Александр Плеханов – Оболганная сверхдержава (страница 4)
Как показали дальнейшие события, трусость и нерешительность чехословацкого руководства в роковые для всего мира дни, будет стоить человечеству огромных жертв. Так что определенная вина за начало Второй мировой войны лежит и на Чехословакии. А ударная работа чехословацких заводов и чехословацких рабочих на военную машину Третьего рейха с 1939 по 1945 гг. эту вину в значительной мере усугубляет.
Даже начинающий юрист скажет, что иногда можно понести наказание не только за преступное действие, но и за бездействие. Именно преступное бездействие чехословацкого руководства в конце сентября 1938 года, вскоре приведет человечество к новой мировой войне. А работу чехословацкой промышленности на Гитлера и вовсе можно расценивать как соучастие в его преступлениях.
На историки-общечеловеки эти факты старательно не замечают и сознательно упускают их из вида, предпочитая во всем обвинять не Даладье с Чемберленом, заставивших чехословаков принять все требования Гитлера, а пресловутый пакт Молотова-Риббентропа. Однако из песни слов не выкинуть и именно Чехословакию можно назвать одной из тех стран, которая хоть и против своей воли, но дала старт Второй мировой войне.
Стоит отметить, что СССР прилагал огромные усилия, чтобы потушить разгорающийся огонь войны и именно Советский Союз был единственной страной, кто предлагал военную помощь Чехословакии. Но помочь чехам не дали, Вторая мировая война стала неизбежной, а теперь в её развязывании обвиняют СССР. Удивляться такому обороту нечего, ибо историю пишут победители. В нашем случае – победители в Холодной войне.
Так почему же Чехословакию, пусть и с рядом оговорок, но все же можно считать одной из виновниц в развязывании Второй мировой войны?
Иногда история выкидывает труднообъяснимые фортели, когда судьбоносные решения мирового масштаба вынуждены принимать абсолютно ничтожные личности. Которых и личностями-то назвать сложно. Именно так произошло осенью 1938 года, когда чехословацкое руководство не потушило только начавший разгораться бикфордов шнур грядущей войны. Э. Бенеш, Я. Сыровый, М. Годжа, Э. Гаха – вот имена тех людей, кто предал собственный народ, свою страну и стали, пусть и невольными, но зачинателями мировой бойни. Проявив малодушие, трусость и преступное бездействие, озаботившись сохранностью собственных шкур и слепо доверившись англо-французским «партнёрам», они не только не защитили Чехословакию, но и запустили отсчет до старта войны.
Говоря другими словами, они прекрасно видели, как пламя охватывает их дом, но вместо того, чтобы тушить разрастающийся пожар, предпочли поджать хвост и отбежать в сторону. Именно преступное бездействие чехословацкого руководства лишило Гитлера последних «тормозов», именно после Чехословакии фюрер-ефрейтор начал поглядывать уже на всю Европу, рассматривая её как законную добычу.
Но ничего этого могло не быть.
Как известно, в апреле 1938 года начались брожения в населенной немцами Судетской области Чехословакии, инспирированные немецкими спецслужбами. Чехословацкое правительство как могло пресекало всяческие выступления прогерманских сепаратистов, правда, без особого успеха. 13 сентября в Судетах вспыхнул уже самый настоящий мятеж, который пришлось подавлять. Разумеется, из Берлина тут же раздались истеричные вопли Гитлера, который обещал устроить чехам «кузькину мать», если они не угомонятся.
Успокаивать фюрера моментально кинулся Чемберлен, который 15 сентября примчался к Гитлеру и провел с ним «конструктивные» переговоры, как было заявлено прессе. На самом же деле, это была типичная бандитская «стрелка», где два преступника банально «порешали» свои гнусные дела, в результате чего Гитлеру было разрешено «отжать» Чехословакию, а Чемберлен получил заверения в вечной дружбе. Правда, в близком кругу Гитлер обозвал его «жалким червем», но британский «голубь мира» этого не услышал.
Меж тем чехословацкий президент Эдуард Бенеш сидел в Праге и думал, что ему делать дальше, совершенно не догадываясь о том, что Гитлер и Чемберлен всё уже решили за него. Как и было оговорено на «стрелке», Гитлер вскоре предъявил Чехословакии ультиматум, который 27 сентября Чемберлен фактически поддержал, напустив обычного в таких случаях дипломатического туману. Дабы соблюсти хоть какие-то приличия и замаскировать омерзительную суть происходящего.
29 сентября в Мюнхене собрался уже серьезный европейский «сходняк», куда приехали Муссолини, Даладье, все тот же Чемберлен, а хозяином выступил Гитлер. От Чехословакии присутствовали юристы Х. Масаржик и В. Мастны, но их на «сходняк» не пустили, и они ждали решения «паханов» в предбаннике. Попутно Бенешу трепала нервы Польша, также готовая вцепиться в обреченную страну. И не она одна, так как к Польше вскоре присоединилась и Венгрия, также почуявшая запах крови. А вот от англо-французских «союзников» поддержки не было никакой, что вызывало у Бенеша вполне понятные мрачные предчувствия.
30 сентября чехословацкие представители, наконец, узнали вердикт в отношении их страны. Англия, Франция и Италия, при поддержке США, признавали за Германией право занять Судетскую область, причем мнения чехов на сей счет никто не спрашивал. Их просто поставили перед фактом, порекомендовав не дергаться и не суетиться. Дабы не вышло чего «похуже».
Масарик и Мастны выразили протест, но их комариный писк никто не захотел даже слушать. Когда информация дошла до Бенеша, он дергаться и суетится не стал и принял все положения Мюнхенского сговора. Хотя мог бы попробовать заикнуться о союзном договоре от 1924 года с Францией, которая обязывалась оказывать Чехословакии помощь в случае военного конфликта. Впрочем, заикаться было глупо, так как поведение Даладье красноречиво указывало на то, что отныне этот договор можно было использовать исключительно в целях личной гигиены.
Мюнхенский сговор возмутил чехословацкий народ, и на волне всеобщего возмущения Бенеш дезертировал в отставку. Неизвестно, произнес ли он при этом классическое «я устал, я ухожу», но, что называется, быстро умыл руки и отправился «в изгнание» к своим лучшим друзьям и «партнёрам» в Лондон. Сделав вид, что не заметил, как последние «сдали» его с потрохами самым наглым и циничным образом.
А теперь представим, что Бенеш и члены чехословацкого правительства повели бы себя в дни кризиса так, как и должны были вести люди, поклявшиеся защищать страну и народ. Для начала они сообщили бы своим англо-французским друзьям, что на ультиматум Гитлера они плевать хотели и будут защищать Чехословакию всеми имеющимися силами и средствами. Хочет фюрер-ефрейтор войны? Он её получит. После чего объявили бы всеобщую мобилизацию и начали развертывание армии. Которое было надежно прикрыто Судетской оборонительной линией, и Бенеш знал об этом, как никто другой. Ибо оборонительная линия на германской границе как раз и называлась «линией Бенеша». Уж кому как не ему было известно о том, какие средства тратились на возведение этой линии в 30-е годы и что она собой представляла.
Чехословакия – страна небольшая, с хорошо развитой сетью дорог. Поэтому доставка отмобилизованных соединений первого эшелона на фронт заняла бы немного времени. Об этом говорят и цифры проведенной в конце сентября мобилизации, позволившей очень быстро приготовить к отправке на фронт 972 000 тысячи человек, а всего было поставлено под ружье 1 250 000 солдат и офицеров. Пока немцы прогрызали бы «линию Бенеша», чехи могли спокойно закончить мобилизацию, выдвинуть свои дивизии на угрожаемые участки, усилить оборону или вообще перейти в контрнаступление. Особенно учитывая тот факт, что осенью 1938 года вермахт не являлся сильнейшей армией Европы и ненамного превосходил чехословацкую армию. Для действий против Чехословакии Гитлер решил задействовать группировку численностью 1 825 000 человек, в то время как чехословацкая армия после завершения мобилизации насчитывала бы 1 645 000 человек. Правда, у немцев было преимущество в танках – 720 против 400 чехословацких и в авиации – 2400 самолетов против 1500. Но у чехословацкой армии был такой серьезный козырь, как вышеупомянутая линия Бенеша, которая хоть и не была полностью достроена, но могла выиграть время для завершения мобилизации чехословацкой армии.
Всё в порядке было у чехов и с военной промышленностью, одной из лучших в Европе на тот момент. Чехословацкая «оборонка» ежемесячно выпускала 200 орудий, 4500 пулеметов, 18 000 винтовок, миллионы боеприпасов и это в условиях мирного времени. Понятно, что во время войны выпуск оружия увеличился бы в разы, но главное было не это. Как только вермахт начал бы вторжение в Чехословакию, то перед так называемыми странами «свободного мира» неизменно встал бы весьма щекотливый вопрос – как вести себя дальше? Ведь одно дело «не замечать» гражданскую войну в Испании, и совсем другое дело – гитлеровскую агрессию в Центральной Европе.
Не стоит забывать, что Англия, Франция и США были гарантами соблюдения Версальского договора, который предусматривал практически полную демилитаризацию Германии. Но прошло меньше двадцати лет с его подписания и Германия опять развязала войну. Можно не сомневаться, что у значительной части населения вышеназванных стран возникло бы немало вопросов к своим правительствам. Например, почему Франция не вступается за своего союзника? Ведь союзный договор с Чехословакией силы не утратил. И почему Англия не обуздывает агрессора? Ведь именно Англия первой в свое время заявила, что создание чехословацкого государства, является одним из важнейших итогов Первой мировой войны. Гитлер и раньше не вызывал особых симпатий, а тут он предстал бы агрессором и однозначно общественное мнение всей Европы было бы на стороне Чехословакии.