Александр Пивко – Путь Старых Богов (страница 13)

— Говоришь, запрещено? — переспросил он и мгновенно продолжил мощным командирским рыком — А голова вам зачем⁈ Что бы в нее есть? И где только таких тупиц выращивают! Надо было вас не в патруль отправлять, а в помощники архивариуса. Или тоже не справитесь? — все подчиненные на этот раз благоразумно промолчали.

— Значит так — продолжил он, немного успокоившись — В том, что он ушел, вы виновны, однозначно. И понесете заслуженное наказание. Вы двое — ткнул он пальцем в воинов — отправляетесь к Тарону. Расскажете, что случилось, и пусть он вас гоняет от зари до зари два месяца (при этих словах лица стражей непроизвольно страдальчески скривились). Ты — ткнул пальцем в мага — отправляйся с тем же приказом к Мохаду.- Теперь скривился маг. (Мохад — наставник боевой магии. Про него ходят слухи, что в поединке один на один против него выдержал пятнадцать минут боя только верховный жрец, и даже он не смог повторить свое достижение больше одного раза, поскольку Мохад еще в первый раз успел приноровиться к его манере боя.)

— И не делайте такие страдальческие лица. Рано. И что бы вам жизнь не казалась медом, на полтора года отправляйтесь после этого в наш лагерь на остров Паука. Уж там вас погоняют как следует — ухмыльнулся Ликар. (Исследовательский лагерь на острове Паука с момента его основания служил ссылкой провинившихся монахов)

— Ясно? — оглядел он бывших патрульных — Тогда тоже свободны. Вон отсюда.

«Что же все-таки случилось — раздумывал верховный жрец, — Почему Эрвин хотел убить — в этом нет никаких сомнений Мина? А может, не все так просто? Ведь Мин там был не сам, а с потенциальным Искателем. Неужели это как-то связано с Виком? Убив Мина, вполне вероятно, он убил бы и Вика. А может, Вик и был основной целью? Но ведь никто, кроме некоторых настоятелей, не знает, про Искателя… или знает? Тогда кто-то стоит за Эрвином? И ведь улизнул, мерзавец, ловко. Вопросы, сплошные вопросы. Все, хватит. Все откладывается до того момента, как поймают Эрвина. Никуда он не денется. От поисковой команды Великого храма еще никто не ускользал. Да и некуда тут деваться».

Эрвин бежал уже второй час. Уже было практически темно, поэтому от переломов, или каких-либо увечий его спасало только неплохое сумеречное зрение, специально натренированное еще с детства. По пути он отходил от того сумеречного состояния безудержного гнева, когда он кинулся на Мина, наплевав на все. Сначала был какой-то диалог с Мином, это было на поверхности сознания, и практически не трогало Эрвина. Что его действительно занимало, так это поднимающаяся изнутри могучая, все сметающая волна слепого гнева. Волею случая, она направлена была на Мина, итог — он чуть не убил его. Ощущение было незабываемым. Как будто кто-то убрал абсолютно все, что сдерживает, и ограничивает его, и он, на короткий срок, почувствовал себя всемогущим, почувствовал себя богом. И не смотря на то, что это его сделало беглецом, на которого теперь будет охотиться весь Храм Никассу, если бы у него был выбор — он бы выбрал то же самое. Все это считал из сознания Эвина Хоррон, и сделал свои выводы — аура человека (а по сути уже нечеловека) уже закончила необходимые изменения, и была готова к «подселению» в нее твари. Если этого не сделать в течении нескольких суток, то Эрвин сойдет с ума, а его аура бесповоротно изменится, и больше не будет годиться Хоррону.

— «Вот и пришло то, чего я так долго ждал. Скоро я смогу полноценно воскреснуть. Я отомщу всем!!! » — понял Хоррон и обратился к Эрвину (он мог общаться с ним телепатически) — Подожди. Тебе надо скрыться от монахов, я прав?

— Да. Они не успокоятся, пока не найдут меня. Они наверняка натравят на меня храмовых охотников, а от них мне точно не скрыться. Видел как-то, как они работают. А где от них скрыться, я не знаю.

— Я подскажу. Недалеко отсюда, где-то полдня пути на запад, есть старая пещера. Там ты можешь спрятаться от кого угодно.

— А есть мне там что? Я же без еды протяну в лучшем случае неделю, и то если сидеть неподвижно, ни на что не тратя силы.

— Не волнуйся. Там есть еда. Старое эльфийское (вообще-то, не очень эльфийское, но тебе знать об этом не надо) хранилище. Еды хватит надолго. Так что давай, пошевеливайся.

— Понял. Говори, куда — Эрвин воспрял духом.

— Налево. Во-о-он мимо того огромного камня. А потом я скажу, куда дальше.

Эрвин послушно побежал в указанном направлении. Бежать пришлось всю ночь. Уже под утро, когда ноги заплетались от усталости, и хотелось улечься и отдохнуть хоть на мгновение,добежал до пещеры. Она была у подножия небольшой, одиноко и угрюмо стоящей скалы, вокруг которой рос невысокий колючий кустарник. Изодрав ноги в кровь, беглец пробрался в пещеру, на проверку оказавшейся лишь коротеньким коридорчиком вглубь скалы.

— И это все⁈ — возмутился Эрвин, разглядывая каменные стены.

— Не спеши — отозвался Хоррон. — Подойди в левый угол, к небольшому камню, выступающему из стены, увидел, да? Теперь…пни его хорошенько. Давай, не жалей ногу.

— «Это уже похоже на издевательство» — подумал Эрвин, но до сих пор дух-хранитель его не обманывал, и он пнул по камню, ожидая жесткой отдачи (бить по камням ногами больно — это знают все). К его удивлению, ноге было совсем небольно, словно он ударил об какой-то перезрелый овощ, и камень медленно утонул в стене. Стена, стоявшая поперек коридора, оказалась не стеной, а каменной плитой, медленно провернувшейся на каких-то невидимых петлях. Одновременно с этим потолок коридора начал опускаться. Шагнув в дверной проем, Эрвин оглянулся назад. Потолок продолжал быстро опускаться. Пожав плечами (ну опускается тут потолок, тоже мне чудо) он шагнул в небольшой зал. Зал был нечеловечески красив. Серебристые стены и колонны, целые горные пейзажи, выгравированные неизвестным способом на стенах — казалось, шагни в них — и очутишся там, в этих сказочных горах. С потолка свисали светильники в виде голубоватых полупрозрачных сталактитов. Пока Эрвин застыл, любуясь залом, Хоррон, впервые за многовековое заточение, начал действовать. Беззвучно выйдя из драгоценного камня дух Хоррона на мгновение принял форму и облик своего утраченного тела, как бы вспоминая его, а потом влетел в ауру Эрвина и начал закрепляться и прорастать в нее. Со стороны это выглядело, наверняка зловеще: стоит посреди прекрасного зала человек, любуется его красотой, и вдруг за его спиной из воздуха сгущается полупрозрачная, темно-красная фигура твари — где-то ростом с человека, с приблизительно похожими пропоциями тела. Голова у твари напоминала голову ящерицы, еще одно отличие от человека — гибкий, мощный хвост, оканчивающийся чем-то, напоминающим узкий наконечник копья. Немаленькие черные крылья за спиной, с перьями черного цвета завершали картину. На долю мгновения застыв за спиной человека, дух быстро влетает в человека, оставляя по пути небольшие клочья мрака, которые медленно рассеиваются. Человека начинают бить конвульсии, и вдруг, напрягши все тело, он застывает неподвижно на полу. Превращение началось…

Ивор со своей командой бежал по следам Эрвина. Это была команда охотников. По крайней мере, она так называлась. Ну, а задачи он решала самые разнообразные — от разведки, вытягивания из плена кого-то очень-очень важного и поиска людей, до ликвидации неугодного храму вельможи, военачальника, или вражеского мага глубоко в чужой или враждебно настроенной стране. Каждый из членов этой команды был воином или магом, с удивительной физической и психологической подготовкой. Их воспитывали с трех лет отдельно от всех остальных монахов, в отдаленном крошечном горном храме. Каждый из них начинал служить храму полноценным охотником с семнадцати лет. Карьера охотника заканчивалась в тридцать пять лет, если, конечно, он доживал, что было делом непростым. Если к концу службы охотник оставался цел и невредим, то становился одним из наставников в воинском искусстве, или в магии. Потому что ко времени окончания службы они становились мастерами, равных которым было найти практически невозможно. В прошлом такими охотниками были Тарон и Мохад, ставшие впоследствии наставниками в воинском искусстве и боевой магии. Ивору было уже тридцать четыре. За свою жизнь он успел пройти столько, что другим и не снилось даже в самых страшных кошмарах. Поэтому последнее задание он воспринял с легкостью — найти и догнать внезапно свихнувшегося по какой-то причине монаха (такова была официальная версия, которую с подачи Ликара распространяли по храму).

Команда в очередной раз остановилась, когда один из магов сканировал остатки ауры пробежавшего всего несколько часов назад «спятившего монаха».

— Ивор, он очень торопится. Судя по ауре, он держится из последних сил, но бежит. Мне это не нравиться. — добавил свое частное мнение маг.

— Вижу. Мне это не нравится тоже. Судя по тому, что он бежит все время в одном и том же направлении, он явно стремиться куда-то. Глотайте стимуляторы. Мы должны успеть его перехватить раньше, чем он попадет, куда стремиться. Судя по всему это «что-то» в пределах двух-трех часов ходу. Так что бежим максимально быстро. Все. Пошли.

И отряд вновь побежал по следам.

— Мы рядом. Метров триста-четыреста. Туда. — выдал на ходу инструкции маг, и отряд свернул к одинокой скале. Уже подбегая к скале почти вплотную, они успели заметить, как опускается потолок коридора, куда только что зашел Эрвин. Пока бойцы во главе с командиром побежали на пределе сил, что бы преодолеть оставшееся небольшое расстояние, маги приотстали и попытались остановить падение потолка. Несколько «водяных щупалец», и один «земляной червь» пытались остановить потолок. Но сила движения камня оказалась такова, что от «водяных щупалец» осталось только мокрое пятно на скале, а «земляного червя», который успел заползти в коридор, и стал поддерживать потолок на манер атланта, растерло в тончайший блин на полу коридора. Потолок опустился.