Александр Пересвет – Война во времени (страница 14)
Затем на жертву запрыгнули другие охотники…
Что было дальше, ребята уже не видели — стало достаточно далеко, да и спасительные деревья опушки заслонили сцену этой необычной облавы. Собственно, и смотреть не хотелось — наверняка те же жадно отрываемые с ещё бьющегося тела куски мяса, кровь, ошмётки кожи. Это они уже видели в самом начале своего пребывания в этом мире.
Постойте, когда же это было? Неужели только вчера? Господи, кажется — месяц прошёл!
Под защитой леса они мгновенно повалились на землю, шумно, судорожно дыша. Антон опять ухватился за ногу.
— Больно? — участливо спросила Алина.
Антон поморщился:
— Пока бежали, вроде не чувствовал. А сейчас как прихлынуло…
— Да уж, — отозвался отдышавшийся Гуся. — Здорово ты чесал, как ничего и не ранил. Я всегда говорил: если человек по-настоящему хочет жить, то медицина бессильна…
Посмеялись.
— Что дальше? — спросил Антон, как-то непривычно и, похоже, незаметно для себя уступая лидерство в их маленькой компании своему другу.
Тот подумал немного.
— Надо валить вдоль опушки к горам, — наконец, сказал он. — Ночью в лесу невесть какие звери могут водиться, а так мы — вроде как на границе. Если снаружи опасность — в лесу спрячемся, если из лесу — на равнину убежим…
Антон хмыкнул.
— Они чего — партизаны? С чего бы им побояться за нами тоже на равнину потрюхать?
Сашка вновь задумался.
— Да, — проговорил он, наконец. — И от камня удаляться не стоило бы. До сих пор нам везло, но если мы его хотя бы завтра не найдём, нам крышка.
Да, уйти с этого места почти наверняка значило больше никогда не вырваться из этого мира. Они и так закружились в хороводе всех этих битв, погонь и охот, и, пожалуй, уже трудно будет отыскать камень. А если убраться от места потери ещё дальше, то был риск больше уже не найти его никогда. И местность дикая, незнакомая, можно заблудиться, и живность здешняя вряд ли позволит спокойно ориентироваться и искать потерю. Вон как их гоняли — а ведь их именно гоняли, это можно было признать честно…
— У меня идея, — вдруг пришло Алине озарение. — Костёр!
Мальчишки с недоумением посмотрели на неё.
— Все звери боятся огня, — быстро заговорила девочка. — Ящеры там, крокодилы тупые, «крокозяблики» всякие, — она не могла удержаться, чтобы вновь не хихикнуть, — они всё равно должны бояться огня! Это же инстинкт! Он и будет нам главной защитой! Мы должны развести такой громадный костёр или… — она запнулась, потом продолжила, — или даже несколько, чтобы оградить нашу стоянку… Тогда если кто и полезет, то повернёт назад.
У Сашки просветлело лицо.
— Да, — с восторгом подхватил он мысль девочки. — И головни надо разжечь такие большие, чтобы, если кто всё равно бросится, то ему… Ему, как в «Затерянном мире», — горящий огонь в морду, чтобы навсегда запомнил!
Подумав, на этом решили и остановиться. Конечно, и в таком плане была своя опасность — наоборот, привлекать к себе излишнее внимание. Но разве они хоть один час здесь находились вне угрозы?
Но придумать оказалось легче, чем сделать. Лес был довольно сырой. И потому всё то, что лежало на земле — что в нормальном мире называлось валежником, — здесь находилось в сгнившем или полусгнившем состоянии. А найти что-либо сухое надо было до ночи — не только из-за темноты, но и из-за того, что в ночи быстро отсыреет и то пока сухое, что можно использовать для разжигания костра. И для больших головней нужны были прежде всего большие ветки. А откуда их взять? Не ножичком же Антошкиным, перочисткой этой, пилить! Хоть там и есть пилка — но не для этих деревьев!
Зато в одном им повезло сильно. Перемещаясь — точнее, из-за Антоновой ноги ковыляя, — в глубь леса и левее, чтобы срезать путь к тому месту, где они оказались впервые, ребята наткнулись на заросли каких-то растений, похожих на бамбук. И прошли было стороной, потому как сквозь такие дебри из жёстких, часто растущих прямых стволов протиснуться было положительно невозможно.
Но тут Саша хлопнул себя по лбу. Была у него такая привычка.
— Антоха, мы дураки! — воскликнул он. — Вот же готовое оружие!
И он указал рукой на бамбук. Был ли это тот самый, который они знали по своему времени, существовал ли он уже во времена динозавров, никто из троих не ведал — ни много читавший Антон, ни почти отличница Алина, ни тем более безалаберный Сашка. Может, это был какой-то предок знакомого растения. Неважно. Если что-то выглядит, как бамбук, гнётся, как бамбук, то, скорее всего, его моно использовать как бамбук. А как он называется на языке их школьной биологички — совершенно всё равно.
Антон сообразил тут же:
— Бамбуковые дубинки!
— Точно! — аж вскрикнул Гуся победоносно. — Давай свой нож, мы его сейчас пилочкой надрежем! И будет у нас хоть какое-то оружие. Лёгкое и прочное. От тираннозаврика, может, и не поможет. Ну да, не поможет, — вздохнув, реалистично признал Саша. — Но от всякой мелкой швали — вполне!
Трудясь над бамбуком неудобной — маленькая всё же! — пилочкой, он и при этом не терял настроения, как обычно при тяжёлой работе, а даже весело напевал:
— Пустили в действие дубинки из бамбука…
Тюк прямо в темя — и нету Кука…
Выступали они из бамбуковых зарослей прямо героями! Правда, трудиться пришлось — непонятно сколько по времени, ибо часов ни у кого не было, но — долго. И это при том, что выбирали ростки поменьше и стволы потоньше. Потому что на взрослые растения не то что ножевой пилочки — настоящей пилы не хватило бы. Они были в полметра, наверное, диаметром!
Однако дело того стоило. Ибо в итоге сделали даже не дубинки, а копья. Это Антону пришло в голову, когда они по очереди пилили неподатливые растения. Надо только срезать верхушку наискось — и оружие готово!
Глава 9. Убежище в лесу
Они ещё некоторое время шли по лесу, стараясь выйти на то место, где сидели вчера, прячась от большого динозавра. Но буквально «своего» — этого места они не нашли. Уже начинало смеркаться, а в темноте проще было найти чью-нибудь жадную пасть, нежели нужную опушку. А потому, рассчитав, что они всё равно где-то недалеко, а камень по-всякому лучше искать с утра, дети решили остановиться на маленькой полянке.
Да в чаще оно и надёжнее, заключил Гуся. Крупные твари сюда не протиснутся между громадных деревьев, а от мелких мы теперь бамбуками отобьемся!
Тем более что место было удобно и для разжигания костра. Здесь, словно специально заготовленный, наличествовал ствол полуповаленного дерева. И лежал он очень удачно: как бы на земле, но так опирался о неё ветвями, что большая его часть почвы не касалась. Так что сгнить он не успел, зато успел высохнуть. Ну, относительно: лес тут был жаркий и влажный. Зато пожухлая листва и поникшие ветви представляли собой естественную кучу валежника.
Тем не менее, ребята решили до темноты дополнительно набрать-наломать как можно больше веток, травы и вообще всего, что могло гореть. Наученные горьким опытом, они теперь держались вместе, цепко оглядывая землю не только в поисках дров, но и в опасении змей. Тем более что напоминать об этой опасности не надо было — Антон по-прежнему хромал…
Валежник собирали долго — дело делалось, как всегда, куда медленнее сказки. Опасность встречи со змеями, докучливые тучи насекомых, обилие непригодных к растопке ветвей — всё это сильно задерживало.
Так что когда Саша приступил к разжиганию огня, вновь отчаянно стукая друг о дружку давешние кремни с берега, ни о какой добыче еды не могло быть уже и речи. А тут ещё костёр не разгорелся, погас!
Сашка в отчаянии бросил свои кремни:
— Эх, бензинчику бы…
В дело вступил Антон. У него тоже долго не получалось, но он всегда был терпеливее и упорнее, чем Гуся, — потому, наверное, и учился лучше. Так что через некоторое время снопик искр поджёг кусочек сухого мха. Тлеющие огоньки удалось раздуть, подкладывая листья и траву. Затем очередь дошла до совсем маленьких, величиной со спичку, веточек — и, наконец, загорелось более или менее устойчивое пламя.
— Теперь главное — не завалить его слишком большим количеством дров, — шёпотом, словно боясь спугнуть огонь, проговорил Саша.
Антон лишь кивнул.
Наконец, огонь уверился в собственных силах и начал осваивать всё новые и новые площади своего временного деревянного жилища. Сыровато, конечно, бревнышко, но была надежда, что будут успевать подсыхать принесённые и разложенные рядом с костром ветки.
Некоторое время Саша сосредоточенно занимался тем, что подкладывал их одним концом в огонь, чтобы из другого выгонялся пар.
— Почему они нас спасли? — после некоторого молчания задала Алина вопрос, который вертелся у всех в головах.
Язвительный Гуся не удержался, чтобы не схохмить:
— У них сегодня день защиты детей!
Девочка состроила презрительную мину. Вот так он и на уроках!
Антон рассудительно проговорил:
— Скорее всего, всё очень просто. Он, ну, то есть, тот ящер… Он был для них знакомой пищей. И был один. А мы — незнакомая. К тому же нас трое. И эти, не зная, кто мы такие и не можем ли мы оказаться опасным противником, решили не связываться… Ну, мы у них как бы не записаны в оперативной памяти, а потому они нас никак не опознали. Думаю, для их маленьких мозгов это то же самое, что и не заметили. Вот если бы мы были одни… Может, они бы решили исследовать, проверить. Но тут была знакомая добыча. Они на ней и сосредоточились.