Александр Петровский – Не магией единой (страница 49)

Воду выключила. Вытираясь, представляла, как сыщики допрашивают магистра литературы. Прежде чем пойти в душевую, я им обо всём рассказала. Старший сыщик даже хлопнул себя по лбу и обозвал старым ослом, но потом объяснил, что МВД редко приходится сталкиваться с мудрецами, опыта нет, а в хитрости с ними тягаться тяжело. Ничего, никуда магистр-убийца теперь не денется. Если, конечно, он действительно убийца.

Пока я принимала душ, Ник оделся, даже успел раздобыть у слуг новый сапог, того же размера, но совсем другого фасона и даже цвета, и теперь был похож на персонажа какой-то комедии. Висящая на руке трость прекрасно вписывалась в сценический образ.

— Ты похож на шута, — сказала ему я. — Только колпака с колокольчиками не хватает. Не хочешь переодеться? Я могу раздобыть тебе нормальную пару сапог, если даже вдруг не удастся, попрошу Его Высочество, он не откажет.

— Понимаю, что выгляжу клоуном, — скривился Ник. — Но в сапоге — потайные ножны, они ещё могут пригодиться. Лучше уж пусть смеются надо мной, чем над моим трупом.

Оделась я так же, как вчера на урок фехтования. Если он считает, что возможна схватка, надо и мне быть готовой. А пока натягивала сапоги, пересказала ему своё видение с герцогом и его братом. Выслушав меня, Ник задумался.

— Мне кажется, ты слишком всё усложняешь, — наконец, заявил он. — Герцог у тебя — конченный злодей без страха и упрёка, готов ради выгоды прикончить родную дочь. А его брат — слабовольный дурачок. Как это могло получиться, если они воспитывались в одной и той же семье?

— В одной, но по-разному. Одного готовили в герцоги, другого — нет. Меня вот готовят в министры, так что я знаю, о чём говорю. Да и им уже обоим под сорок, их уже давно жизнь воспитывает, а не родители.

— Я в твоей версии вижу массу дыр. Например, братец герцога обязательно должен умереть. Представляешь, что будет, если он узнает о подделке генетического исследования? Расскажет обо всём вассалам, или тихонько шепнёт королеве, бывшей герцогине. Как-никак, убита её дочь, причём безвинно. Ладно, главное не это. Говорю же, всё слишком сложно. Вот смотри: мы считаем, что Эльза — не дочь герцога, но при этом похожа на своего официального отца, а ещё больше — на его мать, свою бабушку. Откуда это сходство?

— Не знаю.

— А если вспомнить, что поблизости вертится младший брат герцога? Если я прав, всё сходится, или не всё? И тогда всё затеял необязательно герцог, мог кто угодно из его родичей. Его сын становится принцем, брат — герцогом, старший сын брата — наследником герцогства. Но брат, я думаю, ни при чём, если Эльза — его дочь. Ты не забудь, что нам и не нужно находить заказчика, поймаем убийцу — и отлично. Изобличать кого-то из семьи герцога нам с тобой никто и не позволит.

До завтрака ещё оставалось немного времени, и я решила слегка накраситься. Мама строго мне говорила, что порядочная девушка пользуется косметикой только на свиданиях с женихом, но мама была далеко.

— Алиса, а зачем ты всё время показываешь язык сама себе? — спросил Ник.

— Не себе, а своему отражению, — смутилась я.

— Хорошо, отражению. Так почему?

Я не знала, что ответить, да и отвечать мне не пришлось. Раздался звон битого стекла, и тут же зазвучал сигнал вызова моего шара. Со мной хотел поговорить старший сыщик. Но как только я взглянула на его образ, у меня чуть не подкосились ноги. Сыщик лежал окровавленный, и выглядел восставшим из-под земли мертвецом.

— Леди Алиса, убийца — он, — слабым голосом пробормотал бедняга. — Магистр литературы. Правда, не признался, просто отказался отвечать, а когда мы попытались его принудить, выбил мной окно и убежал. Двое моих коллег его преследуют.

— Лорд старший сыщик, почему докладываете мне, а не маме?

— Хотел ей. Но леди министр не откликается на вызов.

Поговорив с ним, я связалась с главным магистром и приказала ему послать целительницу к раненому сыщику. Магистр возмутился, что им пытается командовать школярка, но я так на него рявкнула, обозвав несколькими непристойными словами и пообещав всевозможные пытки, если помощь запоздает, что он весь съёжился и стал выглядеть несчастной жертвой Природы, невнятно бормоча, что леди магистр живописи и рисования уже бежит спасать пострадавшего.

— Вот это — молодец! — похвалил меня Ник. — Сразу видно — будущий министр, если не внутренних дел, то культуры — уж точно.

Терять время, отвечая на его дурацкие шуточки, не стала, и сразу вызвала командира стражников. Этот хоть не стал оспаривать моего права отдавать приказы, и сразу вместе со всем патрулём поскакал к воротам школы. Подробности я ему растолковала по пути.

— Убийца, точнее, подозреваемый — магистр литературы. Убегает, его преследуют двое сыщиков. Нужно взять живым, но не обязательно целым, — распорядилась я.

— Понятно. А как он выглядит?

— Лет тридцать пять-сорок, волосы тёмные, есть лысина. Глаза близорукие, слегка выпученные, с кровяными прожилками. Худой и на вид слабый, но слабость кажущаяся, он выбросил в окно старшего сыщика. Но вы, на всякий случай, не выпускайте никого, хватайте всех, кто пытается удрать из школы. Но на территории школы не преследуйте.

— Будет исполнено, леди Алиса. Никто отсюда не уйдёт, — пообещал стражник. — Можете быть твёрдо уверены.

Мы с Ником пошли во двор, к раненому сыщику. Целительница меня заверила, что с ним будет всё в порядке, но сейчас он очень слаб из-за большой потери крови. Я не удивилась — крови здесь было как на бойне, и пахло примерно так же. Я с трудом сдерживала позывы к рвоте, хорошо хоть, в обморок не падала. Целительница рассказывала мне, что уже вызвала подмогу из ближайшей больницы, скоро на самолёте прибудут люди, умеющие делать переливание крови, хотя это и необязательно, лорд сыщик поправится и без переливания, но я слушала её вполуха. У меня на уме было совсем другое.

— Ник, мы должны его поймать, — наконец, я приняла решение. — Именно мы с тобой. На сыщиков надежды нет. Они уже давно никого не ловили, да и возраст сказывается. Им обоим далеко за сорок, а работа у них в основном сидячая. Убийце тоже около сорока, но он в отличной форме.

— Считаешь, хромой охранник и девчонка-малолетка справятся лучше? Не думаю. Не веришь в сыщиков — натрави на него стражников.

— Стражники перекрывают выход.

— Перекрывать выход могут двое, а трое — ловить.

— Нет. Ничего не выйдет. Мама послала сюда тех, без кого легко обойтись. Только их командир на что-то годен, остальные — новички. Тут же не ожидалось ничего опасного, три опытных сыщика и пятеро стражников против одного мудреца. Кто ж знал, что магистр — не задохлик?

— Хорошо. Тогда ждём этого вашего ковра-самолёта, он, я так понимаю, вот-вот прибудет, и выследим негодяя с воздуха. Так оно надёжнее и безопаснее.

Я не стала спорить, тем более, самолёт уже шёл на посадку. Он мягко опустился рядом с раненым сыщиком, даже не подняв пыли. Снимая лётные шлемы, с него сошли два человека в белых мантиях с рисунками змей — эмблемой Гильдии целителей, девушка, почти девочка, лет двенадцати от роду, и мужчина средних лет с брошью магистра на груди.

Магистры Гильдии мудрецов такие броши надевают очень редко, разве что на королевскую аудиенцию. Я ни разу не видела, хотя и в Дворцовой школе, и в «Королевской крови» все без исключения наставники были магистрами. А вот купцы и целители носили знак магистра чуть ли не всегда.

Магистр достал из своего целительского саквояжа кувшин, вставил сыщику иглу в вену и через каучуковую трубку начал перекачивать кровь. А лётчица, совершенно всем этим не интересуясь, стала что-то поправлять в самолёте.

— Он группу крови определил? — с беспокойством спросил Ник. — А то если нет, сыщик может того! В смысле, скончаться.

— Разновидность крови? Конечно, он проверил.

— Я что-то не заметил.

— Что тут замечать? Это же очень просто и быстро. Вот, к примеру, у тебя, — я магически прощупала его кровь, — третья полная разновидность.

— У меня — вторая положительная, — уверенно заявил он.

— Положительная, думаю, и есть полная. А пронумеровать их можно как угодно.

— Определять группы крови вас что, в школе учат?

— Да. Говорю же, это очень просто. Ник, не задавай дурацких вопросов, у нас нет на них времени.

Я попросила у магистра разрешения воспользоваться самолётом и помощью лётчика. Приказывать ни ему, ни девушке я не могла — члены любой гильдии, выполняющие свою работу, наделяются всеми правами благородных. Но хватило и просьбы — лорд магистр безразлично отмахнулся, мол, делай, что хочешь. Но лётчица категорически отказалась. По её словам, самолётные батареи магической энергии почти полностью разряжены, и чтобы они восстановились, потребуется не меньше двух часов. Она слегка соврала, а у меня не было ни времени, ни желания добиваться от неё правды.

— Ты себе не представляешь, как я расстроен, — досадливо поморщившись, сказал Ник. — Нас не берут в авиацию, пехотинец сейчас из меня совсем никакой, значит, придётся вступать в кавалерию. Поверь, Алиса, ни меня, ни моё одно место это ни капли не радует. Но деваться некуда, так что пошли на конюшню.

Идти нам не пришлось. Юная лётчица предложила доставить нас туда, на это батарей самолёта хватит. Наверно, чувствовала себя немного виноватой то ли из-за того, что отказала нам, то ли из-за того, что соврала. Так что через минуту мы уже стояли у входа в конюшню. Блуждать в потёмках не хотелось, да и времени не было, так что я просто заорала, вызывая кого-нибудь из конюхов. Хотела, чтобы на мой зов откликнулся парень, но пришла девица.