Александр Петровский – Патруль – не всегда добро (страница 9)
– Кроме пиратов, больше некому, – подытожил Леон. – Пропавшие корабли уходили в разные порты и с разным грузом. Будь там какая-нибудь неизвестная чёрная дыра или что-то ещё, она бы проявила себя на одном каком-то направлении.
– А может, порты назначения разные, а траектории в начале совпадают? – предположила я.
– Нет. Это проверили. Траектории разные со старта. Одно непонятно – как пираты это делают? Ведь абордаж в космосе невозможен. По крайней мере, так считается. Но всё говорит за то, что так и есть. Из тридцати семи пропавших кораблей владельцами и капитанами тридцати четырёх были уроженцы планет. Экипаж на них состоял из двух человек, и бортмеханиками всегда были…
– Молоденькие девушки, недавно списанные с родительского корабля.
– Точно. И все они перед исчезновением побывали на Фьорде и Мекке.
Я в очередной раз протёрла глаза и потрясла головой, в ней слегка прояснилось. Значит, за два года на Мордоре побывало тридцать четыре капитана-планетника, и все они куда-то делись. Или я что-то путаю? Да, путаю. Никто не говорил, что их было тридцать четыре. Леон сказал, что их столько пропало, а сколько было?
– Леон, а сколько планетников за это время нормально улетели с Мордора? – спросила я.
– Хороший вопрос, – усмехнулся капитан. – Если брать все грузовики, где в экипажах были рождённые на планетах, то много. Больше десяти тысяч.
– Даже не знала, что в нашем бизнесе столько планетников, – призналась я. – А если брать только таких, как мы, то сколько?
– Один или два. Два, если считать того, кто улетел с Мордора за пару дней до приземления первого пропавшего. Это, конечно, не самые свежие данные – курьерский корабль Патруля прибыл с неделю назад, и около месяца сюда летел. Но статистика впечатляет. Эти два корабля отыскали, экипажи подробно допросили. Один из них, кстати, распался – девица перешла на другой грузовик. Её, конечно, тоже нашли. Так вот, все четверо отлично помнят Мордор, говорят, планета необычная. Мекку они тоже помнят, хоть и гораздо хуже. А вот Фьорд – нет. Патрульные расспросили ещё нескольких торговцев, которые там побывали. Космиков. Описания совпадают. То есть, ничего полезного Патруль не узнал.
– Тридцать четыре против двух. Нас почти наверняка атакуют и возьмут на абордаж. Верно?
– Да. Пусть атакуют. Они попадут в ловушку.
– Какая на хрен ловушка? – разъярилась я, с меня вся сонливость слетела. – Они выбирают корабли, на которых экипажи не способны сопротивляться! Ты при четырёх же еле ползаешь по кабине, а я могу завязать в узел почти любого планетника, но что я сделаю против космика, а то и двух? Ты же видел, как я сражалась с патрульными!
– Вот и пираты так подумают. Но их ждёт неприятный сюрприз.
– Эта твоя игрушечная пушка – сюрприз? В кого ты собрался стрелять? В неопознанный корабль, идущий тем же стандартным торговым маршрутом, что и мы? Чушь!
– Нет, Жюли, пушка – это совсем уж на крайний случай. Дело совсем в другом. Пираты возьмут на абордаж этот корабль, ожидая встретить на нём жалкого планетника и слабую девушку. А встретят двух великолепно подготовленных бойцов, причём вооружённых до зубов. Не смотри на меня так – это будем не мы. На Мордоре нас за что-нибудь задержит Патруль, там мы исчезнем, а наши места займут эти самые супербойцы.
– Исчезнем? – забеспокоилась я. – Именно этого я и боюсь.
– Нечего бояться. Мы переоденемся в форму Патруля, и нас никто не узнает – форма полностью обезличивает. Потом нас крейсером доставят на какую-нибудь другую планету, я снова стану портовым сыщиком, а ты наймёшься на другой грузовик.
Соображай я сейчас чуточку получше, наверняка бы всё с этими пиратами поняла, едва услышав, что в порту Мордора нас на корабле заменят патрульные. Но за этот сумасшедший день я смертельно устала и дико хотела спать, так что соображала плохо.
Глава 13
Насколько я знаю, на всех кораблях, где нет специального кока, а его на грузовиках почти никогда не бывает, еду готовят по очереди. Готовить просто – выбираешь блюда из тех, что есть в кладовке, разводишь концентрат водой, перемешиваешь и ставишь в микроволновку, выставив режим, написанный на упаковке концентрата. Если блюд больше одного, например, суп с шампиньонами и картошка с крольчатиной, повторяешь всё ещё раз. Вечером ужин готовил Леон, значит, завтрак за мной.
Но когда я проснулась, завтрак уже стоял, причём довольно красиво сервированный. В портах удобнее есть за столами, на грузовиках же единственное подобие стола – это обзорный экран с пилотским креслом, других ни столов, ни стульев нет, так что едим лёжа на полу. Ко всему прочему так труднее перевернуть миски при внезапной коррекции курса, хотя иногда они всё же переворачиваются.
Рядом с мисками стоял Леон, с руками за спиной и выражением смущения на лице. Мне после сна всегда нужно в санузел. Он поплёлся за мной, а когда я села на унитаз, отвернулся. Я спросила, чего ему от меня надо, но он не ответил. Когда я умывалась, он что-то пробормотал, но я не поняла, что именно. Потом я почистила зубы и повторила вопрос, а он попытался ответить.
– Жюли, милая, я завтрак приготовил, – сказал он, достал из-за спины обломок какого-то растения, и протянул мне. – Вот!
– Это что-то вроде салата? – не поняла я. – Его кушать в начале завтрака или в конце?
– Это не еда! – ужаснулся он. – Это цветок! Его не едят, им наслаждаются!
– По-моему, им неудобно наслаждаться, – возразила я и цветок не взяла. – И вообще, меня отучили от всего этого. Когда я слишком много наслаждалась, мама била меня по рукам. Теперь что-то не хочется, и эта штука ничего не меняет.
Леон густо покраснел, промямлил, что я его неправильно поняла, на самом деле он имел в виду совсем не это. Я попросила объяснить, что же он имеет в виду на самом деле, но так, чтобы я поняла правильно. Он несколько раз открывал рот, но так ничего и не сказал. Только бросал панические взгляды на Джоконду, и она в конце концов попыталась ему помочь.
– Юлия, Леон не хотел вас обидеть, – сказала она.
– Я и не обиделась. Но наслаждаться этой штукой у него на глазах даже не собираюсь. Если ему кажется, что мне срочно необходим оргазм, мог бы предложить секс. Или если ему срочно необходим. Хотя сегодня я бы всё равно отказала.
– Вообще-то, подарив цветочек, я как раз и хотел показать, что испытываю к тебе романтические чувства, – запинаясь на каждом слоге, выдавил из себя Леон.
– То есть, ты хочешь секса? – на всякий случай уточнила я, хотя мне и так всё было понятно. – А почему так и не сказал?
– Неудобно же…
– Что тебе неудобно? Повышенная искусственная гравитация?
– Ему неудобно говорить об этом прямо, – пояснила Джоконда. – На разных планетах разные обычаи, причём они частенько очень отличаются в зависимости от обстоятельств, да и собравшегося общества. А у космиков они совсем другие.
– Не понимаю.
– Например, в большинстве случаев публично обнажать гениталии считается неприличным, но на некоторых пляжах и в некоторых барах это норма.
– Так ты попёрся за мной в санузел, чтобы посмотреть на мои гениталии? – спросила я у Леона. – И как? Разглядел? Понравились?
– Нет! Всё пошло совсем не так, как надо! Давай забудем всё это, как кошмарный сон!
– Что ты предлагаешь забыть? Этот дилдо в форме растения?
– Это не дилдо! Это обычный цветок! Его не нужно совать туда! – он нервничал всё сильнее и сильнее.
– А куда его суют?
– В вазу!
– Что такое ваза?
– Это такой специальный сосуд, в него наливают воду, а в воду ставят цветы.
– Разве у нас в кабине она есть? – удивилась я.
– Говорю же – давай забудем!
– Погоди. Успеем забыть. Сначала скажи мне вот что. Чем это я тебя так возбудила? Разве я по стандартам твоего Квебека – королева красоты?
– Понимаешь, Жюли… – замялся Леон. – У космичек очень уж развитые мускулы…
– При четырёх же без нормальных мышц не выжить. Хотя чего это я перед тобой оправдываюсь? Повторяю вопрос – чем я тебя настолько возбудила?
Он покраснел ещё сильнее, хотя казалось, что это невозможно. Долго что-то бормотал себе под нос, но я так ничего и не поняла.
– Не могу я о таком говорить! – с отчаянием выкрикнул он. – Джоконда, скажи ей ты!
– Патруль собрал информацию о пропавших кораблях, – заговорила наш искин. – Удалось найти людей, которые что-то запомнили о девяти экипажах. Конечно же, тех, которые пропали недавно. И все в один голос утверждают, что капитаны-планетники и девушки-бортмеханики состояли между собой в интимных отношениях.
– Дурацкое расследование, – фыркнула я. – Не нужно никого спрашивать. И так понятно, что они все совокуплялись друг с другом. Кроме, может, одной какой-то ненормальной пары. В Патруле кто-то подумал, что они в рейсах неделями наслаждались сами с собой?
– Но там была двенадцатилетняя, – вставил Леон.
– В космосе девушки взрослеют быстро. Здесь происходит возврат к природе. К естественному состоянию.
– К какому ещё естественному? Они же дети!
– Читала я книги древней Земли. Я много читаю, в рейсах делать особо нечего. Читала и книгу под названием «Ромео и Джульетта». В предисловии написано, что это классика. Ты её читал?
– Нет.
– Я поняла, о чём вы говорите, Юлия, – заявила Джоконда. – Мать сообщает Джульетте, что родила её, будучи моложе, чем она теперь. А Джульетте тогда было тринадцать. То есть, мать зачала её в двенадцать, если не в одиннадцать.