Александр Омельянюк – Юность (страница 89)
И действительно! Постепенно Валера стал следовать советам Платона, всё чаще добиваясь нужного результата. Платон даже увидел, как у Валеры со временем изменилась и походка, став энергичней и уверенней.
Но основными друзьями Кочета в цехе оставались его ровесники Володя Лазаренко и Валера Попов.
Очень редко Платон приглашал к себе домой Володю, по старой памяти сыграть в бильярд или в настольный футбол, и тем самым отдохнуть от нагрузок психологически. Но чаще всего он отдыхал с друзьями в футбольных играх в дворовый футбол, причём даже при любой погоде.
И Платон от этого получал истинное наслаждение, и не только физическое. Единственное, что несколько расстраивало его в футболе, была окончательная потеря его московским «Динамо» длительного лидерства в чемпионате СССР по футболу. Видимо это предалось и самим футболистам, подсознательно уже опустившим руки.
Но всё равно, большой неожиданностью для Платона явилось поражение его московского «Динамо» дома 16 ноября от своих тбилисских одноклубников, причём с разгромным счётом 1:5.
— А ведь ранее москвичи очень часто обыгрывали тбилисцев!? Я даже не припомню, когда они проигрывали им в последний раз!? Вот! И мои победы в настольном футболе за тбилисцев над москвичами тоже, наконец, материализовались!? Надо же? Знал бы — не выигрывал бы! — про себя саркастически усмехаясь, на этот раз сделал он шутливый вывод.
И теперь борьба за медали футбольного первенства фактически прекратилась. Киевлянам для чемпионства оставалось набрать одно очко в трёх играх.
Столько же очков, но уже для бронзы, нужно было набрать и тбилисцам, но в двух играх. Таким образом, москвичи уже стали серебряными призёрами.
В этот же день в Реутово из деревни вернулась бабушка Нина Васильевна Комарова, традиционно одарив всех своих домашними деревенскими заготовками. Настя обрадовалась мёду, Алевтина Сергеевна — мясу, а Платон — сушёным белым грибам и сухофруктам.
Она быстро освоилась в комнате с внуками, спросив Настю:
Но бабушка заметила это, обменявшись с чуть вздохнувшим Платоном многозначительными взглядами.
И уже на следующий день 17 ноября она в письме из Реутова сообщила младшему сыну Евгению, что его старший брат Юрий на её деньги купил лес для ремонта дома и двора, а его новая жена Нина уже беременна.
Сообщала она и о том, что отложила триста рублей для весеннего ремонта своего дома в Берёзовке, а на временную работу санитаркой в больнице на четыре зимних месяца её теперь не берут — оформляйся мол, на постоянную работу.
Нина Васильевна быстро втянулась в незабытую ею городскую жизнь, теперь полностью отдыхая от деревенских забот и работ.
Легче стало и Платону, поскольку бабушка стала ходить по продуктовым магазинам вместо него. А он теперь имел возможность хоть это время использовать по своему усмотрению, в том числе изредка заглядывать в экран телевизора, завсегдатаем у которого стала, соскучившаяся по такому развлечению, бабушка Нина. Дома у Кочетов стало спокойней, комфортней, веселей и определённей.
Как стало совсем определённо и в чемпионате СССР по футболу, когда 20 ноября, победив дома аутсайдера «Зенит» (Ленинград), киевляне уже второй раз подряд и третий раз в своей истории стали чемпионами Советского Союза. И если год назад их отличала сильная линия нападения, то теперь отличилась защита, пропустившая всего одиннадцать мячей.
По примеру киевлян и Платон Кочет крепил свою оборону. Он продолжал чётко выполнять свой план по самовоспитанию себя, живя по провозглашённому им принципу: разум и воля превыше всего. И у него это получалось. Поначалу заставляя себя чётко и регулярно следовать разработанному им и устоявшемуся распорядку дня, постепенно Платон привык, и это даже стало доставлять ему удовольствие.
Подъём в одно и то же время, утренняя зарядка и обливание холодной водой уже вошли у него в привычку. Нормальный плотный домашний завтрак, разнообразный комплексный обед на работе, сытный полдник дома перед поездкой в институт и сытный ужин на ночь после возвращения с занятий полностью обеспечивали его необходимым количеством калорий.
Регулярные вечерние домашние занятия по четвергам и дневные по субботам и воскресеньям обеспечивали Платону следование институтской программе без срывов и опозданий. И он почувствовал себя уверенней.
Кроме того, у него всегда была в запасе возможность, в случае пропуска занятий, списать лекции или семинарские занятия у своих товарищей. Но Платон этому не следовал, сам с удовольствием давая своим товарищам списать пропущенный ими материал. Проще всего ему на работе было общаться с Игорем Заборских, работавшим фрезеровщиком в том же цехе, но на прецизионном участке у делового мастера Серафима Фёдоровича Климова под наставничеством крупного, красивого, культурного и интеллигентного мужчины Георгия Валентинович Виткова.
В отделе плаз разметчиком работал Толя Горкин.
В девятом цехе в первом корпусе кроме Вити Саторкина токарем работал ещё и Юра Максимов, а фрезеровщиком — Володя Стольников.
А в седьмом цехе на медницком участке работал слесарем Юра Гуров.
В 24-ом корпусе, в который из-за режимных ограничений у Платона пока не было прохода, в Конструкторском бюро № 7 техниками-чертёжниками работали Валера Герасименко и Витя Демидович. С ними же, но после школы просто чертёжницей, работала Вера Подорванова.
Валя Деревягина всё ещё работала секретарём в Отделе кадров.
А в доступном отделе на втором этаже 27-го корпуса техником работал Андрей Некрасов. И все они периодически обращались друг к другу за помощью, прежде всего, чтобы что-нибудь списать.
Такая же история была и с их товарищами на заводе имени Хруничева.
А трудней всего было Гене Петрову, в одиночестве работавшему в МВТУ. Зато он первым узнавал и приносил в группу общеинститутские новости. Платон заметил, что на обратном пути домой тот всё чаще первым заговаривал с ним, и ревностно следил, чтобы кто-либо другой не перебил его и не влез в их разговор. А поскольку Геннадия, родившегося 23 сентября 1949 года, от всех других одногруппников Кочета выгодно отличали вежливость и культура, то Платон быстро и легко сблизился с ним.
Платон даже побывал в гостях у Геннадия, жившего в просторной двухкомнатной квартире непосредственно около стадиона «Старт».
Он оказался из семьи бывшего лётчика — отставного майора Виктора Ивановича Петрова. Но и его мать Ираида Михайловна, работавшая в заводоуправлении реутовской фабрики детских игрушек оказалась женщиной интеллигентной. Так что новый товарищ сына понравился им.
Геннадий тоже вырос мечтательным юношей, и любил послушать Платона. И Кочет был рад появлению у него заинтересованного собеседника и внимательного слушателя, часто, распаляясь, раздувая некоторые факты до баек. Да и Геннадий был большим любителем удивить собеседника какой-нибудь сенсацией. Так что два мечтателя-сочинителя сошлись к месту и времени.
Но настало и время старта XX-го чемпионат СССР по хоккею с мячом, первые матчи которого состоялись 26 ноября.
В этот же день была провозглашена Народная Республика Южного Йемена. А 29 ноября там же, в Южном Йемене, силы пришедшего к власти Национального фронта взяли под контроль последний континентальный султанат, на следующий день высадившись на остров Сокотра, и последний британский солдат покинул Аден.
На следующий день первым президентом Народной Республики Южного Йемена был избран генеральный секретарь Национального фронта Кахтан аш-Шааби, одновременно возглавивший и правительство страны. Одновременно было распространено программное заявление руководства фронта, провозгласившее широкие социальные преобразования в стране.
А 1 декабря в пятницу Платона Кочета ждал сюрприз. Его, Юру Алёшина и Геннадия Дьячкова на два месяца направляли в местную командировку в цех № 26, выпускавший нормали, то есть гайки, болты, винты и шайбы. При этом независимо от выработки, им сохранялась их среднемесячная зарплата в своём родном цехе.
— Странно! Направление Алёшина и Дьячкова — это понятно! Но меня-то зачем? Я ведь в январе всё равно уйду в учебный отпуск! Жалко только, что Татьяну два месяца не буду видеть!? — задумался Кочет.
И уже на следующий день Платон узнал, что Юра Алешин, оказывается, женился на бывшей однокласснице Кочета по восьмилетке — почти круглой отличнице Оле Павловой.