Александр Павлов – Агентство по борьбе с нечистой силой (страница 25)
— Ночь же, может тогда от луны?
Мужчина повернулся полубоком.
— Прячусь под зонтом, словно оборотень? Вместо того чтобы бежать по лесу, выискивать добычу? Бросьте. Зонт да зонт. Что вам с того? У вас самих забот полно.
Дмитрий легонько кивнул и отстал от мужчины. Они провели в молчании несколько мгновений, пока человек с зонтом не спросил:
— Поздновато для автобуса не думаете?
— Я здесь каждую пятницу в это время, обычно приходит один. Должен был быть ещё пять минут назад, но отчего-то затерялся.
— И что вы здесь делаете каждую пятницу?
Дмитрий улыбнулся.
— К психологу хожу.
— И как, помогает?
— Лучше, чем группы поддержки вроде анонимных алкоголиков, но это как умножать на ноль.
— Что с вами случилось, что пробуете всех?
— Что вам с того? У вас самих забот полно.
Мужчина обернулся полностью.
— Вам всё равно ждать автобус. А история ваша наверняка интересная. Такие вещи сразу вижу, — его глаза заблестели.
А чем чёрт не шутит. И так всем треплю, психологу, людям из группы поддержки. А мужичок хоть необычно выглядит. Может, что посоветует хорошего. Видно по нему, мудр не по годам.
— Дочь умерла.
— Сожалею.
Мужчина захлопнул зонт и сел рядом.
— Видел я таких. Горем сломленных. Они-то, самое полезное в этом мире и делают. Что случилось, если не секрет?
— Сбили, на дороге. Рядом шёл, по зебре с ней. А уроду одному плевать было. Пьяный. Да ещё и замяли потом всё. Сынок чей-то попался. Важной шишки, богатенькой. Срок дали, конечно, но совсем копейки. Хотелось бы достать его, отомстить. Да он не в России уже. Улетел, как вышел с зоны. И тут обломили, — Дмитрий тёр кулак ладонью, — суки.
Мужчина пораскинул мозгами. Зонтик из рук в руки перебросил несколько раз.
— Так помимо него, есть ещё люди. Такие же плохие, как ваш богатенький, только без денег. Такие по ночам тут ходят. Как говорится в песне…псы с городских окраин, во. Слышали такую?
— Не слышал.
— Ну не слышали и ладно. Я, впрочем, не об этом. Раз вы в такой ситуации, что кулаки чешутся, да и мне интересно, куда всё зайдёт, предлагаю заключить сделку. Я дам вам силы, о которых вы даже мечтать не смели. А взамен прошу, чтобы вы мне обещали, каждого бандюгу, что видите, каждого пса на место ставить. Усыплять, так скажем. Что думаете?
— Думаю, что вы пьяны, — Дмитрий посмотрел на него, как на безумца и отодвинулся.
— Такой шанс упускаете. Я хочу ваше желание исполнить, а вы отмахиваетесь от него. Вы же хотите отомстить псам этим? Вижу, что хотите, по глазам. Решайтесь же!
— Из любопытства, соглашусь. Давай мне силы.
Мужчина усмехнулся:
— Что ж, хозяин барин. Будут тебе силы. Жди. А пока, автобус твой подъехал.
И вправду. Поднялся шум и откуда ни возьмись, перед ним остановился названный мужчиной транспорт.
Дмитрий сел в автобус. А когда посмотрел в окно, мужчина с раскрытым зонтиком шагал во мрак.
Из записок линчевателя.
1
Хоть я и перестал ходить к психологу, считая её наставления и советы полной чушью, всё же оставил себе один. Буду записывать свои мысли. Это помогает не сойти с ума. Даёт перспективу что ли, не знаю, на душе легче становится. Особенно в свете последних событий.
Я встретил кое-кого. На остановке. Тогда стемнело. Он появился словно неоткуда, с зонтиком и, в общем, предложил мне возможность или даже право, отомстить за всех немощных. При условии, что я не буду никого щадить. Согласился. Никогда не было в планах никого щадить. Они ж людям боль приносят. Хорошим, нормальным людям. Таким же отцам.
В первые несколько дней после той встречи, я ничего особо не чувствовал. Как обычно жил своей никчёмной жизнью (потом вычеркнуть слово «никчёмной»), пока, очень это было неожиданно, кружка не лопнула в моей руке. Я даже не понял сначала? что случилось. Услышал звон от падения и посмотрел на руку, а кружки нету. Лишь осколки. Я ожидал, что кровь пойдёт. Смотрел на ладонь, искал раны, но ничего не было. Более того, рука дымилась, ведь чай был горячий, но я не чувствовал этого. Не будь дыма, и не понял бы. И не сказать, что я вообще всё перестал чувствовать. Я подошёл к крану и подставил руку. Включил горячую воду и ждал, пока станет больно. Сначала почувствовал тепло. А потом, через пару секунд, пошёл пар от воды, а рука даже не покраснела. Вода была тёплой для меня, просто тёплой, под такой я обычно руки мою. Пар начал заполонять кухню, и я бросил эту затею. Испугался не на шутку. Думал в больницу сходить, а потом вспомнил о том человеке на остановке и о силе, которую он сказал, что даст, и для чего именно. Если это правда, то лучше не светиться по больницам.
Я взял иголку. Ткнул ей в подушку указательного пальца и почувствовал покалывание, слабое. Я надавил сильнее, а покалывание, как было слабым, таким и осталось. Тогда я, признаюсь, под влиянием ситуации, со всей силы вдавил иголку в палец… И ничего… не смог проткнуть кожу. Ни крови, ни боли. Тогда-то всё и началось. Я бил по стене кулаками, не жалея сила. Никакой боли! Даже маленького синяка на руках не было! Я смеялся, был не то что счастлив, а скорее возбуждён изменениями. Это было невероятно. А когда я прыгнул! Боже! Так головой ударился о потолок! Не будь я неуязвим, точно бы сотрясение получилось.
С того момента события только и успевали друг друга сменять. Я купил себе маску, начал прыгать по крышам, ночью, разумеется. Всё тестировал свои способности. Как далеко могу прыгнуть, сколько во мне физической силы, каков мой болевой порог. В итоге, после всех тестов, я понял, что лишь дальность прыжков ограничена, а сил у меня была полная бочка.
На одной из последних моих тренировок я и наткнулся на первую группу мразей. Они даже никого не трогали. Стояли в темноте, ржали. Но я знаю таких бродячих псов, эти стаи. Первый прохожий станет их жертвой, вопрос времени. И чтобы убедиться в своей правоте, этим прохожим стал я. Иду себе, посвистываю, никого не трогаю. И тут меня эти псы с городских окраин окружили (песня хорошая оказалась, запала). Мол, отец, деньга есть? А телефон? А огонёк? И нож достают. Щелчок слышу, это он так раскрывается. Я говорю им, у вас есть один шанс оставить меня в покое, и уйти целыми (на самом деле, я бы их никуда не отпустил). Они смеются громче и один из них кидается на меня, пока что без ножа. Бьёт мне по лицу, а я даже не пошатнулся. Вижу, голову поднимает, за руку держится, а в глазах проблески страха. Понравилось мне это чувство, за ним теперь и гоняюсь. Я хвать его за шею, душу. А на меня, исподтишка, нападает другой пёс, уже тот, что с ножом. Я даю ему возможность сломать свой нож о мою спину. Все остальные начинают отходить от меня, а когда я сдавливаю шею до хруста, начинают убегать. И сразу стало проще. Бежали они в темноте и очень медленно. Я их по одному — хвать! Распластались в итоге по всему переулку. Раздавил их головы. А на душе так хорошо! Это меня напугало, не понимал в кого превращаюсь. Потом вспомнил Настеньку. И да, правильно я поступил с ними. Нечего тут сомнениям всплывать. Хватит с меня их. Когда жена уходила, вот тогда моё сердце треснуло, когда дочь умерла, оно разбилось и ничто его теперь не соберёт. Долго я с этим боролся, пытался склеить куски, да всё без толку. Как оказалось, не всё сломанное можно собрать. Мой брак, моё сердце, этот жестокий мир. Я могу лишь сделать свой вклад, каким бы маленьким он ни казался.
2
Кто-то следит за мной. Уже седьмую ночь. Думал, кажется. Но семь ночей подряд, одна и та же машина. Что за дилетанты? И ведь не полиция. Они бы меня давно схватили. Меня ищут. Я знаю. Но я был очень осторожен. Лицо не светил, передвигался по крышам, да только там, где нет освещения и камер. Всегда в перчатках… Тогда кто блядь за мной следит? Не знаю, что делать. Убить их могу очень просто. Если они бандюги какие-то, тогда хрен с ними, прикончу. А если нет? Есть только один способ узнать. Заманю их куда-нибудь да всё узнаю, кто они и что от меня нужно.
3
Не этого я хотел. Не знаю, что случилось. Страх может вверх взял? Так я неуязвимый же, какой страх? Видимо, старая привычка осталась, бояться. На дорогу вышел, думал припугнуть, остановить машину своим же телом, во они наложат в штаны. И что-то не рассчитал, то ли с какой скоростью они едут, то ли как близко к ним приземлюсь. Получилось, что чуть не убил их. Так и не понял кто они. С виду не бандиты. Два пацана, молодые ещё, по сравнению со мной, конечно. Жаль, что так получилось. Скорую сам вызвал, с их телефона, вроде живы остались. Да только менты подключились. Знает где моя хата. С окна смотришь, и люди разные ходят, таких я раньше не видел, высматривают, выжидают. Я думал бежать, да только куда? И зачем? Мне ж их всех убить придётся, кто на пути встанет. А дальше что? Пока все менты не будут мертвы с ними биться? Нет, так дело не пойдёт. Я за дочь свою мстил, за неё родимую воевал со сбродом. Не хотела бы она, чтобы я невинных убивал. Придётся сдаться. В тюрьме мне бояться нечего. Меня никто там обидеть не сможет. Ни снаружи, ни внутри.
4
Как видите, ручку я достать сумел. Многое изменилось за эти три дня, или четыре, может пять? Не помню. Нет старых записей у меня здесь, сложно сказать. Решил я всё-таки сдаться. Сомневался до самого конца, боялся конечно, хоть и тяжело это признавать себе. Перед другими страха не показываю. Наоборот, внушаю его. На меня так смотрели, когда я в СИЗО заходил. С уважением что ли. Меня тут уже все знают оказывается, предъявляете? Мне соседи все рассказали, какой я герой для них. Они этих насильников тут тоже решают, так скажем. Интересные ребята в общем. И я вот что осознал — я чувствую себя гораздо свободнее, с тех пор как сюда попал. Удивительно, не правда ли? Из всех мест… И люди тут ближе мне. У всех за плечами трагедии, боль которую так и нужно выпустить. Но это только СИЗО, что в самой тюрьме будет…