый фрагмент записи. А если не сможет обойтись без посторонней помощи, привлечет кого-нибудь из технических специалистов и, дословно повторив угрозы майора, заставит проделать необходимую работу.

Планы Цибули так и остались нереализованными. Когда он приблизился к зданию, где располагалась серверная, над шестью шарообразными генераторами подле Саркофага взметнулись белые светящиеся столбы из тесно переплетенных в трескучие жгуты ослепительных молний. Небо сначала потемнело, будто перед грозой, неистово загромыхало, словно стихия действительно собиралась вот-вот обрушиться на землю, а потом налилось багрянцем, как пропитанное кровью полотнище.

В этот момент время для Цибули как будто остановилось. Все замерло. Даже его сердце на миг перестало биться и заколотилось перепуганной птицей в клетке из ребер, когда земля под ногами капитана заходила ходуном. Тошнота кислой волной прихлынула к горлу. В глазах засверкали искры, и зрение помутилось на несколько секунд.