Александр Орлов – Следы прошлого, или Московские тайны (страница 5)
– Смотри-ка! А чего это ты, человек, делаешь тут среди ночи, да еще с такой черной рожей?
Незнакомец пожал плечами и усмехнулся.
– Ты не ухмыляйся и отвечай без всяких экивоков. Я этого не люблю.
– А чего отвечать-то, коли вы сразу к роже моей привязались.
– Ишь ты, обиделся! А бежал от меня зачем?
– И не думал вовсе. Чего мне бежать? Я спокойно вошел.
– Ну да? И на крыше ты не сидел, и я тебя оттуда не стаскивал?.. Здоров ты врать!
– А сами вы тоже…
– Чего тоже…
– Да слышал я. Городовому наплели, что вы генерал.
– А я и есть генерал… А ты откуда про то знаешь?
– Так шел мимо и слышал.
Собеседник Сырцова осмелел и, видя, что Сидор Терентьевич не так уж грозно ведет себя, подошел к нему ближе и стоял, ссутулившись по-мальчишески, скрестив руки на груди.
– Мимо шел? Ко мне в гости?.. – А где фуражка твоя? – перебил тут сам себя генерал.
– Фуражка? – его собеседник дотронулся до головы и снова пожал плечами. – Потерял, верно.
– А где?
– Чего вы пристали-то? Вы что, судебный следователь?
– А я вот сейчас сведу тебя к городовому, там ты со следователем быстро познакомишься! – генерал отошел к столу и сел на стул. – Иди, садись и отвечай все как есть.
– А чего это я такого сделал? – он подошел к столу и присел на соседний стул, как-то бережно держа руку перед собой.
Сидор Терентьевич вспомнил о крови у себя на ладони.
– А что у тебя с рукой?
– Зашиб, когда с крыши то… – поняв, видимо, что проговорился, он махнул досадливо здоровой рукой.
– Значит, с крыши таки… Так-так!
Довольный, что так ловко вывел на чистую воду этого шельмеца, Сидор Терентьевич откинулся на спинку стула, пошарил у себя по карманам, извлек трубку, ключ, кисет, убедился, что тот пуст и медленно протянул руку к лежащему на столе портсигару.
– Странно! Что-то нечисто здесь. И городовой, и этот в дворницкой валяется, и ты тут плетешь что-то…
Какая-то неясная, тревожная мысль крутилась у него в голове…
– Так, ты давай, давай, рассказывай. Чего ты на крыше-то делал?
– Разрешите закурить? – незнакомец протянул руку к портсигару.
– Кури, кури… – рассеянно кивнул ему генерал и вдруг понял, какая мысль не давала ему покоя. Он резко встал, подошел к двери, распахнул ее… Снаружи в замке торчал ключ!
– Та-ак! Я же помню, что сунул ключ в карман… – пробормотал он себе под нос. – А это что?
Генерал быстро вернулся к столу и, сев на стул, вперил в собеседника грозный взгляд.
– Ты чем дверь отпер? – помолчав, вкрадчиво спросил он студента.
– Ключом, конечно, – ответствовал тот, нисколько не смутившись.
– А ключ у тебя откуда?
– Так, надо думать, оттуда, откуда и у вас. Живу я здесь…
– Где это – здесь?
– Да здесь, снимаю квартирку эту. Уговорил хозяина – все равно целый год пустует. Вот он и вошел в мое неблестящее финансовое положение – сдал за полцены. Опять же и ему прямая выгода… Ну а как вы приезжаете, так я, как было уговорено, скоренько испаряюсь и несколько времени ночую по друзьям… Вас-то, видно, позже ждали…
– Постой, постой! Я уже два дня как приехал, а тебя не видел.
– Да не был я тут. У товарища был, занимался…
– Ах, так ты студент? – Сидор Терентьевич был доволен своей проницательностью.
– Как водится. А что же хозяин-то, не предупредил вас?
– Да не видел я его… А хозяйка ничего не говорила… Впрочем, не важно это. Ты мне скажи все-таки, что ты на крыше делал?
– Забыла, верно, или побоялась вам сказать, с вами-то давно было про квартиру условлено… – словно не слыша вопроса, произнес студент. – Вот ведь народ…
– Ты мне это, студент, брось, – генерал снова стал сердиться. – Я тут с тобой сижу, когда спать давно пора, а ты мне лясы точишь, а в дворницкой-то… Так что не паясничай и отвечай все сей час толком.
– Да, а с тем, в дворницкой, действительно, дело темное…
– Я тебя не про дворницкую… Постой, постой! А ты что же, видел?
– Видел. Но говорить про это, да и про крышу, сложновато будет.
– Кому сложновато?
– Да мне, конечно, горемычному… Вот вы человек интеллигентный, конечно, понимаете, что если около трупа стоит некто с ножом – может, не он убил, а напротив, вынул нож из раны…
– Ты чего плетешь? Какой нож? Нет, видимо, надо тебя вниз свести – пусть с тобой другие разбираются!
– А вот вниз-то мне никак нельзя. Потому как на полицию вышеприведенное рассуждение… как от стенки горох! Влип я здорово, одним словом. Но при этом невиновен, как неродившийся младенец. Только на вас и уповаю! – сокрушенно разведя руками, вздохнул студент.
– Ты не паясничай! Коли вниз не хочешь, выкладывай как на духу.
– Да, видно, придется вам довериться, другого выхода у меня нет…
Он полез в карман и вместе с жеваным, несвежим носовым платком извлек из него какой-то черный шнурок.
– Вот, извольте видеть, – студент поднес шнурок к самому лицу Сырцова.
– Это еще что? – генерал непонимающе осмотрел шнурок, оканчивающийся на конце большой петлей.
– А это называется удавка. И все дело в том, что как раз этим инструментом был умерщвелен тот, в дворницкой…
– Что-о!
Генерал машинально взял удавку и уставился на нее, переваривая услышанное. Но сей процесс был внезапно прерван самым неподобающим образом: воспользовавшись минутным замешательством нашего героя, студент вдруг прыгнул через всю комнату к двери. И прежде чем генерал успел вскочить со стула, раздался скрежет ключа, поворачиваемого в замке. Генерал подскочил к двери и толкнул ее плечом, но та только спружинила и осталась на своем месте. Сидора Терентьевича заперли!
Невозможно описать праведный гнев его превосходительства – мы и пытаться не будем! Когда же не слишком, впрочем, мощная дверь была высажена ударом генеральского плеча, на лестничной площадке и на чердаке, естественно, никого не оказалось.
Тем не менее генерал добросовестно обследовал и чердак, и лестницу. Внизу стоял, привлеченный шумом, городовой. И Сырцов совсем уже было собрался рассказать о своем госте, но подумав вдруг, как он будет выглядеть во всей этой истории, вспомнив еще и о своей стычке, передумал и на вопрос блюстителя порядка о причине шума только буркнул что-то невразумительное и стал подниматься к себе.
Перед самой дверью он снова споткнулся, оперся рукой о ступень и заметил в длинной полоске света, протянувшейся от разбитой двери, что вся лестница густо усыпана кровяными каплями.
Однако в эту ночь уже случилось столько всего, что генерал не стал размышлять о новой загадке, а войдя в комнату, быстро налил себе лафитник водки, залпом выпил его, не раздеваясь, повалился на кровать и провалился в сон.
Глава 3. Убийство в Стрелецком переулке
В то время как происходили вышеописанные интересные события, внизу, в дворницкой, успели побывать многие новые действующие лица нашей правдивой истории.