Александр Плеханов – Военная контрразведка НКВД СССР. Тайный фронт войны 1941–1942 (страница 21)

В начале войны наибольшую организованность и боеспособность показали пограничные войска НКВД. Первый удар противника принял на себя личный состав 485 пограничных застав, дислоцированных на западных участках государственной границы[156]. Пограничные заставы, управления комендатур и отрядов, их узлы связи были в числе первоочередных объектов огневого поражения вражеской артиллерии и авиации. Места расположения застав были заранее установлены противником и служили хорошим ориентиром. Участок границы, охраняемый одной пограничной заставой, к началу войны составлял в среднем 6–8 км. Такой же была ширина полосы наступления немецкой дивизии на главном направлении. Как правило, застава подвергалась налету 6–9 бомбардировщиков и 2–3 истребителей. По меркам Большой войны, их личный состав с винтовками и пулеметами был почти безоружен, но на 100 % укомплектован, хорошо обучен, а главное, входил в жесткую структуру НКВД и по сути всегда находился в состоянии боевой готовности[157]. Конечно, утрата связи с ГУПВ и армейскими частями прикрытия, общая неразбериха первых дней войны привели к тому, что пограничники либо были в полном неведении, либо имели самое приблизительное представление об оперативной обстановке на фронте. Но о том, как они встретили врага, можно судить по Белорусскому пограничному округу (начальник генерал-лейтенант И.А. Богданов), в состав которого входили 17-й Брестский Краснознаменный, 87-й Ломжинский, 86-й Августовский и 88-й Шепетовский отряды.

Две немецкие дивизии наступали на участке 86-го Августовского погранотряда. 12 часов героически сражались в окружении бойцы 1-й погранзаставы под командованием старшего лейтенанта А.Н. Сивачева. Бессмертным стал подвиг 3-й заставы лейтенанта В.М. Усова. В течение 9 часов семь яростных атак отразили пограничники. Из 30 бойцов в живых осталось 16. Погиб и начальник заставы, удостоенный впоследствии посмертно звания Героя Советского Союза. Шесть атак отбила 5-я застава во главе со старшим лейтенантом А.А. Морозовым, до вечера дрались с врагом и защитники 4-й заставы старшего лейтенанта Ф.П. Кириченко. Мужественно боролись с вражеской пехотой и танками заставы 87-го и 88-го пограничных отрядов. Израсходовав боеприпасы, они дрались врукопашную, почти на два дня задержав наступление противника. Герой Советского Союза Н. Кайманов проявил героизм и отвагу в первые дни войны, организовав оборону 6-й заставы Суоярвского пограничного отряда, отражая атаку за атакой финнов в течение 19 суток, а когда кончились продукты питания и боеприпасы, умело вывел оставшихся в живых пограничников и даже вынес тяжело раненных, сохранив им жизнь. В дальнейшем этой заставе было присвоено его имя[158].

Пограничники боролись с врагом не только на территории застав, но и непосредственно на границе, находясь в составе усиленных нарядов. Старшина 5-й заставы 17-го погранотряда П.П. Максимов вспоминал: «Часть пограничников была на границе, остальные заняли круговую оборону заставы, благо за два дня до начала войны были вырыты еще два окопа. Первым встретил немцев наряд в составе четырех человек. На понтонном мосту они подбили бронетранспортер и мотоциклиста. Почти в семь утра появилась первая цепь немцев. Наступали плечом к плечу с трубками во рту. Мы подпустили их на бросок гранаты и открыли огонь из имевшихся у нас винтовок и пулеметов. Наступление было отражено. Фашистам только оставалось подогнать несколько танков, погрузить на них трупы и отвезти за Буг»[159]. На ряде участков, где быстро было организовано взаимодействие с находившимися там частями Красной армии, некоторое время линия государственной границы удерживалась. Так было в 79-го пограничном отряде (г. Измаил), где оборона границы успешно продолжалась до конца июня. В итоговом докладе начальника отряда отмечено, что в процессе обороны убито 327, взято в плен 665 военнослужащих противника[160].

Части пограничных войск и Красной армии не только оборонялись, но и переходили в наступление. Так, профессионально действовали пограничники 92-го Перемышльского отряда, которые отбили все атаки немецкой дивизии, наступавшей на город, и отошли по приказу на линию обороны Красной армии, а затем вместе с 99-й дивизией ночной атакой очистили Перемышль от противника. Впервые немецкие войска вынуждены были отступить и оставить город[161].

На государственной границе по Дунаю наши войска не только успешно оборонялись, но и высаживали десанты на румынскую территорию. На второй день войны был совершен первый такой рейд. Под прикрытием утреннего тумана пограничные корабли с бойцами штурмового отряда во главе с капитаном Бодруновым подошли к о. Раздельный. Штыковой атакой пограничники выбили врага с острова. День спустя они нанесли удар по гитлеровскому гарнизону в с. Пардина на правом берегу Дуная. Штурмовой отряд во главе с лейтенантом Богатыревым выбил противники с занимаемых позиций и захватил большие трофеи, в том числе и два тяжелых орудия. 25 июня, во время третьего рейда, в котором участвовали и подразделения 23 сп 51-й сд, в предутренних сумерках после артиллерийской подготовки четыре бронекатера под прикрытием двух мониторов высадили отряд, разгромили две роты противника и взяли в плен 70 солдат и офицеров. Для развития успеха отряда на мыс был переброшен стрелковый батальон 287-го сп 51-й сд. Совместными усилиями они расширили плацдарм и полностью очистили мыс Сатул-Ноу от врага. 26 июня группа наших войск при поддержке речной флотилии форсировала Дунай и захватила выгодные пункты, 510 пленных,11 орудий и много снаряжения. Советские войска стойко отразили все атаки противника. Только за один день потери немцев составили более 100 человек убитыми и столько же ранеными. По приказу командования отряд капитан-лейтенанта Кубышкина благополучно возвратился в расположение своих войск[162].

Многие командиры проявляли решительность и инициативу, беря на себя руководство боем. Именно так поступил командующий пограничным флотом Рогачев. В телеграмме из Пинска в 20.15 на имя наркома ВМФ Кузнецова он сообщил: «Отдельные оторванные группы частей беспорядочно отходят на Пинск. Ответственного командира на этом направлении нет. Оборону Пинска взял на себя кораблями флота и частями».

По сообщениям военной контрразведки, под натиском врага переходили в контрнаступление 86-я и 113-я сд, наиболее организованно отходили подразделения 11-го механизированного и 6-го кавалерийского корпусов, сметая выставленные на их пути немецкие заслоны. Активно боролись во вражеском тылу партизанскими методами 20-й и 63-й ск, 107, 132 и 134-я сд и другие части Красной армии.

Мужество и героизм пограничников, красноармейцев, командиров и политработников способствовали распространению среди немецких солдат, особенно в пехоте, тревожного чувства, вызванного тем, что им приходилось сражаться с противником почти сверхъестественной силы и стойкости. Было очень много случаев отчаянного сопротивления отдельных групп красноармейцев и командиров, которые вели бой до последнего патрона, до последней гранаты, последнего удара саперной лопатой в рукопашном бою. Немецкий танкист, воевавший на Востоке и на Западе, пришел к такому выводу: «Пятеро русских представляли большую опасность, чем тридцать американцев»[163]. А командир полка в начале войны доктор Отто Корфес вспоминал: «С выносливостью и потрясающим героизмом советских солдат я столкнулся впервые в июньские дни 1941 г. Мы продвигались вперед между Рава-Русской и Львовом и натолкнулись на цепь бетонированных, снабженных орудиями мелких укреплений, которые упорно сопротивлялись. Когда у советских солдат не оставалось никакой возможности и дальше удерживать укрепленный пункт, они подрывали его и погибали в нем сами»[164].

Но день 22 июня 1941 г. показал не только героизм пограничников, но и преступную беспечность политического руководства страны, полное пренебрежение историческим опытом сражений на государственной границе. Противник не раз вторгался на нашу территорию. Так было в 1812 и 1914 гг., и его всегда встречали пограничники. В 1812 г. они были сняты с границы, стали арьергардом русских войск и участвовали в «малой войне». В 1914 г. по мобилизационному плану бригады Отдельного корпуса погранстражи были преобразованы в пограничные полки и приняли участие в боевых действиях русской императорской армии. А в 1941 г. пограничники фактически были брошены на произвол судьбы. На тех направлениях, где наступавшие части вермахта имели в своем составе танки и бронемашины, советские заставы смогли сдерживать неприятеля на линии границы всего лишь 1–2 часа напряженного оборонительного боя, а на ряде участков и того меньше. Отсутствие противотанковых средств делало их беспомощными перед бронированной техникой противника. Недоставало автоматического оружия, практически не было радиосредств, особенно на заставах, что привело к потере управления ими со стороны комендантов пограничных участков и начальников погранотрядов[165]. Немецкие танки пушечным и пулеметным огнем уничтожали пограничников, давили их гусеницами танков. В неравной бою с врагом почти весь личный состав погибал в пределах своих застав. Так погибли пограничные заставы 1-й и 2-й погранкомендатур 86-го Августовского, 1, 2 и 3-й погранзастав 88-го Шепетовского пограничного отрядов. Судьба многих погранзастав до настоящего времени неизвестна.