Александр Петровский – Магам свойственно ошибаться (страница 14)

– Мэгги, ну имей же хоть каплю сострадания!

– Не по адресу, любимый! Сострадание – это товар белых магов, а я – черная!

– Наложи заклятие, чтоб не болело, если снадобья нужного нет.

– Заклятия накладываются гипнотически, а гипноз забирает массу сил. Ты три дня спал, то есть отдыхал, вот сам на себя заклятие и накладывай.

– Разве можно заклясть самого себя?

– Конечно, можно! Только имей в виду – боль никуда не девается. Как только заклятие перестанет действовать, ты прочувствуешь всю недополученную боль.

– Черт с ним! Тут бы сейчас продержаться! Говори заклятие!

– А зачем? Придумай сам. Слова не важны. Важно, чтобы ты сам в него верил. Тогда оно подействует.

– Заклятия действуют, когда их произносят маги, а я не маг.

– С чего ты это взял? Ты студиозус академии серой магии. Тебя послушался дракон. Ты прикончил черного боевого мага одиннадцатого уровня, причем пострадала только твоя голова, в которой если бы были мозги, то она бы и не пострадала. Ты самый натуральный маг. Давай, накладывай заклятие. Можешь его произносить вслух, хотя это и необязательно.

– Не помогает!

– Ну и отлично. Значит, будешь лежать спокойно, и рана на боку хорошо заживет.

– Мэгги, а ты как думаешь – кто на самом деле убил Кэти? Я же видел, что ты ударила в руки, а не в горло.

– Какая разница? Ты же знаешь, что убил ее не Юджин. А на остальных наплюй. Не твое это дело.

– Коронер четко доказал, что не Юджин. А значит, это была Вирджиния.

– Тебе от этого легче? Пусть она, чем это тебе поможет?

– Тем, что я теперь могу быть уверен.

– В чем?

– Я видел, что ты Кэти не убивала. Значит, ты не Вирджиния.

– А ты так думал?

– По комплекции ты почти как моя мать. Значит, и Вирджиния такая же.

– Я ж говорю – в голове что-то есть, но не мозги. Зачем бы Вирджинии исцелять твои раны, не говоря уже о том, что она этого делать не умеет? Так! Руку убери! У тебя же голова смертельно болит, а ты…

– Знаешь, прошло!

– Подействовало заклятие, значит. Запомни его и применяй при необходимости. А говорил, что не маг!

– Надо же! Я снял боль, сильнее которой просто не бывает!

Через несколько дней Роду предстояло выяснить, насколько же он ошибался…

– Что вас привело ко мне, маркиз? – архиепископ всем своим видом демонстрировал готовность оказать любую помощь.

– Милорд архиепископ, я прошу прощения за визит в столь поздний час, но мне срочно необходим совет, и поверьте, я просто не знаю, кто, кроме вас, мог бы его дать. За возможным исключением Его Величества, которого я предпочел бы не беспокоить.

– Лорд Фредерик, вам незачем извиняться. Мой долг священнослужителя подразумевает, что я всегда должен быть открыт для обращений паствы. Ибо сказал Господь апостолу Петру: «Если любишь Меня, паси овец моих!» И вот мы, пастыри, восприемники святого Петра, делаем, как Он нам повелел. А теперь, лорд Фредерик, давайте завершим с преамбулами и перейдем к сути дела. Что же вас беспокоит?

– Милорд, проблема касается моего племянника, герцога Родерика. Ввиду его юного возраста я назначен его опекуном.

– Чудесный юноша, – улыбнулся архиепископ. – Совсем недавно я с ним встречался. Как понимаете, маркиз, я не могу с вами поделиться содержанием нашей с ним беседы, поскольку как священнослужитель связан тайной исповеди.

– Вот именно, милорд. Когда Род с вами встречался здесь, я наивно полагал, что он гостит у моего кузена лорда Уильяма. Но несколько дней назад незнакомый мне маг принес новость, что Род находится в академии серого ордена. Я негласно проверил, он действительно там. Не знаю, что он там делает.

– Полагаю, лорд Фредерик, его пребывание там связано с тем делом, по которому он приезжал в Лондон. Уверен, вы знаете или догадываетесь, что это за дело.

– Как опекун Рода, я обязан забрать его оттуда.

– Если вы так считаете, то какой совет вам нужен от меня?

– Понимаете, милорд, долг опекуна велит мне поступить именно так. Но честь дворянина подсказывает, что Род поступает правильно, хотя и сильно рискует.

– Противоречие между долгом и честью. Вы правильно поступили, маркиз, что обратились именно ко мне. Итак, если ваш племянник погибнет, герцогский титул унаследуете вы?

– Да, милорд. Но это неважно. Если он погибнет, это будет означать, что я не выполнил свой долг опекуна. Титул герцога при этом для меня значения не имеет, кто бы что об этом ни думал.

– Верно рассуждаете, маркиз. А что можете сказать в пользу решения, которое диктует дворянская честь?

– Он меня возненавидит, если я ему помешаю. Но это неважно. Важно то, что он опять сбежит. Никакие силы его не удержат от мести за смерть родителей! И еще. Его отец, за которого он собирается мстить, был моим братом. Так что душой я полностью одобряю его желание.

– Церковь не одобряет мести. Прощайте врагам вашим, как заповедовал нам Господь. Но если вы замените слово «месть» на «восстановление справедливости», то у меня не будет никаких возражений. Итак, честь требует от вас не мешать юноше, а долг требует помешать. Поскольку избавиться от чести вы вряд ли захотите, попробуйте отбросить долг опекуна.

– Что вы имеете в виду, милорд?

– Опекунство снимается при достижении подопечным совершеннолетия либо при его бракосочетании, которое происходит только с согласия опекуна. Порекомендуйте герцогу побыстрее вступить в брак. Полагаю, найти невесту не составит ни малейшей проблемы. Разумеется, мы не должны допускать противоречия между долгом и честью!

– Вы правы, милорд. Я именно так и сделаю. Есть еще кое-что. Мне не нравится, что мой племянник имеет дело с магией и магами.

– Маркиз, вы с таким отвращением сказали о магах… Почему?

– А как мне к ним относиться после того, как они убили моего брата?

– Вашего брата убили один или двое магов. Почему вы обвиняете в этом их всех?

– В общем, да, но они мне все неприятны. Да и разве церковь не враг магии?

– Нет, конечно! Римская церковь магию приравнивает к сатанизму, это да. Но мы же не Рим! Многие маги являются прихожанами англиканской церкви, и не за горами тот день, когда некоторые из них смогут стать священниками. Не вижу в этом ничего ужасного. Магия и религия никак друг другу не противоречат. Не говоря уже о том, что все три магических ордена признаны Его Величеством, а ведь глава нашей церкви именно он, а не я, как многие ошибочно думают.

– Но ведь маги превращают воду в вино!

– Эта невинная шутка давно уже нашей церковью не преследуется. Поймите, мы поклоняемся Иисусу не потому, что Он совершал чудеса, это и другие, а потому, что Он Господь наш!

– То есть церковь и лично вы против магов ничего не имеете?

– Абсолютно ничего. Большинство из них обычные люди со своими достоинствами и недостатками.

– Значит, вы бы не возражали, чтобы ваш сын проводил время в магической академии?

– Господь не дал мне сына. У меня две дочери. Маркиз, не следует в обсуждении подобных проблем переходить на личности. Вы попросили совета, и вы его получили. Следовать ему или нет – ваше дело. На то Господь и дал нам свободу воли. На этом позвольте нашу встречу завершить. Время действительно позднее, как вы изволили заметить в начале нашей беседы.

Если бы хоть одна из его дочерей спуталась с магами, думал лорд Фредерик, он бы говорил совсем иначе.

Это умозаключение было совершенно безосновательным.

– Лежи спокойно! – Мэгги получала массу удовольствия. – Когда зашивала, было больнее, и ты терпел!

Роду процесс снятия швов откровенно не нравился.

– Я раньше думал, что маги исцеляют иначе. Прочла заклятие, и рана затянулась!

– Многие так думают. Не дергайся! Уже меньше половины стежков осталось! Рана твоя затянулась. Чем ты недоволен? Что я заклятие не прочла?

– Походил вот на здешние занятия, столько нового узнал… Если мой дядя проведает, чему я тут научился, он будет потрясен.

– Поделись с тетушкой Мэгги, какими же знаниями ты тут обогатился, из числа тех, что могут удивить твоего дядюшку? Все лучше, чем стонать всякий раз, когда я очередную ниточку выдергиваю.

– Открывать замки без ключа – это нормально? А преподаватель – явный ворюга!

– Удивляешься? А кто еще такому сможет научить? И что тут ненормального? Сильный маг должен уметь проходить сквозь любые двери. Или ты думаешь, что маги умеют телепортировать?