Александр Павлов – Смерть Рыцаря (страница 2)

Из толпы солдат вышел командир. Его панцирь блестел на солнце, как и пот на лбу.

— Отряд! Готовсь! — скомандовал он

Солдаты обнажили мечи.

— Последнее предупреждение! — крикнул командир — Мы порежем вас всех, чтобы добраться до преступника!

Солдаты выпрямились и закивали. Глаза их сузились. Сердца готовы к атаке.

— Нет! — воскликнул жилистый паренек. — Мы безоружны, вы не посмеете!

Сталь меча закрыла собой солнце и рванула к шее паренька.

Безоружный паренёк выпучил глаза, задышал, словно пытался всех обогнать и насытиться воздухом в последний раз. «Стоял бы за спинами, зачем вышел-то! Дурак!» — подумал он.

Сэр Галахад выпрыгнул из-за спин и успел остановиться меч солдата своим. Его нога приподнялась и нанесла удара по внутренней стороне голени солдата. Кость хрустнула, затем последовал крик. Солдат упал на землю. Вскоре его кровь из ноги смешается с кровью любовника Клаудии. Сама Клаудия закричала:

— Убейте его! Прошу!

Никто не шелохнулся. Кроме, разумеется, солдата со сломанной ногой. Он почти танцевал, лежа на боку, пока не отключился.

— Что вы стоите⁈ — не замолкала Клаудия. — Вы, тупицы!

А солдаты знали, что «тупицей» будет первый, кто нападет на рыцаря. Даже в таком возрасте он мог разменять с десяток подготовленных бойцов, прежде чем получить царапину.

— Тогда я сама всё сделаю! — воскликнула Клаудия, подняла меч павшего солдата и размахнулась им в сторону мужа, с разворота.

Галахад сделал шаг назад, и сталь его миновала.

— Я тебя ненавижу! — кричала его Клаудия. Она махала мечом, пока не выбилась из сил. — Зачем ты это сделал⁈ Ты ведь даже меня не любил, — она опустила меч. — Ты хочешь, чтобы я страдала?

Рыцарь ничего не ответил, да и не знал, что ответить. Их отношения превратились в увядший цветок, который они оба боялись вырвать.

— Ты добился своего! — продолжала Клаудия — Я хочу умереть!

Она развернулась, подняла меч повыше и бросилась на солдат в надежде, что хоть один из них положит конец её страданиям. Такой нашелся, но нанести роковой удар не успел. Галахад оказался между ними и толкнул плечом солдата. Тот упал на тротуар, стукнувшись головой. Остальные солдаты, думая, что рыцарь отвлекся, решили воспользоваться моментом и прикончить его.

Мечи повалились с небес, рассекая пропитанный кровью воздух площади. Толпа стала свидетельницей чудесного танца. Сэр Галахад не только блестяще уворачивался от мечей, но и умудрялся валить всех на землю без ранений. Солдаты, потерянный в пространстве, спотыкались друг о друга, теряли мечи, падали лицом вниз. И когда вся королевская свора оказалась на земле, люди зааплодировали. Рыцарь слегка поклонился, чуть покраснев.

— Что здесь происходит⁈

Толпа обернулась. Заохала. Перед ними стоял сам король в красном меховом одеянии, даже в такую жаркую погоду. Его корона блестела, ослепляя великолепием. Люди затаили дыхание. За спиной короля собиралось целое войско.

— Ваше превосходительство! — начал солдат, поднимаясь с земли, — этот рыцарь не знает чести! Он убил вашего четвероюродного племянника Магдаира!

Король прищурился, закрывая рукой солнце.

— Кого? Четверо…тьфу ты. Что он сделал, этот Магдаир?

Галахал встал перед отвечающим солдатом.

— Он спал с моей женой, ваше величество. Я всего лишь восстановил справедливость. Способом, которым умею.

Король спускался вниз по лестнице, а когда дошел до толпы, она начала расходиться в разные стороны.

— Галахад? — спросил он, рассмотрев рыцаря.

— Так точно.

— Постарел.

Рыцарь пожал плечами.

— Как и вы, ваше величество.

Они оба улыбнулись. Пожали друг другу руки.

— Сколько лет, сколько зим, — сказал король. — Сколько скучных, до одури простых лет, зим.

— Мирное время, ваше величество, ни за это ли мы боролись?

Король не успел ответить.

— Он убийца! — крикнула Клаудия. — Заприте его в темнице и выкиньте ключ.

Один из солдат ударил её по лицу.

— Не говори так с королем, имей почтение!

Сэр Галахад и король повернулись к солдату.

— Не знаю, за что мы боролись, друг мой. За солдат, что женщин своих бьют да к знати подлизываются? Как звать тебя, боец?

— Аврелий.

— Не стать тебе рыцарем, Аврелий, увы. Галахад, ты знаешь, сколько человек в рыцари было посвящено в этом году?

Галахад не знал и не особо интересовался.

— Ноль, — выдохнул король, — такие как ты, вымирающий вид.

— Времена такие, ваше величество, спокойные.

— Это меня и тревожит. Как это получается, что у нас супружеская измена становиться главным событием? Вот раньше…какие подвиги были, помнишь, а⁈ — Король закинул руку за шею рыцаря и показал другой рукой куда-то вдаль. — Ты и я, наши бравые лошади, летим на всех опорах! А впереди дрожат противники! Знают, что нас не победить! Хоть картину пиши! Сотни картин!

— Так есть же такие картины, ваше величество, в том же количестве.

— Да? — Король цокнул. — А я что-то забыл…Бои отложились в памяти, а почести нет. Странно как-то. Сказал бы мне об это кто-нибудь еще тогда… Ну, что это мы всё обо мне, да обо мне. Ты мне лучше расскажи, как до такой жизни докатился, что на площади любовника своей жены насмерть избиваешь?

Галахад посмотрел на центр площади. На мертвого четвероюродного племянника короля. На свою жену, что присела рядом с ним и стирала подолом платья кровь с его лица. Она шептала ему что-то ласковое на ухо и в самом деле его любила. Как когда-то любила его пятнадцать лет тому назад, когда он стоял на этой же площади. Солнце опаливало его доспехи, делая их ещё красочнее. Тогда ещё совсем молодой король так же спускался по лестнице, как и сегодня. Его улыбка была широкой и одобряющей.

— Выбирай себе жену, любую! — радостно объявлял Боромир.

Галахад тогда только вернулся с последнего подвига, и весь город праздновал.

Девушки выстраивались на площади, чтобы посмотреть на великого рыцаря, и каждая втайне надеялась, что он выберет именно её. На горесть прекрасным дамам, сердце сэра Галахада было уже занято.

Клаудия стояла с краю. Она потирала пальцы, опустив голову вниз. Её щеки покраснели вслед за ушами. Она топталась на месте, боясь одного: «А вдруг он не выберет меня? Вдруг все эти слова любви были ложью?».

Чтобы попасть в поле её зрения, Галахаду пришлось встать на колени. Их взгляды соприкоснулись. Клаудия резко закивала головой и начала прыгать от радости. Рыцарь схватил её за талию и закружил. Это был самый счастливый день в их жизни. Кто мог знать, что их путь — это гора, с которой они спускались на протяжении пятнадцати лет.

Галахад нахмурился. Отбросил воспоминания. Нечего их сейчас ворошить. Нужно быть благодарным, ведь он был счастлив какое-то время.

— Ваше величество, если хотите наверстать упущенное, давайте не здесь. Не на площади, при всех.

Король согласился. Он приказал солдатам вычистить площадь от крови и разогнать толпу.

— Смотреть здесь больше не на что, — подытожил он.

— Можно мне забрать тело? — обратилась к королю Клаудия. Она поднималась по ступенькам, пока один из солдат не напрягся. Тогда она остановилась.

— Он королевский кровей. Он будет похоронен там, где положено такому роду.

— Могу ли я навещать его там?

— Может? — король обратился к Галахаду.

«Будет ли она приходить ко мне?» — подумал рыцарь и ответил: