Александр Петровский – Не магией единой (страница 24)

Уже почти заснула, но тут шар зазвенел колокольчиком. Оказалось, со мной хочет поговорить мама. Я совсем забыла, что она обещала к вечеру выяснить, кто такой Ник, и рассказать мне. Ни секундочки не сомневалась, что мама не узнала ничего, так ей сразу и сказала.

— Это тебе показало ясновидение? — удивлённо спросила она.

— Нет, логика. Ник был уверен, что до его отца ты не доберёшься.

— Доверие к словам простолюдина — это, по-твоему, логика? Доченька, ты там, часом, не влюбилась?

— Нет.

— Врёшь! — уверенно заявила мама.

— Вру, — обречённо признала я, ведь обмануть её невозможно.

— А он к тебе как?

— Никак. Считает меня ребёнком.

— Болван! Когда мне было пятнадцать, я уже ходила отяжелевшая, — в очередной раз напомнила мама. — Ладно, Алиса, тогда сделай вот что. Найди способ покрутиться перед ним, как бы это назвать… нескромно одетой, вот. У тебя тело уже не совсем детское. Ещё покажи ему свою магическую силу, это всем мужикам внушает уважение, и черни, и благородным. Только смотри, не перестарайся. А вот ум прячь, никто из них не влюбится в девушку, которая умнее. Но и дуру не изображай, парень хоть и болван, но явно не во всём, тупица его не заинтересует. И самое главное — ни в коем случае не используй приворот. Мужчины такое не прощают. Точнее, прощают, но только жёнам. И без приворота, если всё сделаешь правильно, он обязательно пригласит тебя в свою постель.

— Ты за мной подглядывала? — возмутилась я.

— Нет, с чего ты взяла? Да и как бы мне удалось? А ты, значит, всё это проделала? Молодец!

— У меня нечаянно получилось.

— Так ещё лучше. Надеюсь, от его постели ты отказалась?

— Конечно!

— Правильно. Первое предложение всегда надо отвергать. Хотя сама я не отвергла, и ничуть не жалею. Не переживай, всё будет хорошо, доченька.

— Мама, я ничего не понимаю! Ты мне советуешь, как лучше соблазнить простолюдина?

— Что тут такого? Моя бабушка вышла замуж за простолюдина, и ничего. Если честно, когда я влюбилась в твоего папу, я тоже считала, что он из черни. Перед самой свадьбой только узнала, что выхожу замуж за лорда, причём графского сына. Так что ты, Алиса, в нашем роду такая не первая.

— Мама, подожди. Как моя прабабушка могла выйти замуж за неблагородного? Ведь это запрещено королевским законом!

— Есть такой закон, — согласилась мама. — Но его запросто обходят. Король посвящает жениха в рыцари, а задача решена. Уверена, моего влияния при Дворе для этого хватит.

— Ник при мне отказался от титула, — вспомнила я.

— А кто ему там мог предложить титул?

— Его Высочество. Мы сегодня с ним ужинали. Оказалось, Ник — его приятель.

— Что? Как может стражник, пусть даже сын богатого купца, быть приятелем принца?

— Не знаю, мама. Они дружески болтали, а ещё Ник привёз Его Высочеству подарок. Кувшин с Пустотой в стенках.

— Слышала о таких. Принц не боится Пустоты?

— Нет. У него такой был, но разбился. Ник привёз ему новый.

— Алиса, обязательно выясни, что этому Николасу нужно в «Королевской крови». Обязательно! Любой ценой! Происходит что-то жуткое. Я уже боюсь за тебя!

— Я выяснила, мама, не беспокойся. Ему нужно то же, что и нам — найти убийцу Эльзы. Он сказал, его отцу очень невыгодна война в королевстве.

— Вот оно что. Теперь понятно, почему он отказался от титула. Наверно, Его Высочество предложил ему стать сэром? Посвящение в рыцари?

— Да.

— Если он раскроет убийство, король сделает его лордом, самое меньшее, маркизом. Купцы своего никогда не упустят. Может даже, твой Николас ради этого и полез ловить злодея. Да, он тебе говорил что-то другое, и не врал, а то ты бы заметила, но правда могла быть не вся.

Закончив обсуждать Ника, я рассказала маме всё, что тут узнала, а она мне прочитала последний доклад сыщиков.

— Если ты спишь одна, то спокойной ночи, — попрощалась со мной мама.

Я была безмерно удивлена тем, что она буквально толкает меня в объятия простолюдина, хоть и боится за меня. Не помешало бы разобраться, почему она так странно себя ведёт, но усталость оказалась сильнее — я, наконец, заснула.

По моему приказу демон должен был разбудить меня в шесть часов, но проснулась я гораздо раньше, от дикого вопля, временами срывающегося на визг. Выскочила в коридор в чём была, и поняла, что вопят и визжат в комнате Ника. Не раздумывая, бросилась туда, на бегу создавая в правой ладони огненный шар. В тусклом свете ночных факелов рассмотрела мускулистого мужчину, который как раз и кричал, стоя у распахнутой двери на правой ноге и обеими руками схватившись за приподнятую левую.

Он закрывал вход, а мне надо было попасть внутрь. Я уже собиралась ударить его магически, но увидела, что он едва держит равновесие, опираясь плечом о косяк двери, так что просто оттолкнула его левой рукой. Он упал с громким лязгом, словно был в железных доспехах, и продолжал орать лёжа.

С огненным шаром в руке я влетела в комнату и увидела низенького тощего школяра лет двенадцати-тринадцати, который с остервенением раз за разом бил кинжалом лежащего на кровати Ника. Тот даже не шевелился, и я поняла, что опоздала. Хотела метнуть в убийцу шар, но мою руку перехватили сзади.

— Алиса, не мешай резвиться благородному лорду, — со смешинкой в голосе сказал Ник. — Странно, но это, похоже, и есть убийца Эльзы. Видишь, как умело орудует кинжалом?

— Живой! — от облегчения я в голос заревела и попыталась на радостях обнять воскресшего и прижаться к его груди, но он отпрыгнул на шаг назад.

— Вовсе не возражаю против твоих объятий, но только сначала шар погаси, ладно?

Я поперхнулась слезами и резко перестала плакать. Мне пришла в голову ужасная мысль. Ник здесь, тогда кто в его кровати? Гизела? Другая непристойная девица? А может, сама леди магистр рисования и живописи? И вдруг этот задохлик её до сих пор не убил?

Огненный шар сам рванулся из моей ладони и, обогнув по дуге школяра с кинжалом, врезался в кровать. Постель вспыхнула, да что там постель, уверена, даже гранит расплавился бы, столько ненависти у меня выплеснулось энергией огненной стихии. Перепуганный мальчишка отпрянул от раскалённой кровати, и уже на втором шагу наткнулся спиной на Ника. Тот правой рукой отобрал у него кинжал, а двумя пальцами левой схватил сзади за шею.

— Слышь, недомерок, одна, даже самая что ни есть крохотная магическая пакость с твоей стороны — и ты труп, — пригрозил Ник и слегка сжал пальцы, школяр испуганно пискнул и закатил глаза. — А к тебе, Алиса, у меня два вопроса: зачем ты пыталась убить это малолетнее недоразумение, и как умудрилась промахнуться?

— Я перепугалась, — пришлось соврать, хорошо, что Ник не умеет распознавать ложь. — А на кровати никого нет!

— А кто там, по-твоему, должен быть, раз я здесь? Дочь вождя варваров? Ладно, пока второй отдыхает в коридоре, давай допросим эту жертву нехватки продовольствия. Ну, полудурок, говори. Ты убил Эльзу?

— Я не собираюсь отвечать на вопросы вонючего простолюдина! — испуганно пропищал мальчишка.

— Не смошенничать ли нам? — задумчиво произнёс Ник. — Этот хамоватый кретин размахивал тут кинжалом, как заправский разбойник, тому есть два свидетеля, даже три, если считать его сообщника. Если я сейчас сверну ему шею, это будет типичнейшая самооборона, и ни один сыщик не сможет доказать, что малолетний покойник не убивал Эльзу.

— Мой отец — барон, он умеет обращаться с чернью! Привяжет за ноги сразу к двум лошадям, и они тебя разорвут на две половинки! — стуча зубами от страха, мальчишка попытался пригрозить. — Отпусти меня немедленно, слышишь?

— Похоже, малыш согласен, что его смерть — лучший выход для всех, и для него тоже.

— Не верю, что он убил Эльзу, но ты прав — это лучший выход, — согласилась я.

Ник раздумывал, и я видела, как подрагивают мышцы на его руке, сжимающей тоненькую цыплячью шею. Наконец, он принял решение.

— Мне не по нраву убивать детей, даже такую ошибку природы. Но дело не в этом. Нам нужен настоящий убийца Эльзы, а не кто попало.

— Уверен?

— Да. Потом объясню. Допроси его ты, раз он передо мной строит благородного лорда.

Я не понимала, почему он отказался от великолепной идеи, которую сам же и выдвинул. Но от меня ничего не зависело — только Ник мог убить мальчишку так, чтобы все посчитали это самозащитой. Ладно, допрос, значит, допрос.

— Я так поняла, с Ником ты говорить не хочешь, потому что он вонючий простолюдин, — обратилась я к нашему трясущемуся пленнику. — А на вопросы вонючей леди ответишь?

— Ненавижу женщин! Всё зло от вас! — такой я получила ответ.

— Похоже, у парнишки огромные проблемы в семье, — хмыкнул Ник. — Мать и сёстры источают зло в огромных количествах. Но нас это не касается. Пусть себе и дальше источают. Сможешь заставить его говорить по делу?

— Конечно, — улыбнулась я. — К тем, кто не желает отвечать на вопросы, нужно всего-навсего применить пытки. Я видела, как это делает мама, это совсем не сложно. Уверена, что и меня тоже получится, — я взяла у Ника кинжал, поднесла его кончик к глазу мальчишки, уткнула свой взгляд в лезвие, и оно почти мгновенно раскалилось докрасна, опалив ему ресницы. — Два глаза — это для некоторых слишком много, — я ещё раз улыбнулась и хищно облизнула губы, подражая маме.

— Нет! — заорал сын барона. — Не надо! Убери! Я всё скажу!

— Ладно, говори, — я чуть-чуть отодвинула кончик лезвия от его глаза. — Ты убил Эльзу?