Александр Омельяненко – Горькая целина (страница 23)
Болезни. Тиф косил взрослых, цинга превращала детей в тени — их дёсны кровоточили, зубы выпадали, ноги опухали.
Отчаяние. Люди ели лебеду, варили корни лопуха. Некоторые уже продавали последние вещи, чтобы купить мешок муки.
Страх перед будущим. Если не засеять поля — следующей весной не будет хлеба. Совсем.
Липчанский подписал телеграмму, сложил лист втрое, отдал гонцу. Тот вскочил на коня — и поскакал к станции. Оставалось ждать. Но в глазах старосты уже читалось: «Не ответят».
В том же году в редакцию журнала «Сибирские вопросы» пришло письмо от безымянного ливановца. Оно было написано неровным почерком, чернилами, которые то и дело растекались — то ли от слёз, то ли от дрожащей руки.
Письмо депутату Государственной думы России Т. Белоусову от анонимного переселенца
Исходя из того, что в начале 1910 года Митрофан Липчанский отправлял уже телеграмму о ситуации в Ливановке почти подобного содержания в адрес Тимофея Осиповича Белоусова, то нет сомнений, что это письмо от него, хотя обратного адреса не указано. По почтовому штемпелю можно судить, что отправлено письмо из Кустаная 19 декабря 1910 года.
«От щё, г. Белоусов, прыймайте слёзы от малороссов, знайте: чым богаты, тым и рады. На слёзы богаты — слёзы й шлем, а от вас помощи всэ ждём.
Ось ще, г‑н Белоусов! Нужда нас заставляе бросатця на вси стороны, тай ны видкиль помощи ны мае.
Подумайте… На ще воно так у свити робыця? За ще нас надумали ризать без ножа? За ще нас началы пырысылять у цю Сибирь? Нехай бы мы вже там пропадали з голоду — то, може, пропали, та ны вси. А тут прыходыця всим до одного здыхать из голоду и мерзнуть от холоду.
Стою я коло своей хатыны. Дывлюсь: иде женьщына, так собы лит 30‑ти, и так здорову одита, шо мини аж страшно зробылось. Мороз — 25 градусов, а вона в одний холодной кохточки, и накынулась платком, и в одних чырывычках, та ще и на босу ногу — й вона вся аж посынила. Війшла вона в хату мою, я за нею тож у хату…
Дывлюсь: вона плаче и вся трусыця. Як на ножки дывлючись ейи, и я заплакав. Тай хтоб ны заплакав, дывлючись на ту женьщину? Кажыця, самый лютый звирюга и той бы сжалився над нею…
Ох, як бы, Господы, на землю хочь на мынуту ты зійшов… И ты бы побачив, як голодный страдае, обманутый тут, бидный люд… И скилькы ран вин нэсе в серци, як слёзы гирки тут тычуть…
То сам кровьянымы слезами, Наш Бог, заплакал бы тогда.
Эге! Став я пытать ту женьщину, хто вона и видкиль. Колы вона здалыка аж од нашего пидселка — 15 вёрст. И прійшла вона гола и боса просыть кусочек хлиба: ны хочиця‑ж з голоду умырать.
Та и просыть то прыйшла до таких же, як вона, которi тож биз хлиба.
Одигрилась вона трохы в моей хати, та и начала разсказувать свою радисть…
„Человик, каже, у мене гарный мастер, та бачь, тут нымае дила… Так вин нас бросыв, а сам пишов у г. Кустанай, може, чы на встряне де робыты. А я, каже, осталась оцэ с 5 дитками, вси маленьки, один грудной. И вже, каже, двое суток тут ходю уже, и груды пухлы, ще никому сосать, та й дытынка, мабуть, з голоду опухла…“
А есть уже и в другом пидселку 120 душ заболили голодным тифом. И мини так страшно зделалось! Думаю я: це‑ж, як изъзъим я свои 20 пудов муки, той мини тоже буде!..
Як пырысылялы нас сюда, так обищалы нам давать и лису для постройкы, и по 160 рублей на семью помоществования, а теперь ныма цего нычыго.
Що було дома, так попродалы, а пока доихалы сюда, той потратылы. А теперь де нам ще брать?
Пойдыма до цих… чыновников… Та по двое суток стоймо коло его хаты. А вин после выйде, та и каже: „Де я вам визьму, менi нe дають…“
А я де вызьму!.. Оце и худчше!..
Ще же мы‑то теперь будем робыть?.. Чы нам пастись на цiй степы, так iй снигом занысло, а копытив у нас нымае, як у кыргысских конiв?
В Чемындовский пидселок сталы було просить у переселенческого начальныка, щоб дав йм хотя по сотни помоществованiя. Так их осенью чаловик 18 забралы, та нызвисно куда задилы.
За помощу нидокого кыдаця, бо воны оци паны ще тут вси як одын… Потом. Столпотворенiя пры нас ны було, а языка нашего ны понымают… Мы просым хлиба, а нам далы камень…
А прислухайся за Думу, та там по цилой ныдили думають: якым судом судыть — чы волостным, чы такым нас нынадо судыть? Мы с Сибирь и без суда зайшлы…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.